Пробуждение (СИ) - Охэйо Аннит - Страница 101

— Всё, щит поднимается, — сказал Шу, повернувшись к нему. Лицо у него сейчас было ничего не выражающее, сонное. — И пушки тоже работают. Минут через пять всё закончится… в смысле, защита развернется полностью. Пусть тогда сунуться попробуют.

— А, хорошо, — прямо за окном сейчас сверкали молнии, бурлила водянистая мгла. Йаати прищурился, но звука совсем не было и потому всё, происходящее там, казалось ему совершенно нереальным. Казалось, пространство бурлило, словно жидкость, но всё слабее, по мере того, как щит Цитадели разворачивался, отодвигая мглу. Йаати подумал, что минут через пять всё на самом деле кончится… и вздрогнул, когда над башнями взошли сине-зеленые солнца. Сине-желтые лучи летели из них во все стороны, зажигая злые, белые, тут же гаснущие звезды. — Здорово горят, твари.

— Да, здорово, — Шу подошел к нему, тоже глядя на побоище. Чем бы ни были эти «клубки», сейчас они гибли сотнями и тысячами. Это напоминало уже не битву, а, скорее, истребление колорадского жука. Уцелевшие летели во все стороны, созданная ими мгла рассеивалась, таяла, открывая страшное кровавое солнце. За всё это время оно не сдвинулось даже на волос, и Йаати подумал, что эта странная планета вообще не вращается, вечно обращенная к солнцу одной и той же стороной… в то время как на другой царит вечная тьма, в которой… а, к черту, к черту…

Ещё какое-то время они неподвижно смотрели вверх, но небо уже не менялось, — оно застыло, словно нарисованное. Шу встряхнул волосами, словно очнувшись, с чувством потянулся, — и, глядя на него, Йаати опомнился тоже. Переглянувшись, они пошли есть.

— Дальше что? — спросил Йаати, когда они вернулись в казарму и налопались. Перед едой он вновь воспользовался «заправочным щитком», и шуулан, вроде бы, помог… хотя бы отчасти. Обалдение никуда не исчезло, да и вообще, он ощущал себя как-то… пусто, — словно в школе после выпускных экзаменов. Вот вроде бы и всё, — пой и радуйся, — а на самом деле грустно-грустно, потому что жизнь, можно сказать, кончена… школьная, по крайней мере. И, хотя впереди будет новая, — более яркая и интересная даже, — понимаешь, что без этого дикого шума и гама на переменах, драк в раздевалке и котлет из трески в столовой ты сам будешь вроде как и не ты…

— Дальше… — Шу сонно взглянул на него, и Йаати подумал, что там, в камере, он совсем не спал, конечно… — Надо убираться отсюда, тут не мир, тут гадюшник какой-то…

— Ага, а куда?

Шу отчаянно зевнул. Видно было, что спать ему хотелось страшно, — но для этого ещё было не время…

— Разбираться надо. Пошли в рубку…

В рубке Шу опять устроился у пульта, — а Йаати сел на пол, у окна. Ему очень хотелось попросить Шу показать, как обращаться со всей этой фигней… но для этого сейчас было не время, да и отвлекать его не стоило, чего уж там…

Интересно окажется, если выхода отсюда нет, подумал он. Такой себе тупик. Могила. Дно. И мы будем сидеть здесь, пока не кончится жратва… или пока не помрем от старости…

Йаати вздохнул. Такой вот конец он совсем не мог представить. И что-то говорило ему, что здешняя нечисть тоже не успокоится, и вскоре вернется, как говорится, в силах тяжких, а тогда… черт знает, что будет тогда. Долбанут водородной бомбой, например. Или атомной торпедой с подлодки…

Он недовольно помотал головой. Торпеды и водородные бомбы были слишком… человеческим оружием. Йаати понимал, что тут, в этом жутком мире, их нет и быть не может. Но зато может быть нечто такое, что он и представить не может… ну и хорошо, потому что пугать себя глупо…

— В общем, так, — сказал Шу, выпрямившись. — Чтобы совершить переход, нужно определить координаты, иначе не получится. К счастью, прямо здесь есть… ну, локатор вроде как, который этим занимается, — он показал на две цилиндрических штуковины. По мнению Йаати, на локатор они не походили ничуть. — Когда он включается, тут, в середине, возникает гиперсфера… ну, так в мануале сказано. Из неё вроде как видно другие миры, и можно в них портал открыть. А потом забросить через него маяк и определить координаты. Только это штука для Крэйнов, не для людей. Я не знаю, что будет, если я в неё влезу.

Йаати пожал плечами.

— Ну, тогда я влезу.

Шу хмыкнул.

— Не влезешь. Ты, прости, не фига не знаешь, что там делать. А я знаю. В теории, по крайней мере.

Йаати открыл рот, чтобы возразить… но в голову ему так ничего и не пришло.

Он растерянно смотрел, как Шу ходит вокруг «локатора». Там, в несколько рядов, прямо в воздухе, загорелись какие-то желтые, объемные знаки, и он касался то одного, то другого, возвращался к экрану, что-то смотрел, вновь возвращался к «локатору»… тянулось это долго, и Йаати начал ощущать себя кем-то вроде тунеядца, — хотя его часто называли лентяем, бездельно смотреть, как кто-то работает, он на самом деле не любил. Да и ощущать себя дураком ему не очень-то нравилось, чего уж там…

Наконец, пол завибрировал под ним. Сверху и снизу донесся мощный гул, на стеклянных торцах цилиндров тоже вспыхнули какие-то изображения. Воздух между ними замерцал, в нем, сплетаясь в клубок, затрещали разряды, — и, наконец, между ними повисла зыбкая, полупрозрачная сфера диаметром метра в полтора. Йаати даже не успел толком рассмотреть, откуда она там взялась.

— Ну вот, — устало сказал Шу. — Сейчас я туда… Если со мной что-то случится… а, нафиг, — он глубоко вздохнул, и вдруг нырнул в шар, словно в воду.

Йаати замер, глядя на плавающую в шаре смутную фигуру Шу. Тот поджал ноги, тело его как-то неприятно подергивалось, и нельзя было понять, что там с ним происходит. Сердце Йаати вдруг бешено забилось, снова подступая к горлу. Ему страшно хотелось вытащить Шу оттуда… но он боялся помешать ему и всё испортить. Только вот судороги Шу смотрелись уже совсем нехорошо, словно он начал там задыхаться, и через минуту Йаати не выдержал, — сунул в ощутимо плотную, словно масло, сферу руки, ухватил Шу за куртку, вытащил наружу…

Шу плюхнулся на пол, судорожно задышал, — он и в самом деле чуть не задохнулся, — потом помотал головой, что-то слабо замычал, сел… Йаати испуганно следил за ним. Если с Шу там что-то случилось… но испугаться всерьёз он всё же не успел.

— Сдохнуть можно от этого, — наконец сказал Шу, опомнившись. — Всё мельтешит, калейдоскоп какой-то. У меня крыша там поехала.

— Значит, я, — Йаати вздохнул. На самом деле ему вовсе не хотелось туда лезть… но других кандидатов видно как-то не было, да и, в конце концов, у него был уже определенный опыт в этой области… — Когда я начну задыхаться, — хватай за штаны и тяни, не то я там сдохну…

Шу хмуро смотрел на него, — верно, и ему эта затея не нравилась, — но ничего не сказал, просто кивнул.

Йаати ещё раз глубоко вздохнул, словно готовясь нырнуть, — и бросился в шар. В первый миг он испугался, что просто проскочит насквозь и смачно треснется об пол… но завис в некой бесплотной, однако же вполне ощутимой среде, словно в шаре колыхавшейся воды, — рубка из неё была видна очень смутно, да и вдохнуть её не получалось… наверное, и к лучшему, черт знает, что это вообще такое…

И что дальше? — подумал Йаати через несколько мгновений. Наверное, на меня эта фигня просто не действует, потому что я…

Мир вокруг взорвался. Один, цельный образ вдруг сменили миллионы, наверное, летящих во все стороны осколков, словно в башку Йаати на самом деле угодила бомба. От такого у него тоже поехала бы крыша, — но почти сразу же это безумное мельтешение превратилось в привычный уже калейдоскоп, а потом замедлилось до почти нормального, — по крайней мере, теперь он хотя бы успевал понять, на что именно смотрит. На сей раз, это были не закоулки Цитадели, не разные места этого жуткого мира, а другие, совсем другие миры, один за другим сменявшие друг друга. Сейчас Йаати чувствовал, что может войти в любой из них… если захочет… только вот как-то не хотелось…