Каяна (СИ) - Примавера Зои - Страница 34

— Ада! Хорошо, что ты здесь. Мне нужно…

— вижу, ты уже подумала…,- отходя в сторону, сказала я. В комнату вбежал этот громадный пес, Ирма потрепала его за ухом и замерла, когда увидела Дамира. А из комнаты прыгая прямо ему на руки, выбежал Даня, — Вы тут говорите, а мы пока, — я попыталась войти в комнату, но Ирма загородила проход, — Даня, иди сюда! — позвала я мальчика, Дамир опустил его на землю, а я взяла мальчика за руку. Ирма зашла обратно в комнату и Дамир вместе с ней.

В итоге мы с Даней гуляли весь день, благо на территории был кинотеатр, и мы все время просидели с ним там. Возвращались обратно, когда мальчик вымотался, и было довольно поздно.

— прекрасно, — зло пробормотала я, когда увидела, что нам перегородили дорогу и явно не с добрыми намерениями. Мало того, что я замерзла и ужасно устала, мытарясь целый день и ухаживая за чужим ребенком, так еще и это!

— Добрый вечер, — заискивающе подходя к нам, сказал один из тех, кто перегородил нам дорогу. Даня испуганно прижался ко мне

— Добрый. Разрешите, мы спешим, — с натянутой улыбкой сказала я, делая шаг вперед

— Ну, зачем же так спешить

— И что же вы сами с ребенком, вечером, опасно, — добавил второй, доставая что-то из кармана

— Вот и не задерживайте нас, — делая еще один шаг по направлению к корпусу, сказала я

— Мы можем проводить вас в целости и в сохранности, а вы нам возместите…

— Мы уж как-нибудь сами, — окончательно выходя из себя, сказала я

— вы уверенны? — показывая пистолет, ехидно спросил один из этой парочки. Я сразу же задвинула Даню за свою спину

— уверенна, — решительно делая шаг вперед, сказала я.

— А может подумаете? — готовясь к выстрелу, уточнил он же

— вполне, — ответила я и сделала несколько решительных шагов. Что произошло потом, я толком и не осознала. Раздался выстрел, я инстинктивно выставила вперед руку, — протекция, — пули-то остановились, а я даже не почувствовала никакого головокружения, никакой слабости. Стрелявший, подумал видимо, что промахнулся и попытался еще раз, но эффект был тот же. Вот только Даня начал испуганно хныкать, — перестаньте, вы пугаете ребенка

Нападавший испуганно выстрелил еще несколько раз, а потом бросил оружие и убежал.

На звуки выстрелов из корпуса выскочили люди. А я только сейчас заметила, что пули все еще замерли перед моей рукой, я ее опустила и пули посыпались на асфальт.

Восхищаться мне было некогда, нужно было успокаивать Даню

— Что, испугался? — приседая перед мальчиком, спросила я. Даня несколько раз кивнул, — Ну, все уже позади. Плохие дядьки уже ушли. Как думаешь, а твой папа испугался бы?

— Нет, — мотая головой, сказал Даня

— Так может, не будем говорить, что ты испугался и вообще о том, что здесь было? — Даня задумался, а толпа зевак рассеялась не успев толком собраться. Наконец Даня утвердительно кивнул, — Договорились, — протягивая ему руку, сказала я

— договорились, — пожимая мою руку, ответил Даня.

Самое интересное, что за все это время Ирма не разу мне не позвонила и вообще не дала о себе знать. Возвращаться в свой номер, мне было немного боязно, но и оставаться с засыпающим ребенком на улице ночью, а ночи были довольно холодные, не хотелось. Так что я попросту пошла к своему номеру и будь что будет.

Но как только мы вошли в корпус, я поняла, что ошиблась насчет Ирмы. Она с мужем носились по зданию, как угорелые. Ирма что-то кричала управляющему. Я подошла к ней и тихо спросила:

— Что-то случилось?

— Мой ребенок пропал, — не оборачиваясь ответила Ирма, потом до нее видимо дошло кто это у нее спросил, потому что обернувшись она начала на меня орать, — Ты?! Ты куда дела моего ребенка? Да как ты…

— Тише Даню разбудишь, — кивая на заснувшего в кресле ребенка сказала я, раньше бы я расстроилась и расплакалась, а сейчас меня одолела злость, — ключи

— какие еще ключи?! — крикнула Ирма, краем глаза я заметила, что Дамир подошел к ребенку и осторожно взял его на руки.

— От моей комнаты, — злясь еще больше, потребовала я. Ирма протянула их мне. Я забрала ключи и уже прошла несколько шагов, но потом вернулась, — Нет, чтобы извиниться, что выгнали меня из моей комнаты и сказать спасибо, что присмотрела за сыном, так ты еще и орешь на меня, как будто я в чем-то перед тобой виновата! — высказала я и ушла в свою комнату.

Глава 2

Легкие чувства часто длятся очень долго,

ничто не сокрушает их, ибо ничто не напрягает их;

они следуют обстоятельствам,

исчезают вместе с ними,

тогда как глубокие привязанности

совершенно разрываются,

оставляя вместо себя мучительные раны.

Анна Сталь

В общем, отпуск был окончательно испорчен. К этому миру-то я привыкла, вот только этот случай показал мне, что злость делает меня сильнее.

Никогда не думала, что злость может быть полезна, а оказывается еще как полезна. Я поняла, что раньше я использовала протекцию, когда чего-то боялась и мне становилось плохо — всегда. А тут я воспользовалась Протекцией, когда была разозлена и никаких обмороков и головокружений, наоборот ясность и четкость мысли.

Этот факт одновременно и обрадовал и напугал меня. В общем я человек не злой и мысль о том, что нужно будет постоянно злиться меня немного пугала…

Хотя после случая с Ирмой, вспышка злости мне помогла и никаких угрызений совести после я не испытывала.

Мне надоело, что меня все используют, а потом еще и ругают за это. Вот тогда я именно это почувствовала и не смогла промолчать. Я не хочу, чтобы все думали, что мной можно спокойно помыкать. Хватит, я уже не та, маленькая и беззащитная девушка, я многое пережила и единственное, что я поняла, так это то, что мягкие и податливые люди всегда остаются в проигрыше у разбитого корыта с разбитой душой и всем на них, мягко говоря, наплевать.

Как там Арина говорила? Вытаскиваешь себя за косичку, подобно Мюнхгаузену? Я ее понимаю, я так жила все время до моего посещения Элькирии. И больше я так жить не хочу.

И не буду.

Раньше, мне не на кого было опереться, и я опиралась только на себя, естественно мне этого было мало. Особенно, когда тебе не то что не помогают, а наоборот топят в этом болоте.

Хватит.

Хватит плакать по ночам в подушку, хватит жалеть себя, хватит переживать за каждое грубое слово, за грубую интонацию в твой адрес, хватит говоря каждое слово заботиться о чувствах других, тех которые тебя никогда не пожалеют, а просто свалят на тебя все проблемы и не обернутся посмотреть выкарабкался ты из-под них или нет!

Хватит!

Я нашла стержень, палку на которую могу опереться, шаткую своими последствиями, но все же опору — злость. Я буду рвать, кусать, бить, но себя обижать больше не позволю.

На следующее утро, не дожидаясь завтрака, я забрала свои вещи и уехала из этого санатория.

Домой тоже идти не хотелось, объясняться с семьей мне сейчас совершенно не хотелось. Я вспомнила о телефоне в конце записки Арины, еще тогда я занесла его в память своего телефона, так что теперь просто набрала этот номер и замерла в ожидании.

— слушаю, — ответил мне довольно приятный мужской голос

— здравствуйте, я Ада, Аделаида… — растеряно начала я, — я от Арины

— Что, простите?

— Я от Арины, — чуть громче сказала я

— Арины? — радостно воскликнул мой собеседник, — прекрасно, я ждал вашего звонка. Вы в городе?

— Да, только приехала

— Отлично. Записывайте адрес, я закажу вам пропуск.

Не представляете, как я была благодарна Арине! Она отправила меня к директору научного института, я даже не знала, что у нас в городе есть такой. В общем, теперь я стала археологом, намного интереснее, чем в музее. За все время, что я здесь работаю, я ни разу об этом не пожалела.