Троекон. Третий путь (СИ) - Слимпер Николай Николаевич - Страница 94

Яспис по просьбе Мурры послал одного из своих подчиненных в ближайшую травяную лавку, и тот принес некоторые ингредиенты, которые чародей размолол и смешал. Когда сняли повязки, Айван не выдержал и потерял сознание. Рука превратилась в обгорелый кусок плоти, исходящий сукровицей. От кожи осталось одно напоминание. Когда же он пришел в сознание, Мурра уже закончил смазывать ожоги и обвязал руку новыми бинтами. Боль чуть стихла, но Айвану от этого было не легче. Пальцы все еще едва гнулись.

После ужина явились волшебники в полном облачении. Черные мантии поверх дублетов выглядели зловеще, но ни в какое сравнение не шли с прихваченными с собой масками. Маги жили в городе и до поры до времени не желали раскрывать свои личности перед теми, кто может их увидеть.

Альмандин заявил, что никаких изменений не случилось, а Сехрим находится в особняке.

-- Идти по туннелям нельзя, -- предупредил он, -- там полно стражников.

-- Они до сих пор там? -- удивился Мурра. -- Уже практически ночь.

-- Под землей всегда ночь. Судя по всему, молестий приказал им не вылезать, пока они не обыщут все подземелье. Они уже нашли пыточные комнаты и те, где содержались пленники. Даже мы не знаем, есть ли там что-то еще.

-- Придется вам идти по улицам, -- кивнул Яспис. -- Ночью не так много зевак, но стражники могут оказаться помехой.

-- Просто следуем старому плану, -- пожал плечами Алмандин. -- Одни отвлекают стражников, остальные штурмуют особняк Сехрима.

-- Боги в помощь, -- вздохнул Яспис.

Быстро разделившись на отвлекающих внимание и штурмующих, маги, один седокта и один берсеркер вывалили на улицу. За пеленой облаков не было видно ни звезд, ни луны, но само небо будто светилось изнутри, а для обостренного зрения волшебников и Нандина этого было достаточно.

Помимо их троих, с ними отправилось еще четыре волшебника во главе с Альмандином, не выпускающим из рук Архетелос. Айван боялся, что его свет может привлечь чужие взоры, но остальным, казалось, до этого нет никакого дела, и он промолчал.

На востоке вспыхнуло пламя, словно солнце вдруг решило встать с другой стороны. Где-то вдалеке послышались едва различимые крики. Так как особняки Йесила и Рудоны теперь пустовали, Непокорные решили сменить цель и напасть на городскую тюрьму. Зарево магического огня было видно, наверное, во всем городе. Оставалось лишь надеяться, что стражников можно привлечь пламенем ничуть не хуже, чем мотыльков.

Пробираясь по узким улочкам и переулкам, Альмандин вел своих людей и практически случайных попутчиков к особняку Сехрима, и маяком им служила высокая цилиндрическая башня, темнеющая даже на фоне облаков.

Тишина пугала своей неизвестностью. Айван до дрожи сжимал в руке кинжал, надеясь, что он ему сегодня не понадобится. Прохладный ветер трепетал выданную ему накидку с капюшоном, и приятно холодил раненную руку, которая практически онемела от легкого осеннего морозца.

Вот впереди показалась каменная стена, частично окружающая особняк. Башня высилась над головой, словно готовый обрушиться на головы меч. Айвана пробрал озноб, когда он вспомнил, как на него падала практически такая же башня, унесшая жизнь одного из Непокорных.

Мурра шепотом прочел заклинание, а в следующую секунду в каменной кладке уже зияла сквозная дыра. Будучи наименее вооруженным, Айван замыкал шествие, прямо перед ним шел Нандин, и юноша вновь подивился тишине его поступи с такими-то габаритами. Видимо, берсеркер решил заделаться его личным телохранителем, и парень совсем не был против.

Спрятавшись за башней, вся группа остановилась.

-- Где окно комнаты Сехрима? -- спросил Мурра.

-- С западной стороны, -- ответил Альмандин. -- На том конце второго этажа. Используя Архетелос, я могут стереть в Бездну этот особняк, а ты добьешь Сехрима.

-- Мы же договаривались, -- твердо сказал травник. -- Нам необходимо забрать кое-какие вещи, а Сердце Дракона попросту их уничтожит.

-- Ладно-ладно, -- отмахнулся маг. -- Тогда заходим внутрь, понимаемся на второй этаж, а дальше по обстановке.

Убедившись, что вокруг никого нет, а из окна никто не смотрит, они перебежали к задней двери особняка. Альмандин касанием камня уничтожил крепкое дерево, и штурм начался.

***

Больше всего сейчас Лютер сожалел, что с ним нет его доспехов из Божьего камня. Столь сложную конструкцию не выковать за несколько дней, хотя местный коваль уверял, что закончит работу в кротчайшие сроки. И все же, пока Лютеру пришлось облачиться в латы обычного рыцаря-викарана.

Молестий сидел в погребе Сехрима без дела уже целый час, и это сводило его с ума. Он даже не мог представить, как три десятка стражников смогли провести здесь целый день, делая вид, что бегают по катакомбам. Хотя, витавшие в воздухе нотки вина и слегка осовелые взгляды давали ответ и на этот вопрос. Он не винил стражников, что они нарушили его приказ не притрагиваться к алкоголю; по крайней мере, почти все они все еще твердо держались на ногах.

На улице давно стемнело, когда сверху послышался звук шагов. Спустя несколько секунд вниз по лестнице спустился один из стражников, специально сменивший металлические доспехи на кожаные, чтобы греметь при передвижении.

-- Я разглядел семь фигур, среди которых настоящий здоровяк и коротышка, как будто ребенок.

-- Они проникли в особняк?

-- Ага. Дверь просто испарилась, будто ее и не было.

Неожиданно почти вся мозаика в голове Лютера сложилась. Он все гадал, зачем Мурре и остальным нападать на одного из Мастеров Зела, теперь же ответ найден. Архетелос. Молестий полагал, что он у Айвана, но, возможно, один из Мастеров забрал его у мальчишки, а затем использовал, чтобы освободить из тюрьмы Мурру и Нандина. Если предположить, что мальчишка в этот момент был в плену, значит, этих двоих завлекли в ловушку. Но главное, это была ловушка и для самого Лютера. Сехрим уверял, что беглецы сбежали в лес, но на деле он, а точнее, Азул, Фаинай Фораса, схватил их, а побег подстроил, используя магуя Горриндола.

Напав на особняк Азула, они вернули Архетелос, а теперь хотят вернуть инструментарии Айвана. Но откуда семь человек? Кто им помогает? И почему? В любом случае, искомого им не заполучить. Молестий усмехнулся, чувствуя под доспехами упирающиеся в грудь конфигар и гриморий. Сехрим не знает, что их больше нет у него в секретере, а потому, если он обладает силой, то воспользуется ею.

-- Вперед, -- приказал Лютер. Он с самого начала не планировал отсиживаться в подвале. Необходимо схватить тройку еретиков, прикрывшись защитой наместника. Конечно, они не успеют раньше, чем вторженцы доберутся до Сехрима, но на это и расчет.

На втором этаже послышались крики, нет, настоящие вопли. Лютер только вбежал на лестницу, ведущую наверх, когда на нее обрушилось окровавленное тело, перелетевшее через перила. Это оказался неизвестный молестию человек в черной мантии. Из рук у него выпал конфигар.

-- Оледенение! -- послышался выкрик Мурры, и в ту же секунду из дверей, ведущих в кабинет Сехрима, вырвался ледяной луч, врезавшись в стену на противоположной стороне. Через миг следом за ним с сумасшедшим гвалтом вылетел огромный ворон. От обеих нижних лап у него остались лишь замерзшие культи.

Берсеркер выпрыгнул, словно из неоткуда. Нанеся удар мечом наотмашь, он лишил трепыхавшегося Йесила головы, который тут же забился в смертельной агонии, словно безголовая курица. Нандин развернулся и только сейчас увидел пригнувшихся на лестнице стражников и вакаранов с мечами и арбалетами в руках.

-- Отродье Бездны! -- чертыхнулся он. Несколько человек запустили в него арбалетными болтами, но промазали.

-- Не стрелять! -- закричал Лютер. -- Вперед! -- Но не успел он преодолеть и десяток ступеней, как в него угадила мертвая туша Йесила-ворона, опрокидывая на стражников. Однако и сам Нандин не смог устоять на ногах, когда в него неожиданно врезалось толстое тело Рудоны. Берсеркер отлетел на несколько шагов, пробив замороженную ранее стену насквозь. В комнате закричала женщина.