Я в любовь нашу верю...(СИ) - "Selia Meddocs" - Страница 261

«Все идет по плану», — подумал Эндимион, проводив взглядом девушек, и улыбнулся краешком губ. Затем сделал шаг назад и растворился в сыроватом сумраке коридора.

Все они двигались в верном направлении.

Минако проснулась. Она вынырнула из омута сновидений, словно ловец жемчуга за глотком свежего воздуха. Широко распахнув глаза, Айно сделала резкий вдох, и сон тут же улетучился, развеявшись туманной дымкой. Впервые за все время она выспалась, не пытаясь найти по ту сторону яви ответы на свои вопросы.

Эндимиона рядом не было. Минако провела рукой по смятой простыне рядом с собой, и нежная, довольная улыбка коснулась ее губ. Воспоминания о прошлой ночи нахлынули на девушку подобно теплой волне, и сердце Венеры сжалось в сладкой истоме. Она прикрыла глаза, вспоминая каждое мгновение их единения: переплетенные пальцы, жаркие поцелуи, беззаветные признания и страстные клятвы… Его руки, ласкающие каждый уголок ее истосковавшегося по плотской любви тела.

Айно облизнула губы кончиком языка и потянулась, ощущая давно позабытое чувство томной неги. Что-то вдруг больно впилось в бок, разрушая очарование момента, и Минако испуганно замерла, недоумевая, что бы это могло быть. Осторожно перекатившись на другую сторону ложа, девушка откинула покрывала и ахнула, прикрыв рот ладонью.

На черной шелковой простыней, тускло поблескивая, лежали два радужных кристалла. Не веря своим глазам, Айно взяла их в руки, словно желая убедиться в их реальности. Но нет, вопреки ее ожиданиям, кристаллы не растаяли в воздухе от одного ее прикосновения, и сердце Минако радостно подпрыгнуло.

Вместе с тем на глаза ее навернулись слезы, а душу защемило. Для Венеры это были не просто два осколка древнего артефакта, а нечто большее. Истинная любовь. Доверие. Самопожертвование. Все это она прочла в радужных бликах, пляшущих в гранях кристаллов, и в этот момент Минако ощутила острую необходимость увидеть Эндимиона, обнять его и спрятать лицо на груди, как прежде. Ее душа тянулась к нему каждым фибром, каждой стрункой… На мгновение в голове Айно даже мелькнула мысль, что она готова навсегда остаться здесь, лишь бы быть рядом с горячо любимым мужчиной.

В этот момент дверь в покои распахнулась, и Минако обернулась, ожидая увидеть на пороге Эндимиона. Однако ее чаяниям не суждено было сбыться, так как среди тех, кто бесцеремонно ввалился в комнату, принца уж точно не было. Айно, едва успев натянуть покрывало на грудь, испуганно воззрилась на четырех подруг, что буквально остолбенели на месте, разинув рты.

От увиденного лица воительниц вытянулись в крайнем изумлении, а глаза, того гляди, были готовы вылезти из орбит. Меркурий тут же смущенно покраснела, и Юпитер закрыла ей глаза ладонью — прямо как маленькой девочке. Сейлор Мун тоже залилась густой краской, но, как нервно предположила Минако, совсем по иной причине.

— Что вы здесь делаете? — глупо брякнула Айно, натягивая покрывало чуть ли не по уши.

Марс, придя в себя от потрясения, недвусмысленно хмыкнула:

— Тебя похитили. Мы же, как верные друзья, подняли всех на уши и нашли способ прийти на помощь. Рискуя собой, мы спустились в недра Темного Королевства, думая, что ты находишься на последнем издыхании. Шли по темным коридорам, ежесекундно рискуя стать чьим-то завтраком… И после всего этого находим тебя голую и весьма довольную жизнью в чей-то постели. Неожиданно, правда?

Минако заерзала на кровати и, смущенно почесав затылок, негромко и весьма сдержанно произнесла:

— Да, это как раз то, что вы подумали…

— О, да! — недвусмысленно изрекла Юпитер, поддев пальцем элемент нижнего белья из общей кучи у изножья кровати, и легкомысленно покрутила им в воздухе. Заалев как маков цвет, Айно бросилась к ней через всю постель и отобрала вещь у подруги, буркнув что-то вроде: «Отдай».

— Ты что, переспала с Кунсайтом?! — строго осведомилась Марс, уперев руки в бока и грозно сверкнув глазами.

Минако округлила глаза в немом удивлении, а затем задохнулась от возмущения:

— Вы что?! Нет, конечно! Я…

— Ни слова больше!

Воительницам не составило труда сложить два и два, чтобы догадаться, кто еще совсем недавно был в постели рядом с Венерой. Все, в том числе и Айно, посмотрели на Сейлор Мун, что все это время стояла молча, едва сдерживая злые слезы.

— Ну… кхм… если это кого-то из вас утешит, Эндимион спал не со мной, а с Минорией… — неловко произнесла Минако, поражаясь самой себе. Почему это, собственно говоря, она должна перед кем-то оправдываться? Но перед лунной воительницей она чувствовала себя малость неуютно, будто в чем-то провинилась.

— Ой, что сейчас будет, что будет… — одними губами прошептала Меркурий, глядя на то, как Сейлор Мун достигает максимальной точки кипения.

— Какая вообще разница, с кем он спал?! Не все ли едино, ведь это все ты! Ты!!! — взорвалась девушка, и слезы ручьем потекли из ее глаз. Она билась в истерике, дрожа всем телом, и Юпитер с Меркурий даже опасались подойти к рыдающей Сейлор Мун, чтобы утешить. — Он мой! Мой! Мой!!! — в исступлении кричала она, сжимая кулаки и наступая на Венеру.

Минако же была само спокойствие. На ложе из шкур и шелка она восседала подобно королеве; в глазах ее и гордой посадке головы читались вызов и достоинство.

— Моим он был намного раньше, — тихо и отчетливо заявила Айно, не сводя глаз с бьющейся в истерике соперницы, и это привело Сейлор Мун в еще большее исступление. Она подскочила к постели и, сжав кулаки, нависла над Минако.

Марс, опасаясь, что лунная воительница вот-вот накинется на Венеру с кулаками, сделала предупреждающий шаг вперед и коснулась плеча Сейлор Мун. Та была напряжена и дрожала, как натянутая струна.

— Довольно, — твердо произнесла Марс, по очереди посмотрев то на одну подругу, то на другую. — Сейчас не время устраивать сцены.

Как ни странно, это привело Сейлор Мун в чувство, и она, всхлипнув, отвернулась от Минако, вытирая слезы. Девушка отошла к камину и присела на корточки, съежившись в комочек, снедаемая острой душевной болью.

— Это несправедливо! Несправедливо! — шептала она, давясь слезами. — Я же люблю его… Он… мой!..

Макото подошла к подруге и ободряюще погладила ее по плечам и спине, не говоря ни слова. Она понимала: Усаги непросто свыкнуться с мыслью, что любимый человек сделал выбор в пользу другой и что ее битва окончена, и на этот раз судьба и прошлое оказались бессильны.

— Ладно, Минако, собирайся, — произнесла Марс, протягивая девушке платье и тактично отводя взгляд в сторону. — Надо уходить, как бы ни хотелось остаться.

Айно подняла глаза на лучшую подругу и, поймав ее взгляд, прочла в нем понимание. Рей, милая Рей! Проницательная и открытая, верная подруга, прошедшая с ней бок о бок все тяготы расставания с Мамору… Минако благодарно улыбнулась ей и потянулась за платьем.

Сейлор Мун к тому моменту уже успокоилась, и теперь, стоя лицом к камину, молча наблюдала за тем, как умирает огонь, танцуя в последний раз на стынущих золе и углях. Девушка, положив руку на грудь, думала лишь о том, что все возвращается. Когда-то она разбила влюбленную пару, крепко уверенная в своей правоте, истинной любви и предназначении. И теперь сама оказалась на месте Минако — подавленная и растерянная. И даже сама судьба оказалась бессильна перед ликом всепобеждающей любви.

— Усаги? — тихий голос Венеры за спиной заставил Сейлор Мун вздрогнуть и обернуться. Она с горечью и настороженностью посмотрела на Айно, уже успевшую обратиться в воительницу, и шмыгнула носом. — Держи…

Девушка протянула Сейлор Мун оба радужных кристалла, и лунная воительница машинально приняла их, не веря своим глазам. Еще два! Теперь они в большинстве, осталось лишь как-нибудь добыть последние части!..

Сейлор Мун открыла было рот, чтобы спросить у Венеры, как ей это удалось, но тут же передумала, ограничившись лишь сухим кивком. А воительнице и не нужны были слова. Она достигла всего, чего хотела — нашла радужные кристаллы, хоть и не все, и вернула свою любовь. Дело было сделано, осколки переданы истинной хранительнице, и Венера отвернулась от Усаги, подойдя к ожидающим их Юпитер, Марс и Меркурий.