Хроники Тридесятого Царства (СИ) - Аист Александр - Страница 74

Верилий поступил ещё проще. Он предварительно выгрузил из повозок освобожденные семьи темных эльфов и вместе с ними приблизился к строю их отцов и мужей.

— Как видите, мы освободили ваши семьи. Часть привезли с собой, чтобы вы поверили, остальные, вероятно, уже дома. Так что я не вижу смысла вам воевать за вурдалака.

Темные эльфы переглянулись. Ответил их вождь.

— Мы покинем позиции, если позволишь уйти с оружием.

— Позволяю, — великодушно махнул рукой Верилий. И темные эльфы тут же снялись с позиций и ушли.

В это время на правом фланге Демид начал атаку конницы, которая развернувшись в лаву и, огибая позиции замерших гоблинов, рванула в сторону холма, где находился вурдалак. Но буквально шагов за двести до холма вскричала Василиса, стуча кулачками по спине Демида.

— Стой!!! Останови войско!!!

Царевич сработал на рефлексах, он поднял коня на дыбы и вскричал.

— Сто-о-ой!!!

Хаттар, шедший слева, Гхор, находящийся справа и Ставр, едущий сзади единодушно повторили крик Демида. Конная лава вздыбилась и остановилась, а царевич повернулся к берегине. Но та уже была готова к ответу.

— Впереди ловчие ямы. Настолько широкие, что конь не перепрыгнет.

И тут же упредила следующий вопрос царевича. Берегиня бросила наземь платок, который тут же начал множиться, расходясь по всему фронту. Платки стали расти в длину, превращаясь в полотенца и, при этом слегка изгибаясь кверху. Но вот противоположный конец платка уперся в землю и превратился в доску. И досок таких стало множество. Так что получилось некое подобие моста. Причем все происходило с такой скоростью, что на холме вряд ли поняли, что произошло.

Берегиня толкнула Демида в бок.

— Поехали.

Демид поднял меч и прокричал:

— Вперед!!! В атаку!!! — и строй вновь рванулся к холму.

Задумка такой атаки была в следующем. Хаттар с орками и Гхор с оборотнями оттесняют и уничтожают гоблинов, а Демид должен был прорваться к вурдалаку и уничтожить его. Но вурдалак, увидев, что последняя его защита рушится, не стал вступать в бой, а развернул коня и трусливо бросился наутёк. Демид предполагал и такой вариант, так что, пробившись сквозь строй гоблинов, бросился в погоню за удирающим вурдалаком. Но тот уже оторвался шагов на пятьдесят. Вскоре Демид стал понимать, что может упустить вурдалака, поскольку его конь нормальный, а у вурдалака наверняка с магической составляющей.

И тут на помощь снова пришла берегиня. Демид почувствовал, что она что-то подсовывает ему по правую руку. Глянув вниз, он увидел арбалет, причем заряженный болтом, который сиял ярче солнца. «Ага, Василиса тоже включила магию»- подумал царевич. Он перебросил меч в левую руку, подхватил арбалет и прицелился в вурдалака, который скакал метрах в тридцати, после чего выстрелил. Болт попал в спину вурдалака на уровне груди. И с вурдалаком стало твориться что-то непонятное. В том месте, куда попал болт, образовалась огромная дыра, причем насквозь, которая к тому же стала расширяться. Вурдалака заболтало в седле, и его конь стал резко тормозить. Чем и воспользовался Демид. Он отдал арбалет берегине, вернул меч в правую руку, и когда до вурдалака осталось совсем ничего, взмахом снес ему голову. Тело вурдалака сползло с седла и стало растворяться, как бы стекая в землю.

Демид оглянулся. Судя по увиденному, он понял, что бой окончен — они победили.

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Демид ловко соскочил с коня и направился к коню вурдалака. Всё-таки лошади дорого стоят.

— Не стоит этого делать! — услышал царевич голос берегини.

Он остановился, обернулся и удивлённо посмотрел на Василису. Она молча позвала его обратно и бросила ему поводья коня.

— Держи крепче, да и сам держись за землю.

И не успел Демид еще больше удивиться, как берегиня подняла правую руку, с концов пальцев которой сорвался рой синих молний, который помчался к коню вурдалака. И как только этот рой ударил по крупу коня…, конь взорвался. Да, вот так, банально взорвался. Причём ударная волна была такой силы, что откинула царевича в сторону его коня, а сам конь шарахнулся, вставая на дыбы. Демид еле смог удержаться на ногах. Когда он разогнулся и поднял взор с немым вопросом к берегине, та тут же ответила.

— Это был не обычный конь, а исчадие Зла, ибо вурдалак его постоянно подпитывал свое силой. Так что то, что ты наблюдал ни что иное, как освобождение этого самого Зла из данной коняшки.

— Но если ты освободила Зло, значит, оно теперь будет вредить окружающим.

— Нет, не будет. Его концентрация в окружающем мире слишком мала, чтобы наносить вред.

— Но все-таки, получается, что ты добавила Зла в пространство.

— Получается так, — вздохнула берегиня.

— Так может быть, лучше было бы оставить коня в живых?

— Чтобы он высасывал энергию из своих седоков? В частности, из тебя? Он ведь иначе жить не смог бы, ибо вурдалак уже приучил его к халявной энергии.

Демид поёжился от подобной перспективы. Не, не, чур меня…

В этот время берегиня попросила:

— Помоги спуститься.

Демид поднял руки и нежно снял берегиню с седла. После чего опустил ее на землю и снял свой щит, который до сих пор был на спине берегини. Придерживая её левой рукой, он потянулся к седлу, чтобы повесить щит. При этом непроизвольно прижал берегиню к себе. И тут понял, что сделал. Хотел было отстраниться, но заметил, что берегиня не торопится сама это сделать. Царевич завис, не зная, как ему поступить. Так они и простояли минут пять.

Царевич всё-таки отстранил берегиню и спросил:

— Василиса, тебе еще не надоел образ бабушки-старушки? Покажись, какая ты на самом деле?

Берегиня улыбнулась, подняла правую руку к голове и провела ею сверху вниз, преображаясь в девицу-красавицу. Царевич прямо-таки обомлел от увиденного.

Сколько он стоял, ошеломлённый реальным образом берегини, Демид не знал. Наконец, он справился с эмоциями, и спросил:

— Так это я тебя тогда видел в речке?

Василиса снова улыбнулась и, подняв руку с вытянутым указательным пальцем, пожурила царевича:

— Негоже подглядывать за купающимися девицами. Несолидно это для царевича.

Казалось, на этом все и закончилось, но Демид, неожиданно, даже для себя, спросил:

— Василиса, пойдёшь за меня замуж?

На него глянули огромные глаза, синее синего неба:

— Не торопишься ли ты, царевич с таким предложением? Только увидел девицу и сразу зовёшь под венец. А ведь жена не рукавица. С белой ручки не стряхнёшь, да за пояс не заткнёшь. Может быть, есть смысл поразмышлять на эту тему, чтобы потом не раскаяться?

— Что ты, Василиса. После того, как я увидел тебя в реке, только и думаю о тебе. Даже приключения в заморских странах не уменьшили мое желание быть с тобой, видеть тебя подле себя в качестве законной супруги. Я давно предложил бы свою руку и сердце, но опасался, что берегиням запрещено выходить замуж. И по этой причине, могу получить отказ.

— Дурачок ты, хоть и царевич, — щелкнула Демида по носу Василиса. — Что ж, по-твоему, берегини не женщины? Или им не хочется иметь своих детей?

— Так, молва об этом бает.

— А ты меньше слухам верь, дольше проживешь.

И это всё протекало глаза в глаза, отчего Демид буквально млел, утопая в синих очах своей любимой. Он привлек ее к себе, нежно обнял и потянулся к ее губам. Потянулся скромно, опасаясь получить отказ. Но отказа не было. Губы влюбленных встретились, и они замерли в страстном поцелуе, от которого обоих пробила дрожь.

Стояли они в таком положении долго… пока неожиданно не услышали нетерпеливое покашливание.

— Кхе, кхе…

Демид оторвался от Василисы и туманным взором посмотрел в ту сторону, откуда донёсся кашель. Неподалеку стояли Хват и Назар, с умильными лицами наблюдая за целованием Демида и Василисы. А чуть дальше стояли Хаттар, Верилий и все остальные воины из их команды.