Просто ещё одна история (СИ) - "Ruda_Ksiusha" - Страница 9

Она встаёт, строго так:

- Идём!

- Куда? - бессонная ночь, пару литров кофе, отсутствие хоть каких-то реальных вариантов, - всё это давит, взламывая виски тупой болью.

- К тебе! - Маринка решительно забирает со стола бутылку. - Не в “берлогу” же! А тут обстановка к откровенности не располагает.

У меня дома она привычно, будто и не было этого года с лишним, варит кофе, делает себе зелёный чай, и, поставив чашки на стол, усаживается напротив меня:

- Давай, Матвеюшка, колись, что тебе на самом деле от меня нужно?

Чёрт! Хуже уже не будет. Разве что Маринка начнёт меня презирать и ненавидеть, так это как-то переживу.

- Мне очень нужно попасть в этот центр, Мариш. У меня там - друг. Очень близкий.

Она смотрит с сомнением:

- Так съезди… Или там посещения запрещены? Так это распространённая практика, особенно на первых этапах. А что за друг-то? Я его знаю? И что за дело такое прямо неотложное?

- Нет, Марин, не знаешь. Посещения и правда запрещены, но его там не от наркоты излечить пытаются. Он… Мы с ним… - собираюсь с духом, - Короче, у нас с ним отношения. Серьёзные.

- Бизнес? - пытается найти приемлемое объяснение Маринка, но по глазам вижу - всё она поняла правильно.

- Нет. Чувства.

Она залпом выпивает свой чай, идёт к мойке, тщательно вымывает чашку, ставит её на сушилку.

- У тебя отношения с мужиком? Да ещё и с наркоманом? - голос у неё спокоен, но меня просто окатывает предчувствие предстоящей бури. Что-что, а скандалить Маринка умеет!

- Он не наркоман… - зачем-то оправдываюсь.

- Ну, алкоголик! Какая разница? - Маринка снова присаживается на табурет, делает несколько глубоких вдохов, - Твоё счастье, Кузнецов, что мне нервничать нельзя, а то я бы тебе сейчас устроила!

- Макс не алкоголик, - повторяю упрямо, уставившись в пол.

- Даа? А что же он в этом центре делает? - с издёвкой уточняет Марина.

- Его там лечат от… гомосексуализма, - еле язык поворачивается.

Она хлопает глазами, потом кривится:

- Не говори ерунды, Матвей! От этого не лечат.

- А доктор Волохов лечит, - смотрю ей прямо в глаза. - Нелегально. Электрошоком. А может и ещё чем-то.

С минуту мы молчим. Марина переваривает информацию.

- У тебя есть доказательства?

- Нет, но отец Макса заключил с этим доктором договор и запроторил сына в этот центр, - зря я ей позвонил. Ну, что уж теперь! - А я хочу его оттуда как-то вытащить…

Марина встаёт, ищет сумочку, старается не смотреть на меня:

- Мне твои дела совершенно не интересны. Свои проблемы решай сам. У меня муж, семья… Мне из-за твоих гей-приключений подставляться совершенно никакого желания нет, - она направляется к двери, - Не провожай. И не звони мне больше.

Стою, как истукан. А чего, собственно, ждал? Она права совершенно. А я - полный кретин!

Слышу, как Марина пытается открыть дверь. Чёрт, там замок заедает. Иду, помогаю открыть.

- Ты зла не держи, Марин! Я просто не знал, к кому ещё обратиться. Прости, и счастья тебе.

Она останавливается на пороге.

- Он хоть симпатичный? Этот твой? - неожиданно, однако. Пожимаю плечами, потом киваю:

- Да. Очень даже.

Она вздыхает, трясёт головой и уходит, не проронив больше ни звука.

Я возвращаюсь в квартиру, валюсь на диван, обхватив руками голову. Надо что-то придумать, мне надо что-то придумать!

Больше полутора суток бессонницы и тревог наваливаются на меня, и я вырубаюсь. Во сне падаю в какую-то чёрную бездонную яму, из которой меня вытаскивает телефонный звонок. Тру ладонью лицо, смотрю на электронные часы на полке: светящиеся циферки показывают половину одиннадцатого. Вот это меня рубануло!

Телефон настойчиво призывает моё внимание. Беру трубку:

- Да, слушаю!

- Матвей, - голос Маринки спокойный и решительный. - Я тут поговорила с Лёнечкой… Он действительно этого Волохова знает, встречались на какой-то конференции завов, шапочное знакомство. Я попросила его позвонить этому твоему доктору и попросить взять тебя на работу. Санитаром. Как моего оооочень дальнего родственника. Думаю, так тебе будет проще всего решить свои вопросы. Только пожалуйста, давай без смертоубийств! Мне такая ответственность ни к чему.

- Марина… Мариночка!.. - у меня прямо слёзы наворачиваются, честное слово. Вот кто этих баб поймёт? - Хорошая моя! Спасибо тебе! По гроб жизни обязан!

- Я тебе позвоню, когда Лёнечка договорится. Сам со мной не связывайся, жди.

Она молчит, потом решается:

- У нас поэтому ничего не получилось, да? Потому, что ты…

- Мариночка! - она заслужила этот маленький подарок своему женскому самолюбию. - Да будь я нормальным - разве отказался бы от тебя? Ты же умница и красавица, каких поискать! Твоему Лёнечке повезло несказанно. Надеюсь, он всегда будет ценить тебя, как ты того заслуживаешь.

- Да, конечно… - в её голосе то ли гордость, то ли сожаление. - Ладно, Матвей. Удачи тебе! Вам.

Ещё какое-то время слушаю короткие гудки. Спасибо, Марин! Первый шаг сделан.

========== Глава 10. ==========

Пять суток. Сто двадцать часов ожидания и бездействия.

Домой не возвращаюсь - там всё заставляет вспоминать и думать, рисуя в воображении жуткие до тошноты сцены.

Пашу, как сумасшедший, лишь бы занять руки, а с ними и голову, хотя бы отчасти. Вечером еле хватает сил принять душ и кое-как впихнуть в себя то съестное, которым меня постоянно снабжает Тамара.

По моей настоятельной просьбе, ни Степан, ни Рашид никому из знакомых ничего не рассказывали - зачем плодить пересуды? Помощи я ни от кого не жду, - какая тут помощь? не приступом же этот центр брать! - а быть предметом сплетен и обсуждений мне как-то совсем не улыбается.

Наконец звонок от Маринки:

- Завтра сможешь подъехать в “Верный путь”? Часам к десяти, Волохов тебя примет. На многое не рассчитывай, Лёнечка просто попросил тебя “посмотреть”. Мол, парню работа позарез нужна, а у нас в клинике для неквалифицированных работников никаких вакансий. Короче, сможешь понравиться - получишь работу и шанс помочь своему… другу.

Маринка кладёт трубку, даже не дослушав слов моей безграничной благодарности. Понятно, ей совершенно не хочется “ввязываться в мои гейские приключения”. И на том спасибо.

Наскоро объяснив пацанам ситуацию, мчусь домой. Нужно отдохнуть, отоспаться, чтобы завтра иметь удобоваримый вид, произвести на эту сволочь Волохова приятное впечатление. Загоняю поглубже все эмоции - чтобы не мешали. Мозг даёт команды, тело выполняет. На всякий случай собираю сумку - шмотки, документы. Ложусь пораньше, ворочаюсь, отгоняя навязчивые, как августовские мухи, мысли. В конце концов включаю телек, нахожу какую-то мыльную драму. Проверенное средство срабатывает быстро - убаюканный занудными перипетиями мозг отключается. Всю ночь гоняюсь за каким-то доном Родриго по прозвищу Иваныч в безнадёжных попытках отобрать у него форменную фуфайку и пропуск на территорию “Верного пути”, где он работает истопником.

Утро явно недоброе, хмурое, хотя я изо всех сил пытаюсь наполнить его надеждой на лучшее и уверенностью в себе, совмещая этот малоэффективный аутотренинг с зарядкой, душем и соскребанием с морды пегой щетины. Критически оцениваю своё отражение в зеркале: Адонис, ссука, с бодуна! Надеюсь, заведение доктора Волохова остро нуждается в суровых мужиках.

Мой неказистый с виду “Опель” залихватски влетает в разлившиеся ночью лужи, резво обходя более презентабельных представителей автомобильной фауны. Я всё же автомеханик и машинки умею прокачивать не хуже немцев с их двухлитровыми двигателями и турбинами. Так что к этому чёртовому центру прикачу минут на сорок раньше положенного, точно. Хорошая асфальтированная дорога, явно не так давно проложенная через сосновый лес, в моём полном и единоличном распоряжении. Чуть сбавляю скорость, сквозь размазанную дворниками морось замечаю на обочине сиротливо мигающий аварийкой “BMW”. А рядом - ну надо же! - изрядно подмокший доктор Волохов О.В. собственной персоной. Сегодня мой день, что ли?