"Тонкая линия. Осколки судеб". - Архипова Анна Александровна - Страница 63

- Когда в столб въехал, колено рулем зажало. Сустав аж хрустнул! – очень правдоподобно принялся жаловаться Канако. – Ей-богу, когда увидел летящий на меня столб, вся жизнь перед глазами промелькнула! Не поверите, с жизнью успел попрощаться!

Он широко распахнул задние дверцы кузова: внутри лежали несколько пластиковых ящиков, остро пахло рыбой и дезинфицирующим раствором. Один из полицейских залез внутрь и зачем-то начал передвигать тару, рассматривая все углы. Канако старательно сохранял доброжелательный вид, хотя на душе у него резко заскребли кошки. Что полицейские ищут?!

Выпрыгнув из фургона, полицейский перекинулся многозначительным взглядом с сослуживцами.

- Вам придется проехать с нами, господин, - заявил инспектор, который прежде беседовал с Канако.

- Как? Зачем? Куда? – ошеломленно затараторил торговец рыбой.

- Мы отвезем вас в госпиталь. На освидетельствование.

- Какое еще освидетельствование?!

- Вдруг вы находились в момент аварии под действием наркотиков? Мы возьмем кровь на анализ, - снизошел до пояснения полицай.

- Наркотики? Да вы что! – он попытался басисто хохокнуть. – Да я ж на работу ехал! На пристань! Какие могут быть наркотики?!

Но это не произвело никакого впечатления на служителей порядка:

- Вы не имеете права отказаться. Либо добровольно следуете с нами в госпиталь, либо в наручниках.

Канако пришлось подчиниться, так как от его внимания не ускользнул тот факт, что полицейские положили руки на кобуры с пистолетами. Пока они ехали в госпиталь, Канако успокаивал себя тем, что, даже если его и заподозрили в чем-то, то это еще не значит, что они смогут доказать его вину! Полицейские любят все решать наскоком, запугать, порассказывать страшные байки о том, что подозреваемого ждет, если он сам не признается в преступлении. Канако на этой мякине не проведешь! Он не даст себя запугать, он не расколется!

В госпитале их уже ждали – но не медики, а отряд вооруженных бойцов без опознавательных знаков на форме. При виде них, Канако, несмотря на все свои старания храбриться, струхнул. Какого дьявола тут делают солдаты? Что происходит? В чем они его подозревают, если усилили конвой до такой степени?

Канако заставили под усиленной охраной пройти в недра госпиталя.

В пахнущей медикаментами процедурной его ждал медик, чье лицо скрывала маска.

- Раздевайтесь! – приказал он.

- Послушайте! У меня все-таки есть права как гражданина… - возмущенно начал говорить Канако.

- Заткнись и выполняй, - оборвал его вооруженный боец.

- Я напишу жалобу! Я подам в суд! – продолжался сопротивляться тот.

Боец сделал шаг в его сторону и замахнулся рукой, но его остановил медик:

- Не бить, пока я его не осмотрел!

- Нам нужны результаты и срочно! – возразил боец.

- Поступим проще,- медик взял с подноса шприц, наполнил его раствором из ампулы и приказал: - Подержите его.

Боец позвал на подмогу еще нескольких крепких мужчин и они быстро скрутили Канако.

- Помогите! На меня напали! Кто-нибудь на помощь!.. – закричал что есть силы торговец. Он почувствовал укол в руку; через миг его сознание предательски поплыло, а конечности стали ватными. Канако обмяк на руках удерживавших его бойцов и потерял сознание.

Пришел в себя он в другом помещении. Тут уже не пахло медикаментами, как в процедурной. Канако чувствовал холод, однако он не сразу сообразил, что лежит совершенно голый на каком-то железном ложе, намертво пристегнутый к ней несколькими ремнями. А когда сообразил, то задрожал от страха. Почему он здесь? И почему пристегнут, словно какой-то буйнопомешанный?!

С трудом разлепив веки, он увидел совершенно пустую комнату, без окон, с серыми бетонными стенами и массивной стальной дверью. Под потолком несколько ламп дневного света. Он лежит на железной медицинской кушетке, а подле него находится все тот же медик.

- Очнулся, - коротко доложил врач кому-то.

- Вы свободны,- ответил ему мужской голос.

Лязгнула тяжелая дверь, открываясь и закрываясь.

- Перед тем, как я задам тебе вопросы, я хочу объяснить тебе кое-что, - заговорил мужчина, подходя к кушетке. – Тебе вкололи стимулятор, благодаря ему ты очнулся и будешь пребывать в сознании, когда я начну тебя пытать. Не надейся сбежать от меня при помощи обморока.

Канако часто заморгал, фокусируя зрение на лице говорившего.

- Я знаю вас! Знаю! Акутагава Коеси! – прошептал торговец. – Не может быть! У меня галлюцинации?..

Коеси хмыкнул, затем повернулся к медицинской тележке, что стояла рядом с кушеткой. Там лежали скальпели, пилы, топорики, щипцы и крючки – весь набор хирурга. Взяв скальпель в руку, Акутагава медленно, так, чтобы Канако все прочувствовал, сделал длинный и глубокий надрез на его руке чуть ниже локтя. Торговец вскричал от острой боли, дернулся было, но ремни не пускали, не давали вырваться.

- Это все еще похоже на галлюцинацию? – поинтересовался Коеси.

- За что? За что вы так?! – всхлипнул Канако.

- Это только начало, дальше будет больнее, - Акутагава склонился над ним, пристально всматриваясь в его перекошенное лицо. – Но ты можешь избежать пытки, если все расскажешь мне. Сегодня ночью ты похитил мужчину и ребенка. Просто скажи мне, где ты их держишь, и, обещаю, я буду милосерден с тобой: тогда ты умрешь быстро.

Пленный судорожно принялся трясти головой, отрицая всё:

- Нет, вы ошиблись! Я ничего не делал! Не знаю, о чем вы говорите!

- Ты поджег дом, чтобы скрыть следы преступления. Но напрасно старался: мы нашли твою кровь на дороге и следы твоего фургона. Твою кровь уже сверили с образцом и она совпадает! Так что не пытайся убедить меня в своей невиновности, - сквозь зубы проговорил Акутагава. – Лучше назови мне адрес и скажи, что ты сделал с похищенными!

Разум Канако, несмотря на испытанную боль, отказывался верить в происходящее. Неужели перед ним действительно всесильный Акутагава Коеси, коего он доселе видел только на экране телевизора? И этот человек, почитающийся в Японии как икона добродетели, сейчас нависает над ним со скальпелем в руке?! Это невозможно, немыслимо!

- У тебя черепно-мозговая травма и пулевое ранение. Мужчина, которого ты забрал, изо всех сил сопротивлялся! - не вопросительно, а утвердительно сказал Акутагава. – Что ты с ним сделал, подонок?!

Но его пленник, несмотря на беспомощность своего положения, не готов был сдаться:

- Вы же премьер-министр! Думаете, вам сойдет это с рук? Вы не имеете права! Это противозаконно!

- ТЫ не понимаешь, идиот, - усмехнулся Акутагава вдруг. – Для меня не существует законов. Я выше их. Я делаю, что захочу… И сейчас я хочу причинить тебе такую боль, какую ты никогда в жизни не испытывал!

Канако поверил ему. И дело было не в титуле Акутагавы или его власти и деньгах! Он поверил, потому что, наконец-то, понял, кто находится перед ним. Дело было в том, что на Канако смотрели глаза психопата. Перед Канако стоял тот, кто нутром не отличается от него. Тот, кто также как и Канако, носит маску добропорядочности как камуфляж. Плотоядный хищник среди наивного стада овец…

- Я повторяю свое предложение: скажи, где ты спрятал похищенных. И умрешь быстро, - Акутагава поднес окровавленное лезвие скальпеля к лицу Канако. – У меня кончается терпение, приятель, поэтому если сейчас откажешься говорить, я начну тебя потрошить. Решать тебе.

- Хочешь получить их? – Киношита пренебрежительно поморщился. – Тогда предложи мне что-нибудь получше, чем «милосердную смерть»! Иначе я буду молчать!

Да, он осознал, что на самом деле из себя представляет Акутагава Коеси! Но даже если так, Канако не собирался сдаваться и соглашаться на условия, вся выгода от которых – быстрая смерть! Нет, он будет торговаться! Пусть Коеси поймет, что его не так-то просто запугать пытками.

- Ты не в том положении, чтобы ставить мне условия, - напомнил Акутагава вкрадчиво.

Однако Канако не купился на его хладнокровие: кем бы ни были тот мужчина и ребенок, они представляют для Коеси ценность! Это ясно как день! А раз так, то есть надежда вырвать жизнь и свободу из его рук. Надо рискнуть! Это единственный шанс спастись.