Джим Хокинс на острове с сокровищами (СИ) - Никатор Александр - Страница 54

— Коротыш, помесь мушкета и пистолета — с широким стволом и ободком на конце, словно бы у кувшина? — вспомнил оружие Флинта Джим, из которого он сам застрелил одного из членов команды на «Морже».

— Ну да! — рассмеялся Сильвер несколько наигранно, — он самый! Для нас это идеальное оружие!

— Почему? — искренне недоумевал Джим. На «Саффолке» подобное оружие ему не попадалось и сейчас, услышав от пирата что те частенько прибегают к мушкетонам, ему хотелось узнать причины такой необычной любви к данному типу «стрелкача».

По словам одноногого моряка, всё объяснялось просто: мушкеты позволяли стрелять далеко, но так как точность у них была крайне низкой, это их «далеко» — сильно никого толком не впечатляло, особенно при начале абордажа. Ружьё годится скорее при осадах крепостей, в обороне, чем в морских схватках и внезапных налётах.

Мушкетон — другое дело: пока первая линия пиратов прячется за бортами и выставляет корзины с мешками с песком или толстые доски, что бы блокировать хоть как вражеские пули, кому как это удастся — стрелки из мушкетонов заряжают своё оружие крупными дробинами или картечью и производят выстрелы из за голов сидящих на корточках сотоварищей в первой линии, прямо в противника на верхней палубе корабля жертвы.

Рой металла, выпущенный из данного оружия, несётся к противнику и если и не убивает его, то сильно ранит, благодаря разбросу при выстреле.

— Ручная картечница? — внезапно догадался Джим, чем служил пиратам мушкетон. — Позволяет быстро закрыть всю площадь палубы маленькими пульками, что бы как можно больше людей ранить перед началом абордажа?

— Ну да! — подтвердил предположения Джима Сильвер, похлопав подростка по плечу. — Ты сообразительный парень! Сейчас доспехи редкость и даже небольшая дробина — может прилично задеть человека в обычной рубахе или кожаной куртке! Кираса? — так это для офицеров и то, она ведь рук и ног не бережёт! Сначала обстрел из мушкетонов, а не ружей, что нами лишь при дальнем преследовании используются и тут же, после залпа картечью из мушкетонов, начинается и сам абордаж, пока противник в шоке от многочисленных ранений! Круши, режь, коли! Да и заряжать такого «коротыша», при морской качке и суматохе боя, благодаря кувшинному его горлу и короткому стволу — гораздо проще!

Сильвер и Джим вместе вышли с кормового выхода по трапу на верхнюю палубу «Чёрной Каракатицы» и одноногий калека продолжал экскурсию, пока остальные моряки и пираты вместе перетаскивали что ценное с одной шхуны на другую: выяснилось, чего Джим не знал, что были специальные, бортовые, огромные, мушкеты и мушкетоны — для особо мощных выстрелов.

Но сейчас их на военных кораблях не использовали, предпочитая небольшие лёгкие пушки картечницы или обыкновенные ружья. Пираты же, «по старинке» — давали залпы и из такой рухляди.

Сильвер объяснял подростку частично то, что тот уже узнал ранее, когда был юнгой на «Саффолке»: в абордаже важна скорость и что бы оружие не задевало в толчее прочих бойцов или такелажа, а посему предпочтительны кортики, палаши и небольшие топорики, которыми удобно равно как драться на палубе, так и в переходах внутренних помещений судна или на темнейших уровнях нижних палуб.

Ружья хороши на дальние дистанции, но почти что не прицельны. Винтовки очень дороги и крайне долго перезаряжаются, пиратам они без надобности! А вот мушкетоны, с помощью которых можно «прорядить» врагов перед абордажем или короткие пистоли, из которых удобно стрелять в помещениях судна, благодаря их малым размерам — другое дело! Именно это оружие и есть главный инструмент «работы», для настоящего Джентельмена Удачи!

Внезапно разговор одноногого моряка и юнги Хокинса был прерван отчаянной площадной бранью: капитан «Чёрной каракатицы», изрыгая проклятия, орал что он не позволит топить своё судно и что как только доберётся до Англии — Трелони и прочим не избежать суда за этот акт вандализма!

— Зря он так… — как то смурно констатировал Сильвер. — Сейчас это глупо и крайне неуместно! Там — это там, а здесь… Здесь Джим, совсем иные порядки.

Трелони быстро вскинул одну из взятых у одного из своих егерей винтовок и тут же произвёл выстрел в упор, прямо в голову отчаянно голосившего офицера «Чёрной каракатицы». Несчастный без стона откинулся резко назад и его пробитая винтовочной пулей голова, ещё и прилично ударилась о дерево шхуны за ним.

Потом сквайр потребовал что бы его люди кинули несчастного за борт и сообщив всем что пора возвращаться на «Эспаньолу» — первым последовал выполнить этот свой приказ.

Далее, в течении полутора часов, подожённая во множестве мест и пробиваемая ядрами из единственного орудия «Эспаньолы», вертлюжной пушки — «Чёрная каракатица» ещё держалась на воде, однако всё же в конце концов завалилась на правый борт и выгорала, уже медленно но верно погружаясь в воды вокруг неё. Победители смотрели на данное зрелище отойдя на «Эспаньоле» на безопасное расстояние.

Всех колодников пиратов, кроме одноногого Сильвера, посадили в трюме, но при этом накормили и выдали воды вдоволь, так что они особо не возмущались и спокойно приняли свою нынешнюю участь.

Бывший квартирмейстер «Моржа» был вызван сквайром и доктором в кают-компанию и имел там разговор с ними обоими, на который Джима не пригласили. Что лишь усилило его подозрения о том, что его компаньоны ему не доверяют и надеются в лице одноногого пирата получить альтернативу, в качестве проводника на острове, Джиму.

Ещё через восемь дней после сражения с пиратами на море, благодаря дельным советам Сильвера — «Эспаньола» наконец добралась до указанного капитаном «Моржа», как хранилище казны команды, острова: размерами он был примерно две на четыре мили и имел несколько явственно выделявшихся возвышений.

Одна условная гора располагалась посредине острова и по словам Сильвера, совершенно очаровавшего своими байками сквайра — на ней стоял форт, который они всей командой «Моржа» и строили, по приказу Флинта.

На острове было два источника питьевой воды, что и определило имено его выбор, в качестве одной из тайных стоянок «Моржа».

Водились также некогда завезённые испанцами козы, хотя впрочем и в крайне небольшом количестве, и когда недавно пираты сами хотели искать здесь сокровища — они вскоре поняли что несколько десятков здоровых мужчин остров долго не прокормит и бросили бесплодный розыск клада Флинта.

— Так вы уже пытались найти сокровища?! — вскричал в возбуждении Сквайр Трелони. — Где и как?!

— Без карты, сквайр… — качая головой, спокойно принялся объяснять одноногий Долговязый Джон. — Наобум! Просто обшарили какие известные тайники в скалах, потом осмотрели места где недавно работали лопатой и заступом или ломами, но ничего интересного! Флинт был не дурак и прятать он умел!

Глава тринадцатая: «Крайне насыщенный день»

Следующие несколько дней, что прошли со времени прибытия «Эспаньолы» на остров, на котором капитан Флинт закопал сокровища — промчались в необычайной суете и спешке, прежде всего для Джима: он был под постоянным пристальным вниманием сквайра Трелони и доктора Ливси, и его ни разу ни отпустили на берег самого, без эскорта из нескольких егерей Трелони.

Сперва была проведена разведка возле гавани, где остановилась на якоре шхуна, с искателями кладов на борту.

Потом отправлены поисковые отряды в форт на вершине холма и на предварительный осмотр острова что бы понять: есть какая существенная опасность, вроде оставшихся людей Флинта или чего подобного, или можно высаживаться и готовиться к поискам сокровищ.

Форт из срубленных брёвен, на вершине среднего из островных холмов, очень внимательно осмотрел сам сквайр и что то шепнув на ухо доктору вскоре покинул его.

По уходу сквайра Ливси принялся обустраивать новое жилище, в котором, по его словам Джиму — им и предстояло провести время до возвращения в Англию, так как сквайр не собирался скоро возвращаться в свою вонючую тесную каюту на шхуне, а желал как можно больше времени провести на тропической природе, благо было жарко, даже душно и ночи не требовали разведения больших костров что бы согреться.