Игра с тенью - Полянская Катерина - Страница 49

Вот как? И действительно, разве ей обязан нравиться приятель отца?

Улыбнувшись этой мысли, я как раз надумала разузнать немного о своем загадочном соседе, но тут начались странности.

Тереса закатила глаза и резко завалилась на спинку кресла.

Поначалу я похолодела. И только несколько секунд спустя в сознании всплыла информация о том, что девушка, вообще-то, больна. Просто держалась она бодро, много болтала, смеялась, меня развлекала, и я как-то успела подзабыть об этом прискорбном факте.

Но надо что-то делать!

Так, спокойно… Квитан должен быть где-то в здании, он же пошел улаживать проблемы своих жильцов. Сейчас позову его, уж он-то точно знает, как поступить.

Однако попытка встать провалилась с треском.

Я не без ужаса обнаружила, что не способна пошевелиться.

Какого?! Голос тоже отказался подчиняться. Закричать не получилось, хотя очень хотелось, душа прямо-таки требовала!

Мгновение я сидела истуканом и осознавала весь ужас ситуации. Надо же было так попасться! И ведь совершенно ничего не заподозрила! Даже когда Тереса откровенно интересовалась подробностями моей личной жизни.

Потом нагрянуло какое-то странное почти спокойствие. Ланшер в курсе, куда и с кем я пошла. Он скажет Сано! И тот… сделает что-нибудь…

Глупо меня убивать, учитывая все это.

Или отец и дочь задумали другое?

В памяти все разом всплыли предположения насчет тени, которая вселялась в людей, и спину обжег холод. Мамочки… А если это была не тень вовсе? Не совсем тень? Не в привычном смысле. Вдруг Квитан с Тересой искали способ переместить сущность больной девушки в здоровое тело? Безумие, но…

Да нет же, это полная чушь!

Убийства тогда к чему?

Почти сумела разубедить себя и успокоиться, когда странности продолжились. Из ноздрей обморочной Тересы выплыло облачко белесого пара. Если бы мимика была мне доступна, я бы сейчас округлила глаза. То самое редкое чувство, когда оказываешься права, но радоваться этому совсем не хочется.

Облачко с каждым выдохом девушки все увеличивалось и, когда стало размером с ладонь, наконец отделилось от нее и медленно поплыло ко мне.

До одури хотелось вжаться в спинку стула и заскулить, но получалось только смотреть.

Если Сано собирается прийти мне на выручку, лучше бы ему поторопиться.

Однако секунды убегали, сущность, облюбовавшая мое тело, приближалась, а героев-спасителей не предвиделось. Только синие блики рассыпались по обмякшему телу напротив…

Интересно, мне будет больно?

Чтобы хоть немного отвлечься от панического ужаса, бьющегося внутри онемевшего тела, я постаралась сосредоточиться на отсветах и понять, откуда они. Так сразу не получилось… Что-то вертелось на краю сознания, но обретать ясные очертания догадка не желала.

События тем временем не стояли на месте. Приблизившись ко мне, «облачко», которое, подозреваю, правильнее именовать Тересой, замерло ненадолго, а потом со всей дури врезалось в грудь. И…

Ничего.

В смысле, вообще.

Ни боли, ни холода, ни давящего чувства. Ощущения даже отдаленно не напоминали то, что я пережила, когда в меня пытались вселиться в прошлый раз.

Радоваться или дергаться? Может, все дело в параличе?

Самостоятельно прийти к какому-либо выводу я не успела.

Синяя вспышка озарила кухню. Камень на кольце, якобы присланном Сано, пылью осыпался на стол, только оправа осталась. И почти сразу меня стало отпускать. Из горла вырвался мучительный стон — тело выходило из онемения и щекотно-болезненно ныло, ну как нога, которую отсидели. Разум вспомнил о важном: перед тем как разбили витрину, я надела кулон!

Камень был голубой, точно помню! Очень красивый.

Что примечательно, никакой дополнительной сущности в своем теле я не ощущала.

Какое везение…

Пальцы почти перестало колоть, наконец стало возможно пошевелить ими, и первое, что я сделала, — вытащила из-под платья кулон и внимательно всмотрелась в него. Сердце трепыхнулось и пропустило удар. Камень, который еще недавно казался мне невероятным, сейчас походил на полый кусок цветного стекла, дешевку. Впрочем, внутри было кое-что интересное.

Там билось, не имея ни единого шанса вырваться, печально знакомое «облачко», только теперь очень маленькое.

Взгляд устремился вперед, туда, где в кресле лежало мертвое тело. И губы сами собой сложились в счастливую улыбку.

— Кажется, кто-то перехитрил сам себя, — чуть слышно прошептала я.

Едва успела вернуть кулон на место, как услышала звук отпираемого замка. А вслед за ним прозвучал нетерпеливый голос:

— Ну как? Получилось?

Квитан. Как и следовало ожидать, он был заодно с дочерью.

На миг я похолодела, потом вспыхнула решимость. Самое трудное я сделала — выжила и осталась в буквальном смысле в себе. Так что же, не справлюсь с каким-то стариком?

— Да! — голос звучал громко и отчетливо, но в то же время слегка надломленно, самое то для девушки, только что пережившей сложный ритуал. — Да…

Подлый обманщик, пыхтя, ввалился в кухню и внимательно всмотрелся в меня.

Сердце перепуганно трепыхалось где-то в горле. Хоть бы ничего не понял!

И я не злобная, но как бы мне хотелось, чтобы Тереса сейчас все видела и слышала! Другого наказания ей и не надо.

— Ну и… как ощущения? — неуверенно спросил счастливый отец.

Не понял. Я украдкой выдохнула.

Хорошо, что тело из-за медленно сходящего онемения не могло дрожать, это бы выдало меня с потрохами.

— Невероятно. — Видимо, я тоже перенервничала, потому что улыбка получилась слишком широкой и какой-то полубезумной. Ну и ладно. А вот дальше пришлось импровизировать: — Наконец-то почувствовала себя живой.

— Слава всему! — выдохнул Квитан и порывисто прижал мою голову к своей груди.

В уголках его глаз блестели слезы.

Маленькой частице моего существа было жаль этого человека. Все же ему достаточно пришлось пережить. И я правда всей душой хотела помочь. До того, как они попытались сотворить со мной это…

Впрочем, я еще даже приблизительно не представляла, какую именно участь мне уготовили. Но жестокая реальность не преминула просветить.

— Эта вырубилась? — Порыв чувств прошел, и Квитан стал деловитым и собранным.

— Как видишь, — осторожно кивнула я. — Все прошло по плану.

Выпустив меня из объятий, Квитан окинул безразличным взглядом тело в кресле.

Сострадания к нему убавилось.

— Хорошо. Помнишь, что надо делать?

Я быстро кивнула.

Можно подумать, у меня был выбор!

Только бы выбраться отсюда… Внимание остановилось на вскипевшем чайнике. Хоть что-то. Придется защищаться — выплесну на мерзавца кипяток. Идея казалась симпатичной, и я, поднявшись, специально встала так, чтобы можно было до него дотянуться, но предосторожность оказалась излишней. Квитан не только ничего не заподозрил, но, как всякий заботливый родитель, принялся поучать дочь. А по факту — выдал себя с потрохами:

— Иди в магазин. Никто не должен ничего заподозрить. Я распущу слух, что отправил дочь к дальней родственнице в деревню, а через пару недель сообщу о ее смерти. Ты поддержишь меня в горе, в возникшую дружбу все поверят легко.

Снова кивнула. Но отступать к двери не спешила. Близость чайника внушала подобие чувства безопасности.

— И будь полюбезнее с Аржисом, — продолжал наставления Квитан. — Знаю, это трудно, но постарайся пересилить себя. Нужно заручиться его поддержкой, потому что если кто и может раскусить нас, то только он.

Вдох-выдох. Спокойно… Осталось совсем немного потерпеть.

— Хорошо, папа. Я все поняла.

— Вот и умница, — умиленно улыбнулся негодяй.

Можно было уже уходить, но что-то дернуло меня спросить:

— А с ней что? — кивнула на кресло.

Брови мужчины чуть приподнялись.

— Как и планировали. Сейчас позову Марену, пусть как хочет везет ее в этот свой храм. Главное, что она оттуда точно не выберется да и не протянет долго. И все будут довольны. Ты останешься жива, а ведьма вернет беглянку и заимеет со временем сильную наследницу.