Воспоминания юнги Захара Загадкина - Ильин Павел - Страница 35

-- Сквитался, сквитался за Африканду! -- крикнул моряк, захлопав в ладоши. -- Дай пожать руку, юнга, хорошо постоял за честь нашего флота!

Руку моряку дал, да что радости? Ведь не выяснил, почему у станций обманчивые названия! И решил немедленно написать корабельному коку.

Я выручаю из беды деда и его внучку

В Ленинград я приехал ранним воскресным утром. Вылез из вагона мурманского поезда и еще на вокзале понял, что просчитался: город полон исторических мест, памятников, музеев, а времени у меня в обрез -- до вечернего поезда на Москву. Куда пойти, что посмотреть? Хотел купить путеводитель по городу, выбрать главное для осмотра. Но эта книга оказалась такой толстой, что ее чтение отняло бы не меньше суток. Пришлось надеяться только на быстроту собственных ног.

Взглянув на план Ленинграда, я побежал к той набережной, где на мертвых якорях стоит "Аврора". Поднялся на борт знаменитого крейсера и с уважением поклонился самой лучшей из всех пушек. Ведь это она 7 ноября 1917 года объявила своим выстрелом начало нового дня в истории человечества. Замечательная пушка! Название крейсера хотя и дореволюционное, я нашел удачным: у древних римлян Аврора была богиней утренней зари, начинала новый день. В древних божествах я разбираюсь плохо и о богине Авроре услышал от старика пенсионера, с которым познакомился на набережной возле крейсера. Догадавшись, что я приезжий, этот пенсионер любезно вызвался быть моим провожатым.

Прежде всего дед повел меня к Медному всаднику. Описывать этот памятник Петру I незачем -- он всем известен. Лучше поделюсь тайной светло-серой гранитной скалы, на которую опирается хвостом вздыбленный конь Петра. По словам деда, четыреста рабочих волокли сюда эту скалу в медных санях, катившихся на медных же шарах. На скале ехали барабанщики, боем в барабаны давая знак рабочим двигаться или останавливаться. Неважная техника, но другой не было -- перевозили скалу около двухсот лет назад.

Потом мы отправились на Дворцовую площадь, посреди которой стоит высеченная из гранитной глыбы розовая колонна огромной высоты. Воздвигли колонну в честь русской победы над Наполеоном в 1812 году, но на вершину колонны зачем-то втащили ангела с крестом. Я бы этого бронзового высотника спустил на землю, а на его место поставил геройского солдата России -- нигде не читал и ни от кого не слышал, что в нашем войске были пешие или конные полки из ангелов. Но дед опять пояснил, что сооружена колонна более века назад, а тогда еще были сильны религиозные предрассудки.

За день успел много. Был в Смольном, на Марсовом поле, в Ленинградском порту. В бывшем Исаакиевском соборе наблюдал качание маятника, безошибочно доказывающее вращение Земли. Затем полез на вышку собора, любовался голубой гладью Финского залива и даже различил у кромки горизонта очертания Кронштадта. Дед на вышку не поднимался (высоко -- сотни ступенек!), ждал внизу.

Возвращаюсь к деду, кричу, что удалось разглядеть Кронштадт, ко только произнес это название, как моего спутника будто подменили: лицо помрачнело, осунулось, а сам он заметно съежился.

-- Что с вами, дедушка? Утомились?

-- Хуже, попал в беду! Обещал помочь внучке-шестикласснице и забыл о своем обещании. А завтра у нее доклад в Доме пионеров о Кольском полуострове. Вчера до ночи внучка готовилась к докладу, но не успела выяснить одну подробность. Из-за нее и ехать не хотела на экскурсию в Кронштадт, но я обещал справиться о полуострове у знакомого библиотекаря. Да вот занялся с тобой и забыл...

-- А какая подробность, дедушка? Может быть, я помогу?

-- Едва ли: вопрос сложный. На всякий случай посмотри памятку, которую от внучки получил. -- И дед протянул мне листок из блокнота.

На душе стало тревожно: ведь не кто иной, как я, виновник беды, свалившейся на деда! Что, если не смогу помочь?.. Дрожащей рукой взял листок, разбираю внучкин почерк:

Многие птицы из южной части Кольского полуострова улетают на зимовку в его северную часть. Почему?

Прочитал памятку и повеселел:

-- Ну, дедушка, считайте, что внучка спасена! Эту сложную, как вы сказали, подробность я объясню. А вы слушайте и старайтесь запомнить... В вашем доме есть отопление?

-- Конечно, есть; во всех квартирах батареи стоят...

-- А воду для батарей где согревают? В домовой котельной?

-- Нет, теплая вода издалека идет -- от районной теплоцентрали. Но какое это имеет отношение к птицам Кольского полуострова?

-- Самое прямое! К северной части Кольского полуострова тоже подведено водяное отопление, и тоже издалека. Этот полуостров -- единственный в нашей стране с таким отоплением. Поговаривают, что утеплят и Камчатку, но пока это еще разговоры...

-- А ты не путаешь? Кольский полуостров велик, сообрази, сколько потребуется воды, чтобы его отапливать. К тому же всю эту воду надо подогревать...

-- И подогревают! Очень интересно устроено Кольское водяное отопление. Им и на Скандинавском полуострове пользуются, а тот покрупнее Кольского. Да вы не сомневайтесь, дедушка. Я сам наблюдал, как работает это отопление: и на Кольском полуострове, и там, где подогревают воду. И, хотя ровно ничего не видел, но на мои глаза можете полагаться -- они никогда меня не обманывали... Ну как, поверите моим глазам?

-- Придется поверить, -- хмуро сказал дед. -- Другого выхода у меня нет: знакомого библиотекаря уже не застану...

Тут подошло время собираться к поезду. Дед проводил меня на вокзал. Перед расставанием я достал из сундучка открытку и попросил отправить ее в Москву. На открытке написал:

"Доклад прошел отлично, хорошо, удовлетворительно (ненужное зачеркнуть)".

-- Добавь "плохо", -- заметил дед, взглянув на открытку, -- Не надо, не люблю лишних слов, -- признался я. Забегая вперед, скажу, что открытку в Москве получил. "Хорошо" и "удовлетворительно" были зачеркнуты, а внизу появилась приписка: "Спасибо, что выручил из беды".

Город на ста одном острове

-- Какой город расположен на ста одном острове и насчитывает более пятисот мостов? -- как-то спросил я товарищей по мореходному училищу.

-- Венеция,-- ответил один.

-- Амстердам,-- сказал другой.