Взаимоотношения Ирана и Центральной Азии. Тенденции и перспективы - Санаи Мехди - Страница 11

3. Центральная и южная части Евразии сегодня считаются важнейшими коммуникационными линиями мира, транзитными экономическими линиями планеты. Особая значимость данного региона объясняется тем, что он различными сухопутными и водными путями соединяет северное полушарие с южным и – Восток с Западом; расположен между Европой и Азией, между Западом и исламским миром; находится между свободными водами с двух сторон; наконец, соседствует с политически и экономически могущественными державами.

4. По истечении двух десятков лет после обретения республиками Центральной Азии независимости основной спор велся вокруг вопроса о способах транспортировки нефти и газа (посредством трубопроводов), нежели об их добыче. При этом сверхдержавы предлагают планы по строительству трубопроводов не на основе географических реалий, но сообразно своим экономическим и политическим интересам и исходя из соображений собственной безопасности. Хотя существуют традиционные российские линии для транспортировки энергоносителей и различные маршруты через Иран, Афганистан, Пакистан, Турцию, всё же вопрос транспортировки находится под сильным воздействием американской политики в регионе, которая влияет на решения региональных руководителей.

5. Военные действия США против Ирака вслед за войной с Афганистаном и усиление их контроля над нефтяными ресурсами Персидского залива поставили вопрос о совместной политике безопасности в двух регионах – Центральной Азии и Ближнем Востоке. Данная ситуация также способствовала тому, чтобы вопрос об энергетических ресурсах центра и юга Евразии был рассмотрен в виде единого и неразделимого комплекса проблем: более важным, чем получение доступа к части из этих ресурсов по причине отсутствия ее зависимости от других частей, является доступ к совокупности всех упомянутых энергоносителей. При этом важно иметь в виду стратегическое положение всей южной и центральной Евразии. Таким образом, действия присутствующих в Центрально-Азиатском регионе, Каспийском бассейне и на Кавказе игроков свидетельствуют о том, что энергетические ресурсы и в будущем будут служить основой для конкуренции и сотрудничества великих держав, а геополитический анализ по-прежнему будет оставаться основным методом анализа международных и региональных событий. Вопрос о контроле над энергоресурсами стоял в основе доктрин Трумэна, Эйзенхауэра и Картера – президентов США времен «холодной войны». Доктрина Вулфовица, которая была сформулирована в Министерстве обороны США в 1992 году (и к которой президент Клинтон отнесся пренебрежительно), теперь определяет основы внешней политики США. В этой доктрине особое внимание уделяется превентивной политике в плане господства над стратегическими регионами, богатыми энергоресурсами (см.: [257а]).

В целом положение с энергоносителями в регионе таково, что страны Евросоюза также торопятся заключать различные соглашения о сотрудничестве. Через усиление НАТО они демонстрируют свое вйдение вопроса о значимости нефти и газа в этом регионе. НАТО стало вмешиваться в вопросы об энергоносителях и защите окружающей среды наряду с энергетическими компаниями. При этом предполагается, что Европа в будущем станет крупнейшим потребителем нефти и газа из Центрально-Азиатского региона.

Китай в будущем также будет испытывать острую зависимость от энергетических ресурсов региона для обеспечения собственного экономического развития. Между тем Россия, испытавшая в 90-ые годы XX века серьезные экономические трудности, связанные с распадом СССР и дистанцированием от нее стран ближнего зарубежья, в период президентства Путина поставила целью восстановить прежние связи и прежде всего – по вопросу о добыче и транспортировке энергоносителей [86: 160 – 1671], заключив долгосрочные контракты с Туркменистаном, Узбекистаном, Казахстаном и Азербайджаном.

Однако не только Россия, США и Евросоюз заинтересованы в энергоресурсах Центральной Азии и Каспийского бассейна, в эту игру вовлечены и такие страны, как Иран, Турция, Индия и

Пакистан. Совпадение или расхождение их целей с интересами великих держав будет иметь влияние на их экономику в долгосрочной перспективе.

В последние годы, после вторжения США в Афганистан и Ирак, конкуренция вокруг энергетических ресурсов Центральной Азии и Каспийского бассейна обострилась, приобретя перспективу геополитического конфликта, который проявляется то в форме противостояния, то в форме сотрудничества. При этом баланс сил между региональными силами и крупными игроками претерпел изменения.

Россия и Китай оказались в условиях, противоречащих их интересам, однако поддержали США, включившись в борьбу с терроризмом. Несмотря на то, что США выступили ярыми сторонниками строительства нефтепроводов, исключая возможность строительства российских газопроводов, Россия, вместо того чтобы противостоять этому, приступила к широкому и реальному экономическому сотрудничеству с республиками Центральной Азии и Каспийского бассейна и начала сложную игру с Америкой в компромиссы и уступки [257а: 51–60].

Несмотря на завершение идеологического противостояния, закончившегося с распадом СССР, вопреки налаживанию широкого сотрудничества между Россией и США и определению общих целей, таких как борьба с терроризмом, в будущем можно ожидать обострения геополитической конкуренции в регионе:

– во-первых, американская стратегия, основанная на господстве над энергоресурсами и контроле над транспортировкой этих ресурсов, диктует военное и политическое присутствие США в Каспийском регионе и в прилегающих к нему странах;

– во-вторых, события последних лет показывают, что энергоресурсы Южной и Центральной Евразии будут определяющими в предстоящих процессах конкуренции и сотрудничества;

– в-третьих, свидетельством подобной американской стратегии является наличие таких факторов, как усиление поддержки Турции, вторжение в Ирак, усиление пропаганды против Ирана и иранской ядерной программы, объявление Центральной Азии зоной жизненных интересов Америки и закрепление этого тезиса в стратегии национальной безопасности (в сентябре 2002 года).

Вполне очевидно, что меры, принятые США на южных рубежах Евразии, влияют на баланс интересов в Центральной Азии, на Кавказе и прилегающих к ним странах. Некоторые авторы утверждают, что противостояние времен «холодной войны» всё еще продолжается – с той только разницей, что раньше это было противостояние двух сверхдержав, а теперь к процессу присоединились новые региональные игроки. При этом имеет место дисбаланс, связанный с неравенством экономических потенциалов России и других стран региона с одной стороны и США – с другой. Огромные возможности этой экономически развитой державы, позволяющие выделять немалые деньги на налаживание сотрудничества и предоставление льгот, стали движущим стимулом для ориентации новых властей Кавказа и Центральной Азии на США [86: 162].

Игра вокруг добычи и транспортировки энергоносителей в Центральной Азии и на Кавказе до того серьезна, что некоторые авторы рассматривают вопрос о присутствии и действиях великих держав и региональных государств, а также вопросы двустороннего и многостороннего сотрудничества именно в рамках конкуренции и сотрудничества в связи с энергоресурсами. Геополитический анализ действий великих держав вокруг энергоресурсов данного региона позволяет более объективно взглянуть на некоторые политические курсы, принятые решения и реализованные меры последних лет [86: 166–167].

В любом случае, история и география Центральной Азии поставили социально-экономическую ситуацию региона перед многочисленными проблемами и стали причиной возникновения глубоких внутренних и региональных разногласий. Однако неблагоприятное экономическое положение, по-видимому, вынудит центральноазиатские страны осознать приоритет интересов региона и в конечном итоге приведет к укреплению внутрирегионального сотрудничества. Пока что разногласия, коррупция и неэффективная инфраструктура транспорта и бизнеса относятся к тем отрицательным факторам, из-за которых региональное сотрудничество находится на нежелательном уровне и ориентировано в неверном направлении. Такое сотрудничество должно включать в себя такие компоненты, как торговля, развитие транспортной инфраструктуры, связанной с энергоносителями, и контроль над нею. Страны региона должны пойти по пути сокращения таможенных пошлин, рационального управления транзитом, улучшения маршрутов транспортировки и увеличения человеческих ресурсов в области транзитных услуг. Они должны начать поступательное движение вперед и тем самым подготовить почву для увеличения своего присутствия на арене международной экономики.