Внеклассное чтение про Черного лорда - Люче Лина - Страница 17

Проследив глазами за Афроном, спешно отправившимся исполнять поручение, Маркал снова погрузился в свои мысли. Но на этот раз он размышлял лишь об объеме эля и пива, который в этом году произведет его завод – и о том, что пришла пора ввести пару новых сортов и начать широкую рекламную кампанию. Захваченный этой внезапной идеей, он взял пергамент и написал огромное письмо своему главному маркетологу с указаниями.

А затем подвинул к себе ворох академических документов от Кетима, которые ждали его одобрения и подписи. Быстро прибавив свой кургузый росчерк к учебным планам на магическом факультете Ульриса, в которые не считал нужным даже вникать, Маркал чуть более внимательно просмотрел бумаги по хозяйственной части и, наконец, взялся за подробное чтение приказов о приеме и увольнении сотрудников.

Обнаружив среди них документ о зачислении созерцающей на должность учителя литературы, он поперхнулся и перечитал его дважды. А затем его губы растянула веселая улыбка ребенка, предвкушающего развлечения.

На первый урок Интента шла как рыцарь на решающее сражение в турнире – вооруженная до зубов. Она волновалась даже больше, чем два года назад, когда впервые в жизни приступала к работе преподавателем – но дома, в Школе Созерцания, даже стены помогали. Здесь же она очень боялась опростоволоситься перед леди Лизергейн и ощущала необходимость готовиться усиленно, поэтому-то последние два дня и не вылезала из программной литературы, стараясь подготовить что-то особенное, очень интересное для первого занятия, чтобы сразу завладеть полным вниманием своих студентов.

Решила начать с легкой приключенческой эльфийской литературы – не более чем столетней давности, для простоты восприятия. Нервозности добавлял еще тот факт, что ее ждала едва ли не самая юная группа всей Академии Затемнения – от четырнадцати до шестнадцати лет. А внимание подростков порой собрать намного труднее, поскольку в отличие от взрослых они не сами выбирали этот класс и эту учебу, а просто повиновались решению родителей.

Но сколько ни готовилась Интента, сколько ни подбирала материал, ни вооружалась учебниками, она никак не смогла подготовить себя к тому, что увидела в аудитории на первом уроке. Для начала, вместо шума и гама, который, по ее разумению, должна была производить группа из десяти подростков в ожидании учителя, за пять минут до начала занятия она застала класс в полной тишине.

Но насторожило даже не столько неестественное молчание, сколько выпрямленные напряженные спины и явная боязнь пошевелить головами, когда учительница вошла в класс через дверь, расположенную в задней его части. И только мгновение спустя она заметила и осознала причину такого примерного поведения группы – за одним из передних столов, небрежно повернувшись в пол оборота и закинув ногу на ногу, сидел один из самых больших мужчин, каких она видела в жизни, одетый во все черное – брюки, фрак, ботинки.

Даже его шейный платок и рубашка отливали иссиня-черным оттенком. Со следующим ударом ее замершего от неожиданности и смущения сердца она опознала его – перед ней, разумеется, был ректор Академии, он же Черный лорд, лорд Мерсье, урожденный принц Маркал.

Когда их глаза встретились, он встал в знак уважения и сделался таким высоким, что в это невозможно было поверить – едва ли не на две головы выше нее, а ведь Интента сама отличалась немалым ростом, по крайней мере для женщины. За Маркалом моментально вскочили на ноги все студенты, что произвело довольно сильный шум, и затем все снова стихло так, словно в класс внесли покойника.

На отсутствие уважения со стороны студентов ректору явно не приходилось жаловаться.

– Доброе утро, ваша светлость, – негромко и вежливо поприветствовала она Черного лорда в этой тишине, изображая, наверное, самый неуклюжий реверанс в истории королевства, учитывая, как мешали ей учебники и сумка в руках. Стоило вначале положить их на ближайший стол, но от смущения она не сообразила это сделать, а когда пара книг упала на пол было уже поздно. Громкие, как выстрелы, хлопки заставили вздрогнуть пол класса.

– Я помогу вам, миледи, – вскинулся студент, оказавшийся ближе всех. Но Интента уже потянулась за своими книгами, и они с мальчиком едва не стукнулись головами. В последний момент она отшатнулась, но это, к сожалению, стоило ей потери равновесия.

Оставшиеся книги посыпались из рук на пол, но это не было последним несчастьем, постигшим ее в эту же минуту, поскольку в довершение ко всему учительница не смогла удержаться на ногах и на глазах всего класса с размаху шлепнулась на пятую точку. Театральный эффект усилили ее очки, соскочившие от удара с носа и улетевшие куда-то назад, где оказались за пределом ее досягаемости.

Но и на том неприятные сюрпризы не закончились.

– Премилостивый темный дух, что тут происходит? Вы в порядке, миледи? Позвольте помочь вам, – послышался в этот самый момент знакомый голос, и ошеломленная Интента, повернув голову, увидела, как в класс поспешно заходит лорд Ульрис Кетим. С неподражаемым изяществом он подобрал по пути ее очки, пару книг, подал руку, помогая подняться, и вручил ей ее вещи – все за какие-то мгновения. А затем легким взмахом руки простимулировал трех стоящих рядом студентов собрать оставшиеся книги и, наконец, невозмутимо поздоровался с лордом Мерсье:

– Добрейшего утра, милорд. Не знал, что вы тоже заинтересуетесь уроком литературы.

– Как и я не ожидал увидеть вас здесь, – с какой-то еле заметной улыбкой бросил Черный лорд.

Едва взглянув на выражения лиц мужчин, Интента отряхнула юбку, выпрямилась и подобралась:

– Могу я узнать, милорды, что привело вас на мой урок сегодня? – спросила она учтивым нейтральным тоном, еще не зная, как реагировать, но уже понимая, что как-то реагировать надо – и ни в коем случае не позволять им остаться. Студенты хранили прежнее гробовое молчание, но после ее падения словно ожили – их спины и шеи вновь обрели нормальную гибкость, и теперь головы активно поворачивались, следя за разговором старших.

– Видите ли, миледи, по долгу службы и его светлость, и я время от времени посещаем те или иные уроки, чтобы составить впечатление, – ответил темный маг прежде, чем ректор успел открыть рот. – Ничего такого, что связано с официальными проверками, так что прошу вас не беспокоиться.

– Не беспокоиться? – холодно переспросила она, удивленно уставившись на лорда Кетима. – И как часто, позвольте узнать, уважаемые милорды, вы присутствуете на первом занятии преподавателя с группой, да еще и вдвоем?

Глядя в невозмутимые глаза лорда Кетима, все время ощущая клубящуюся тьму в центре его груди, Интента понимала, что буквально балансирует на грани. Ее спину жег взгляд ректора, на уши давило молчание студентов, и на щеках сам собой расцветал яркий румянец. Но она знала лишь одно: если эти двое останутся, урок будет сорван, а от ее авторитета у студентов, уже и без того поставленного под вопрос этой инспекцией, не останется камня на камне.

– Обычно этого не случается, вы правы, – наклонил голову темный, мягко соглашаясь. – Но раз уж так вышло…

– Раз уж так вышло, – ледяным тоном перебила она мягкий голос лорда Кетима, не позволяя ему убаюкать свою бдительность. – Я попрошу вас, ваша темность, сейчас же покинуть мой урок.

Не давая себе ни секунды на созерцание реакции темного, которая – она знала – могла ее до смерти напугать, Интента резко развернулась и прожгла глазами ректора:

– И вас, ваша светлость, я тоже прошу удалиться. При всем уважении.

В наставшей после этого паузе ей показалось, что тишина будет звенеть вечно. В какой-то момент даже почудилось, будто ее душа от ужаса вот-вот расстанется с телом – пока она ждала реакции обоих мужчин, переглянувшихся в этот миг друг с другом – и, безусловно, согласовывающих этой переглядкой свои действия.

Но затем Черный лорд внезапно слегка наклонил голову, обозначая поклон:

– Я желаю вам хорошего начала работы в нашей академии, миледи, – он быстрым шагом прошел мимо нее, застывшей как столб, и вышел вон, захватив с собой лорда Кетима.