Огненный Удар (ЛП) - Вудс Эдриенн - Страница 19

Мне стало жаль Мастера Лонгвея. У него не было выбора, кроме как слушать лепет Бекки о покупках. Она даже пыталась добавить несколько модных советов, от которых Сэмми и я едва сдерживали смех, чтобы не обидеть.

Я рухнула на кровать, когда мы, наконец, добрались до нашей комнаты, и осталась лежать неподвижно.

Бекки открыла колоду карт и вручила мне одну.

— Это все известные люди на протяжении многих лет. Много мальчиков и девочек их собирают.

Сэмми что-то промямлила, когда вскрыла пакет чипсов и впилась в них, будто ничего не ела уже пару дней.

На одной карте был изображен парень по имени Теодор Верона, кто бы он ни был. Я перевернула карточку, вся его подноготная была перечислена на обороте, как на бейсбольной карточке. Он жил в тринадцатом веке и имел титул рыцаря. Там было написано количество убийств с победами в Ежегодных Играх. Он убил одну тысячу пять драконов.

Бекки вручила мне вторую карточку. На ней была изображена женщина по имени Далила. Она была драконом Огнехвостом и, должно быть, была самой старой из них всех, потому что отпраздновала свой четырнадцатитысячный день рождения девятнадцать лет назад. Там было написано, что король Альберт устроил ей шикарную вечеринку. На третьей был изображен сэр Чан Вэ-Линг, тоже дракон, и Генерал при дворе короля Альберта.

Я застыла, когда безучастно смотрела на последнюю, у меня отвисла челюсть.

— Это серьезно? — я показала Сэмми карту с ее братом.

— Он Рубикон, Елена. Эта карта чрезвычайно редка. Ты можешь обменять ее, по крайней мере, на десять карт.

Думаю, я все еще не понимала, насколько известен был Блейк.

— Он ненавидит ходить в город, там случается большой беспорядок, — объяснила она.

— Правда?

— Он обычно в маскировке, но его всегда ловит один из местных жителей, — сказал Сэмми.

— Время от времени я жалею его, — призналась Бекки.

Я посмотрела на его изображение. Странная печаль сияла в его глазах.

— Можно вас спросить? На какие деньги Мастер Лонгвей оплачивает наши небольшие поездки?

— Академия наполняется. Родители, чьи дети не рождаются с меткой, платят много денег, чтобы попасть в Драконию, они и покрывают такие ситуации, — объяснила Бекки и помогла мне распаковать сумки.

— Мастер Лонгвей позволят здесь обучаться детям без меток?

— Нигде не написано, что для принятия нужно претендовать на дракона, — ответила Сэмми.

— Просто потому, что один человек сделал это, не значит, что все могут, — возразила Бекки.

— Подождите-ка, вы говорите, что тот, кто решает претендовать на дракона, может не иметь дополнительной способности?

Они только кивнули, по телевизору началось шоу «Мистические Песни», и разговор закончился.

Я легла спиной на кровать, слишком уставшая для еще одной подростковой драмы, и стала уплывать в мир дремы под смех гиены Сэмми. Огромная пустота заполнила мое сердце. Я бы хотела поделиться этим днем с папой. Вспоминая последние 48 часов, мой новый мир начал накрывать меня. Я перевернулась, когда покатились слезы и мягко приземлились на подушку. Я больше никогда с ним ничем не поделюсь.

Глава 10

Этим вечером мы нашли в буфете самые потрясающие бургеры. Бекки снова испытала удачу в попытке разгадать следующую загадку. Этой девчонке всегда не хватало жирной еды. К моему изумлению, я знала ответ и на эту загадку. Я разгадала ее не так быстро, как в прошлый раз, но я поразилась тому, что вообще смогла это сделать. Ответом был огонь, но я оставила его при себе, потому что Сэмми не была большой любительницей жирной еды.

Этим вечером я снова ощущала себя смертельно усталой, но по какой-то причине мне было сложно заснуть. В течение дня Блейк много раз приходил ко мне в голову. Я видела его во время ужина, сидящего за столом одного и глубоко погруженного в мысли. Тяжелый взгляд застыл на его лице, пока он методично перемешивал еду на тарелке, словно он мог найти решение всех своих проблем в картошке фри. В итоге он забросил свою еду и разобрал светильник, стоящий на столе, чтобы поиграть с раскаленными огоньками. Так я нашла ответ на загадку. Когда, наконец, уснула, он мне приснился. Я заняла место Табиты за столом рядом с ним. Он дотянулся до моих волос, притянул мое лицо к своему и подарил один из тех самых долгих, страстных и крепких поцелуев. Я боялась просыпаться, страшась того, чтобы оставить его. Затерявшись в страсти этого момента, мой сон обратился внезапно в нечто странное.

Блейк исчез, а я стояла одна на верхушке поросшего травой холма. Во имя черники, где я?

У меня не было ни малейшего представления, как я сюда попала. Я растеряно огляделась вокруг, поскольку ничто не выглядело знакомым. Если этот сон являлся показателем моего психического состояния, то у меня проблемы. Впереди простиралась громада леса. Из-за высоких деревьев и многочисленной флоры и фауны, скрывающих неизвестно что, у меня перехватило дыхание. Когда я двинулась дальше по холму, то заметила темноволосую женщину, ожидающую меня с другой стороны. Казалось, прошла вечность, прежде чем я до нее добралась. Сначала я подумала, что это Джулия, но чем ближе к ней я становилась, тем яснее понимала, что она была незнакомкой.

У нее было овальное лицо, бледная кожа и грустные серые глаза. Длинные темные кудри свободно падали ей на плечи, а несколько завитков выбились из прически из-за ветра. Она просто всматривалась в меня с пустым выражением лица. Я хотела спросить ее, что здесь делаю, но у меня с губ не сорвалось ни звука.

Она подняла руку, указала на лес и велела мне туда войти. Я вопросительно изучила его взглядом, прежде чем отвернуться от нее. С какой стати она хотела, чтобы я пошла туда? Я отказалась. Это моя первая ошибка, подумала я, когда она перенесла лес ко мне. Меня поглотил страх, когда почувствовала, как тону среди пятидесятифутовых густых деревьев. Я начала задыхаться, словно невидимая сила выдавила воздух у меня из легких. Женщина скрылась из вида, когда деревья затянули меня глубже в лес. Во время последнего мимолетного взгляда на нее, прежде чем она успела исчезнуть, я разглядела улыбку, играющую в уголках ее губ. В тот момент, когда я ощутила, что последний глоток воздуха покидает легкие, я проснулась. Я очень часто дышала, пока пыталась осознать, где нахожусь. К счастью, Бекки и Сэмми глубоко спали, у меня не было желания сейчас объясняться перед ними. Какого черта, мне только что приснилось, и кем была та женщина? Я продолжала задаваться этими вопросами, пока пыталась перевести дыхание.

***

В понедельник утром я обнаружила подсунутую под дверь записку.

Она была аккуратно сложена, но содержала не слишком приятные новости. Я должна была встретиться с Вайден в десять, гласила записка, написанная серебристыми чернилами и стройным почерком.

— Чем раньше, тем лучше, — утешала Сэмми во время завтрака.

Мы сидели за столом снаружи. Мне нужен был свежий воздух, чтобы успокоить нервы.

— Доброе утро, леди — поприветствовал нас Люциан. Его голос был бодрым, как у настоящего жаворонка. Ну, я полагаю, Люциан не мог быть идеальным.

— Привет, Люциан, — сказали мы в унисон.

— Когда ты вернулся? — Бекки блеснула своей лучшей улыбкой.

— Отец вчера застрял на этих всех встречах и обращениях к населению, и он попросил Эманнуэля подкинуть меня сюда прошлым вечером где-то в десять. Итак, как вам Элм?

— Невероятно, — сказала Бекки нараспев. — Тебе следует взглянуть на новый Самурай Три Тысячи.

Его лицо растянулось в игривой улыбке.

Бекки сузила глаза.

— У тебя он уже есть!

— Отец купил его мне на прошлой неделе. Это, правда, клевый жилет. Его совсем не чувствуешь, когда носишь.

— Это несправедливо, — сказала она, надувшись.

— О, Бекки, я уверен, что ты вытащишь что-то из этого соглашения, — захихикал Люциан.