Переступая грань - Катасонова Елена Николаевна - Страница 87

- Вот те на... - протянула Надя. - А вчера все было настежь... Похоже, даже она растерялась. - Забаррикадировались, черти... Ну, пошли, коли так, к окошку.

- К Вороновой в пятое? - переспросила нянечка, заглянула в список и сняла телефонную трубку. - Тут к Вороновой пришли... - Она выслушала чьи-то указания, положила трубку. - Вы - муж? Пройдите к главному. Пятый этаж, комната номер двенадцать.

- А что? Почему?

Голос отказывался повиноваться.

- Там все скажут.

Охранник пропустил беспрепятственно. Притихшая Надя осталась ждать в вестибюле. Лифт поднял Женю на пятый этаж. Он нашел номер двенадцатый, робко постучал в дверь и, рассердившись на собственную, привычную, советскую робость, не дожидаясь ответа, потянул ее на себя.

- Моя фамилия Воронов, - сказал он. - Мне велели...

- Заходите, садитесь.

Плотный, энергичный мужик, стриженный "ежиком", встал навстречу. Белый халат и шапочка придавали ему внушительность.

- Значит, так, - без предисловия заговорил он. - У вашей супруги случился обширный инфаркт и что-то с сосудами головного мозга. Сочетание редкое и неблагоприятное. Вот смотрите...

Он сыпал медицинскими терминами, но Женя его не слушал, потому что понял главное: Лера жива, самого страшного не случилось. Усилием воли заставив себя включиться, уловил последние, заключительные слова: Леру можно (и нужно!) перевести в особое отделение, чтобы во всем разобраться. Там и уход, и препараты, аппаратура - все много лучше. Но каждый день будет стоить...

- Сколько? - потрясенно переспросил Женя.

- Увы, - сочувственно вздохнул врач. - Ничего не поделаешь: такие сейчас времена...

Крупное лицо главврача расплывалось в тумане. Мигом вспотели ладони, застучало в висках. Врач ждал ответа, и ответ мог быть только один, потому что на карту поставлена жизнь Леры.

- Когда нужно платить? - четко спросил Женя.

- Завтра, - коротко ответил врач. - До двенадцати. Потому что пятница. Тогда завтра же и переведем.

- А сегодня? - сузил глаза Женя.

Врач подумал, постучал пальцами по столу.

- Можно и сегодня, - неохотно сказал он. - Если только деньги завтра.

- Да-да, - заторопился Женя. - Обязательно! А повидать жену можно? осмелился он.

- Вообще-то... Ну, ладно. Только очень недолго.

Женя вышел из кабинета. Лифта все не было. Черт, есть же здесь где-то лестница? Походил по коридору, заглядывая в углы. Спрашивать опасался: как бы не выгнали. Горел красным "запасный выход", и там, естественно, оказалась лестница. Женя спустился на четвертый этаж, стараясь не замечать строгого взгляда сидящей у пульта сестры, проскользнул в палату. Лера почти сидела в кровати - так высоко подняты были подушки, - дышала тяжело, с паузами, с одышкой, рука была холодной и влажной. Женя осторожно поцеловал ее в лоб, поправил прилипшую к нему прядь.

- Вот... какие дела... - еле слышно заговорила Лера. - Вчера утром, как раз в обход, - такая боль...

Утром... Это когда он спешил, не помня себя от радости, к Тане. Женя сел на кровать, ткнулся лицом в одеяло.

- Не надо, - шепнула Лера, положив ему руку на голову. - Как-нибудь обойдется...

- Сегодня тебя переведут в другое отделение, коммерческое, - поднял голову Женя. - Там и аппаратура, и препараты - все лучше. И туда, я думаю, пускают...

Даже он уже понимал, что за деньги теперь можно все.

- Что ты? - задыхалась Лера. - А деньги?

- Об этом не думай, - Женя сжал ее слабую руку. - Нашлась работа.

- Какая?

- Не важно. Хорошая, денежная работа.

Почему-то не хотелось говорить, что у Нади.

- Я хочу, чтобы ты защитился, - шептала Лера. - Это - главное.

Голос шелестел, как бумажный, каждое слово - он видел! - давалось с таким трудом!

- Самое главное - ты, - проглотив комок в горле, сказал Женя, и это была истинная, святая правда.

- Мужчина, пора, уходите. У нас сейчас капельница.

В палату вошла медсестра.

- Да, да, - заторопился Женя. - Иду. - Он даже не поцеловал Леру, потому что сестра уже стояла над ней - с трубками, банкой и полотенцем. До завтра!

И Лера, прощаясь, махнула рукой.

* * *

Надя стояла на том же месте, где он покинул ее.

- Ничего не взяли, - сокрушенно сказала она. - Только сок. - Она заглянула Жене в лицо. Неподдельная тревога светилась в черных глазах; она рассеяла, уничтожила все прежние подозрения, вызвала раскаяние в дурных мыслях, даже что-то похожее на quilty complex. - Ну, как? Что там такое? Как Лерка?

- Инфаркт.

Надя ахнула, всплеснула руками.

- Инфаркт в больнице? Так разве бывает?

- Значит, бывает, - вздохнул Женя. - Да что мы в этом все понимаем?.. Слушай! - Он жестко взял Надю за плечи, повернул к себе. - Я тут насчет работы... Ты, случайно, не передумала?

- Нет, - твердо ответила Надя. - Не передумала.

- А вдруг не справлюсь?

Он все еще стискивал Надины плечи и, казалось, за нее держался.

- Справишься, - уверенно пообещала Надя. - Стала бы я иначе тебя сватать!

- Тогда заплати мне вперед - за месяц, - краснея, попросил Женя. Можешь?

- Ты так говоришь... Какие-то шестьсот баксов, - усмехнулась Надя. Делов-то...

- Они мне нужны завтра утром, - все еще не верил неслыханной удаче Женя. - Заплатить за больницу.

- Так она ж бесплатная? - удивилась Надя.

Он объяснил.

- Понятно, - кивнула она. - Тогда едем ко мне: "зелень" у меня дома. Заодно познакомлю с делами. Ты ведь у меня еще не был?

- Был когда-то, - не очень уверенно сказал Женя.

Надя тихонько засмеялась, взяла его под руку.

- Я хочу сказать после ремонта. Пошли.

И они поехали к Наде.

5

Надя жила у "Аэропорта", в писательском доме. Ни она, ни ее Веня и близко, конечно, не стояли к писателям, но за купюры в конверте удалось в свое время в ЖСК втиснуться. В просторном подъезде, в каморке за стеклянной дверью сидела немолодая консьержка с платком на плечах. Женя робко поздоровался. Ему, естественно, не ответили. Тяжелый, с решеткой, лифт медленно пополз на третий этаж. Площадка была большой, как все в этом старомодном доме. И только железные двери квартир выдавали нынешние, открыто криминальные времена.

Надя достала ключи, отворила железную, а за ней деревянную двери, отключила сигнализацию.

- Заходи!

Женя застыл на месте. Таких квартир он еще не видел.