Я в любовь нашу верю...(СИ) - "Selia Meddocs" - Страница 279

Взглянув на царящую вокруг сумятицу, Эндимион подхватил Серенити на руки и помчался вглубь коридора. Сердце его колотилось где-то в горле, мешая дышать. Наконец, он остановился у двери покоев принцессы и ударом ноги распахнул створки.

— Будь здесь, — произнес он, опуская дрожащую Серенити на землю. — Закройся, и ни в коем случае не открывай. Никто не должен знать что ты здесь, — принц положил ладони на плечи девушки и легонько встряхнул. — Поняла?

— Ты обещал, что не покинешь меня! — всхлипнула принцесса, обхватив ладонями лицо Эндимиона.

— Да, обещал, но королевству нужна помощь. Я должен идти и сражаться.

— Я с тобой!

— Нет! — окрик принца показался Серенити грубым, и она вжала голову в плечи. — Я не могу рисковать твоей жизнью. Прошу, доверься мне и останься здесь. А я, — Эндимион обнажил меч, — буду сражаться.

С этими словами принц Терры широким шагом двинулся прочь, решительно и мрачно сомкнув брови на переносице. Он направлялся к дворцовым стенам где, судя по звукам, уже кипел ожесточенный бой.

Едва его высокая фигура скрылась из виду, Серенити, всхлипывая, выскользнула из покоев. Прижавшись спиной к стене, она зажмурилась и вознесла молитву Серебряному Кристаллу, а затем осторожно двинулась следом, то и дело оглядываясь по сторонам. Да, ей было отчаянно страшно, ноги отказывались двигаться, но принцесса заставляла себя идти. Серенити не могла оставаться на месте — ее трепетное сердечко чувствовало беду. Как Эндимион был готов отдать за нее жизнь, так и она готова была принести себя в жертву во имя любви. С этими мыслями лунная принцесса покинула дворец и бросилась навстречу своей судьбе.

Селена молилась в храме, когда услышала глухие удары и грохот осыпающихся камней. В недоумении поднявшись с низенькой скамеечки, королева открыла тяжелые дверные створки и выглянула наружу. Тотчас же сердце ее упало. Селена поняла все сразу, когда увидела в панике бегущих из дворца гостей и нападающих на них воинов в черных доспехах. Они ломали и крушили все вокруг себя, слепо орудуя мечом. Нападающим было все равно — уничтожить ценность или лишить человека жизни. Один из нападающих взмахнул рукой и хрипло что-то выкрикнул, призывая себе на помощь других варваров, и небольшая группа двинулась по направлению к храму с мечами наголо. С обнаженных клинков густыми каплями стекала кровь, и Селену от одного только этого вида замутило. С трудом поборов слабость в ногах и тошноту, женщина захлопнула двери и опустила засов. Это могло лишь ненадолго задержать противников, но королеве и не требовалось много времени.

Произошло то, чего она больше всего боялась. Металия вернул свои силы и напал на Серебряное Тысячелетие с твердым намерением уничтожить лунное королевство. Убийство Деметры было первым знаком, но Селена была слишком беспечна, чтобы понять это. Что ж, нет времени горевать о пролитом молоке. Пришел час вступить в битву против скверны и одержать верх.

Королева бросилась к алтарю и со всеми предосторожностями сняла с белой бархатной подушечки Серебряный Кристалл. В руках Селены артефакт ярко засиял, словно готовясь слиться воедино с силой лунной богини, и женщина увидела в этом добрый знак.

На дверь обрушилась лавина ударов и ругательств, но королева едва ли заметила это. Она переложила Кристалл в левую ладонь, а правую вытянула вперед, материализуя Лунный Жезл. Длинная перламутровая палица с полумесяцем на вершине скользнула ей в руку, и Селена едва заметно улыбнулась. Кристалл засветился еще ярче и воспарил над ладонью. Жезл тоже завибрировал, и королева отпустила его. Оба артефакта повисли в воздухе, притягиваясь друг к другу. Кристалл озарил помещение храма ослепительной вспышкой и слился воедино с Лунным Жезлом, в стократ увеличивая его силу.

Селена взяла Жезл как раз в тот момент, когда противникам удалось сломать засов и ворваться в храм. У алтаря они увидели высокую статную женщину в белом платье, что со спокойствием и достоинством взирала на них, не испытывая животного чувства страха, которое убийцы привыкли видеть в глазах жертв. Злорадно ухмыляясь, воины двинулись к королеве, и их главарь скорее прорычал, чем проговорил:

— Отдай Кристалл!

Селена, не меняя выражения лица и позу, произнесла, вскинув голову:

— Подойдите и возьмите, если сможете.

Мародеров не пришлось долго уговаривать. С воплями они бросились к королеве, но та отреагировала молниеносно, направив усиленный Кристаллом Жезл на врагов. Яркая белая вспышка осветила внутренность храма всего на миг, а когда погасла, на выложенной мозаичной плиткой полу лежали лишь пустые оболочки воинов Металии, устремив пораженный невидящий взгляд куда-то в потолок. Очищение убило их, выжгло их темное нутро, и когда Селена переступила через трупы нападавших, тела их рассыпались в пыль.

Королева поспешно выскочила наружу, успев отметить размер катастрофы, обрушившейся на Серебряное Тысячелетие. На небе планеты темно-красным силуэтом выделялся Металия, посылающий сгустки разрушительной энергии во все, что было создано руками лунных мастеров и зодчих, обращая в руины. Венерианцы во главе с Фениксом, отцом Адониса, отважно вступили в бой с приспешниками Металии, сражаясь не на жизнь, а на смерть. И пока что перевес был не на стороне смелых и честных воинов Венеры — уж слишком неравны были силы.

Пытаясь оставаться незамеченной, Селена побежала в сторону дворца, у которого уже была снесена центральная башня, молясь о том, чтобы ее дочь и другие принцессы были живы. Однако четыре цветных вспышки, яркими лучами пронзившие черное небо, заставили королеву содрогнуться от приступа душевной боли и глухого отчаяния. Слезы невольно навернулись на глаза Селены, когда она поняла, что принцессы отдали свои силы и жизни, пожертвовав собой ради защиты Серенити и королевства. Итак, ее дочь была еще жива, и нужно было поторопиться. Собрав волю в кулак, королева со всех ног поспешила к месту, где развертывалась невиданная доселе драма.

Четыре цветные вспышки, выпущенные принцессами перед смертью, достигли лордов и ударили в грудь, поразив насмерть. Сила лучей была такова, что в груди каждого генерала образовалась внушительных размеров дыра с подпаленными краями. Восемь тел упали на лунный гравий одновременно, словно травинки под лезвием косы, и на пару мгновений воцарилась гробовая тишина.

— Нет!!! — пронзительно закричала Серенити, и слезы бурными потоками хлынули у нее из глаз. Она бросилась к подругам, но Эндимиону удалось перехватить принцессу и оттащить в сторону.

— Не смотри туда, — произнес он, заслоняя Серенити полой плаща, но сам скользнул взглядом по телам погибших девушек. Увиденная картина врезалась ему в память осколком стекла, причиняя боль.

Глаза Эндимиона невольно остановились на Сейлор Венере. Она лежала на спине, широко распахнув остекленевшие глаза, словно большая кукла. Левая нога была чуть согнута в колене, руки раскиданы в стороны. В этом было что-то трогательное и беззащитное. Легкий ветерок трепал юбочку фуку, и почему-то именно это зрелище наполнило душу принца гневом и болью.

Перед глазами его мгновенно пронеслись картины прошлого, когда четыре прекрасных принцессы были еще живы. Они были полны любви, а впереди их ждали большое будущее и долгая счастливая жизнь. Теперь же принцессы мертвы. Они без колебаний отдали свои жизни, пожертвовав собой ради блага Серенити и Серебряного Тысячелетия, и эту жертву нельзя искупить.

От размышлений Эндимиона отвлекли всхлипывания Серенити, что сжалась за его спиной, судорожно вцепившись пальцами в плечо. Эта боль немного привела его в чувство, и принц выпрямился, обнажив меч.

Берилл, увидев это, облизнула губы и ухмыльнулась, не скрывая своего удовлетворения. Казалось, смерть генералов никак не повлияла на нее, словно те были лишь мелкими букашками, и Темная Королева спокойно продолжила:

— Теперь ты видишь, что происходит с теми, кто идет против меня. Пойдем же со мной, мой принц, и ты получишь все: власть, невиданную силу и могущество. Другие короли склонят пред тобой головы, и мы вместе будем править Солнечной системой! Мы будем счастливы!..