В жару - Касл Ричард - Страница 26

Она не была уже в двух дверях от своего дома, когда чья-то нога отбросила камешек позади нее и она остановилась.

Прислушалась.

Прислушалась сильнее.

Но не услышала никаких шагов.

Какой-то идиот проорал — Аууууу! — с крыши здания через дорогу и бросил кусочек горящей бумаги, который закружился в ярко-оранжевом вихре, пока не сгорел на полпути к тротуару.

Это был хороший намек, что пора убираться с улицы.

Напротив своих ступенек Никки поставила опять коробку на землю и наклонилась достать свои ключи.

Позади нее появились убыстряющиеся шаги и затем рука коснулась ее спины.

Она крутанулась и совершила высокий крученый удар вниз, который задел Рука, и к тому моменту, как она услышала его — Привет! — , было уже слишком поздно делать что-либо кроме того как пытаться вернуть равновесие и надеяться, что он не ударился головой во время падения.

— Рук? — , сказала она.

— Внизу.—

Никки направила свой фонарик в направлении его голоса и высветила его, сидящего на клумбе, опираясь спиной на ствол дерева, при этом держась за свою челюсть.

Она наклонилась к нему.

— Ты в порядке? Ты, черт возьми, что делаешь?

— Я не мог тебя видеть, я просто врезался в тебя.

— Но что ты тут делаешь?

— Я просто хотел убедиться…—

— … что ты полностью проигнорировал мои слова и все-таки пошел за мной.

— Всегда сообразительный детектив.

Он поставил одну из своих рук напротив дерева, а другую на тротуар.

— Ты наверно захочешь отвернуться. Я собираюсь поднапрячься. Не обращай внимания на стоны. — Она не отвернулась, а подхватила его за руку, чтобы помочь ему подняться.

— Я сломала что-нибудь? — спросила она и посветила фонариком на его лицо.

Его челюсть была красной и в садинах от ее ноги.

— Сделай так, — сказала она и посветив на свои челюсти, поработала ими, открывая и закрывая их.

Она направила на него свет, и он последовал её инструкциям.

— Как оно?—

— Гуманней просто заставить меня замолчать. У тебя есть пуля, не так ли?

— Ты в порядке. Тебе повезло, я только задела тебя.

— Повезло тебе, я подписал отказ от судебных исков, когда начал путь неофициально примкнувшего.

Она улыбнулась в темноте.

— Я полагаю, повезло нам обоим.

Никки сообразила, что он должен был слышать улыбку в ее голосе, потому что он придвинулся ближе к ней, до тех пор, пока только крошечная щель не осталась между ними.

Они стояли так, почти соприкасаясь, но чувствуя близость друг друга в темноте жаркой летней ночи.

Никки начала наклоняться, а затем чуть-чуть к нему прислонилась.

Она почувствовала, как ее грудь мягко столкнулась с его плечом.

Затем их настиг яркий свет.

— Детектив Жара? — , прозвучал голос из патрульной машины.

Она на шаг отступила от Рука и загородила глаза от света.

— Да, это я.

— У вас все в порядке?

— Да, все хорошо. Он…

она взглянула на Рука, который не оценил ее паузу, во время которой она пыталась определить его: —со мной.

Никки знала причину.

Как только они перестали светить ей в глаза, она представила совещание в офисе Капитана Монтроуза сразу после того, как она ушла, и вызов, который был отправлен.

Это было одно дело — поддразнивать друг друга и играть в игру " Я слишком крут, чтобы волноваться о ком-то", но участок был семьей, и если ты был один из них и тебе угрожали, ты мог поклясться на своем значке, что они прикроют твою спину.

Это жест был бы куда более уместен, если бы у нее не было Джеймсона Рука на руках.

— Спасибо, но вы знаете, в этом нет необходимости. Правда.

— Не волнуйся, мы будем тут всю ночь. Хочешь, мы проводим тебя наверх?

— Нет, — сказала Никки немного настойчивей, чем собиралась.

Она продолжила более тихо: —Спасибо.

У меня есть… — она посмотрела на Рука, который улыбался все то время, пока она говорила — … фонарик.—

Рук понизил голос.

— Прекрасно. Думаю, я скажу Джеймсу Тейлору, что у меня есть для него новая песня. У тебя есть фонарик.

— О, не будь таким — Ты знаешь Джеймса Тейлора?

— Жара?

— Да?

— Есть какой-нибудь лед там, в этой квартире?

Давай пойдем и посмотрим.

Глава 9

Дом, в котором жила Никки Жара, не был похож на Гилфорд.

И дело было не только в самом размере здания, швейцара там тоже не было.

Рук обхватил своими пальцами медную дверную ручку и держал дверь открытой, пока Никки не вошла в небольшой вестибюль.

Её ключи треснули по внутренней стеклянной двери, Никки открыла её, и махнула сине-белому, по-прежнему припаркованному, автомобилю у входа.

— Мы внутри—, сказала она.

— Спасибо.

Полицейский оставил прожектор включеным, благодаря чему вестибюль не тонул во мраке.

— Кресло, видишь? — Никки быстро посветила на него фонариком.

— Держись поблизости.

Ряд блестящих металлических почтовых ящиков отражал их силуэты.

Она переключила фонарик, сделав луч немного шире, и хотя интенсивность света уменьшилась, это позволило им лучше сориентироваться. Стал виден длинный узкий вестибюль.

В левой его части располагался лифт, а справа, отделенный столом с валявшимися на нем письмами и газетами, проход к лестнице.

— Подержи.

Она отдала ему коробку и пошла по коридору к лифту.

Боюсь он не работает, если только он не на паровом двигателе — сказал Рук.

— Ты думаешь? — она посветила фонариком на медный диск, показывавший на каком этаже находилась кабина.

Стрелка указывала на 1.

Жара стукнула тыльной стороной своего фонарика по дверям лифта и серия громких звуков эха наполнила помещение.

Она крикнула

— Здесь есть кто-нибудь? — и прислонила ухо к металлическим дверям.

— Никого—, сказала она Руку.

Тогда она подтащила стул из холла к лифту и встала на него.

— Чтобы это заработало, ты должна сделать это сверху, на крыше лифта.

Стиснув крошечный фонарик в зубах, освободив руки, она попробовала немного приоткрыть двери лифта.

Никки просунула голову вперед и посветила фонариком.

Довольная, она отпустила двери и отошла назад, сообщив

— Все чисто.

— Коп — всегда коп—, сказал Рук.

— …Не всегда—

Она поняла, насколько темно вообще может стать, когда они начали взбираться по лестнице, которая была вся закрыта стенами, и на неё не проникал жидкий свет полицейского прожектора.

Никки шла впереди со своим фонариком, и появление света со стороны Рука удивило ее.

На втором этаже она спросила — Что это, черт возьми, у тебя такое?—

— Айфон. Прикольно, да? — Экран его телефона излучал яркий свет от виртуальной зажигалки Bic.

— Так теперь беснуется толпа на концертах—.

— Это Мик тебе сказал?—

— Нет, Мик не говорил мне этого—.

Они продолжили свое восхождение и Рук добавил:

— Это был Боно—.

Пешком они быстро добрались до ее квартиры на третьем этаже, но от духоты на лестничной клетке они оба вспотели.

Войдя внутрь, она щелкнула выключателем, по привычке, и упрекнула себя за этот автопилот.

— У тебя ловит эта штука?

— Ага, показывает все палочки.

— Чудо из чудес—, сказала Никки и нажала кнопку быстрого набора капитана Монтроуза на своем телефоне.

Она дважды попыталась с ним связаться и, пока звонила, отвела Рука на кухню и показала ему холодильник.

— Лед внизу, приложи к челюсти пока я… Здравствуйте, капитан, я звоню, чтобы отметиться.—

Детектив Жара знала, что город будет в состоянии боевой готовности и хотела узнать, нужно ли ей явиться на станцию или на место сбора.

Монтроуз подтвердил, что Управление при чрезвычайных ситуациях уже объявила о статусе боевой готовности, и это временно отменяло отгулы и больничные.

— Ты, возможно, понадобишься мне, чтобы поработать в эту смену, но пока город ведет себя прилично.

Думаю, это благодаря аналогичной ситуации в 2003— сказал он.