Джим Хокинс на острове с сокровищами (СИ) - Никатор Александр - Страница 80

Джим, решивший присоединиться к пиратской команде, тут же оказался в «свите» командирши, которая явно положила на него глаз и постоянно приобнимала подростка, что то хохоча ему прямо в ухо или трогала его, почти за все места — но не грубо, скорее делая вид что случайно.

Новичёк явно раздражал старых ухажёров капитанши, но её воля была законом для всей команды и пираты, угрожая жестами и тихим шепотком Джиму, всё же его не посмели тронуть.

Вечером того же памятного дня, Джим и Флосси Рид, именно так звали шумную капитаншу пиратов, что освободили пленников из трюма компанейского судна — уже стали любовниками.

Много выпитого виски и бренди, вина и чего то местного, из настоек странных растений — и расслабившиеся Джим с Флосси уже вовсю забавлялись в капитанской каюте, что заняла пара и где и проводилась ранее общая попойка пиратской команды.

За пару дней Джим, понявший что Флосси хочет ему попросту выговориться, так как все её прежние подчинённые сами были большие балагуры и скорее перебивали своими сальными шуками её откровения, смог приблизительно и крайне немного, но всё же узнать свою странную спасительницу и нынешнюю любовницу, и понять что ему самому следует делать далее.

Флосси вечерами, когда она скидывала с себя маску разбитной и неунывающей девахи, совершенно привычно, как многие женщины, жаловалась, почти вдвое её младшему Джиму, на перепитии своей тяжкой бабьей судьбы и говорила что не этого она ждала.

Девушка родилась в обычной, сильно верующей крестьянской семье, в посёлке близ Плимута.

Родители её мечтали о сыне, но все семь ранее родившихся братьев девочки — умерли. Тогда мать стала саму Флоренс, Флосси — одевать как мальчишку и играть с нею, как с сыном.

Девочка совершенно не видела в этом ничего странного и с самого детства была вожаком в мальчишеских ватагах, участвовала наравне с остальными в драках стенка на стенку, мечтала сбежать в море.

В шестнадцать лет Флосси всё же убежала из родительского дома, но не на флот а в континентальную армию, что тогда сражалась в Европе и смогла отличиться в одном из боёв, при схватке за обоз. После чего, переодевшись снова в мужскую одежду, нанялась на службу как солдат — но уже в ином полку, расположенного на постой значительно дальше от того где она была известна как девушка.

В трёх последующих сражениях Флосси получила медаль и ранение, которое и заставило признаться лечившим её врачам, кто она на самом деле. Фельдшер влюбился в неё и помог скрыть всё в тайне.

Война вскоре окончилась и пара решила пожениться и завести себе какое небольшое хозяйство: однако муж Флосси, уже через пару месяцев после свадьбы умер и женщина, что бы как забыться, решила внове переодеться мужчиной и покинув Англию, наняться матросом на какое судно в колонии. Куда именно плыть — ей в тот момент было без разницы.

Возле Мадагаскара их корабль был захвачен судном под командованием капитана Тача и тайну женщины раскрыли.

Три месяца Флосси сожительствовала с Тачем и при этом ходила наравне с остальными пиратами на абордажи, участвовала в боях.

Флоренс совершенно не боялась крови, своей и чужой, и в отличие от многих девушек спокойно переносила боль, что давало ей возможность участвовать в сражениях не хуже, а то и лучше иных абордажников.

Ловкая, быстрая, с военным опытом — Флосси скоро возглавила абордажную команду корабля Тача, а когда того убили, во время схватки с кораблём Компании близ Сурата, именно Флоренс команда выбрала своим новым капитаном.

Здесь удача отвернулась от неё вновь: женщина была неплохим бойцом и немного понимала в судовождении, месяцы сожительствования с Тачем и его постоянные пояснения управления судном внимавшей внимательно любознательной девушке всё же давали о себе знать, но…

Но всего за полгода их прежнее судно четырежды садилось на мель, чуть было не нарвалось на ловушку эскадры военных кораблей, прибывших для патрулирования океана и наконец, во время преследования огромного португальского судна с рисом и перцем, Флосси поспешила и приказав в сильный ветер поднять все паруса — фактически одним этим приказом сломала одну из мачт судна и провалила захват огромного ценного приза.

На пиратской сходке на Мадагаскаре все переругались и с нею, на острове, осталось лишь полсотни человек, из прежней команды в двести головорезов.

Вскоре на остров зашли французы и Флоренс, очаровав капитана одного из их судов, смогла усадить всех своих людей на корабль: ночью люди Флосси перебили французов и захватили себе новое судно.

Потом пиратствовали у Малабара, где и сменили французский торговый корабль на быстроходную шхуну «Знамение».

Далее было два месяца новых неудач, погонь за ними компанейских судов и флотилий европейских держав и наконец, все оставшиеся с Флосси люди приняли решение: возвращаться на родину, в Англию!

Женщина и сама признавала что не очень хорошо справилась с ролью командира, не её это было дело, а посему не стала спорить со своими людьми и также решила вернуться домой, в надежде куда снова завербоваться в солдаты или матросы, или, как она не раз видела у индийских правителей, стать малозаметной телохранительницей какой знатной дамы, выдавая себя за её приятельницу компаньонку.

Как охранник при даме Флосси не привлекала к себе внимания, а владела палашом и пистолетами — не хуже какого пирата, а то и лучше.

— Так то вот, пострелёнок ты мой… — нежно гладя грудь Джима, говаривала после очередного своего рассказа, с привычными ей наедине или при близких людях, слезами, Флосси. — Теперь вот вас встретили и решили немного пограбить судно Компании, сильно мы её ненавидим! А тут и добычи то и нет совсем, разве что тебя подхватила!

Женщина тут же начинала страстно целовать Джима, было видно что соскучилась что бы с нею «поговорили», а не сразу кидали на кровать и подросток этим вовсю пользовался.

Сейчас Хокинсу казалось что он наконец понял как использовать сложившуюся для него невероятно удачным образом ситуацию и на пятый день их плавания в Сеуту, он предложил своей любовнице: «Флоренс! Тебе не надоело мотаться как маркетантская лодка? Не пора ли уже обзавестись своим хозяйством и жить достойно и богато в своём доме?»

— Аахахах! Зайчик — давно пора! Да вот незадача… Так нигде и не нашла я себе: ни мужа, чтоб был подолгу со мною, ни богатства — что бы на него опереться в хозяйствовании самостоятельном.

Джим, с несколько наигранной запальчивостью схватил смутившуюся, всё же команда была рядом, Флосси за руки и стал ей с жаром рассказывать о пиратской карте Флинта, о том что он остался единственным живым с «Моржа» и что сквайр Трелони, который вывез сокровища в Англию, Хокинс решил сообщить женщине что сокровища уже все найдены и находятся в сейчас Англии, оставив тайну схронов на Багамах для себя — что сквайр не успел сложить деньги, совсем недавно им заполученные подлостью, в лондонские банки и ловкий налёт ватаги пиратов, на слабоохраняемое, всего парой-тройкой старых пердунов егерей, которые скорее просто слуги сквайра, поместье — сделает их всех богачами!

Сперва Флоренс лишь качала головой печально улыбаясь, однако когда Джим с остальными членами экипажа судна, которым он также начал горячо рассказывать о возможности сорвать огромный куш, стал обсуждать своё предложение предметно — все согласились что почти пустыми возвращаться в Англию нет никакого смысла и что следует как минимум навестить сквайра: даже если ничего и не обнаружат, вариант немного пограбить, перед тем как окончательно разбежаться — всё равно не самый плохой!

В Сеуте продали громоздкое судно берберскому купцу и купив быстроходный шлюп пересели на него. Было тесно, но это неудобство было терпимо.

Прикупили провизии и пороха, пистолеты. Джим помог всем приобрести новые документы и хотя все они были выписаны на иноземцев — голландцев или итальянцев, бывшие пираты Азии посчитали что с ними лучше, чем со старыми или и вовсе без них.

Через восемь дней после выхода из порта Сеуты — Хокинс привёл шлюп с пиратами капитанши Флосси в небольшую, удобную, скрытую от глаз гавань, располагавшуюся вблизи от «Адмирала Бенбоу».