Купец поневоле (СИ) - Беличенко Константин - Страница 42

— Вообще-то он уже не житель — был. И че, у всех наших есть, есть. А у меня нет — констатируя факт, с вызовом отвечает Николай.

— Ну да любимые фенички забрали, так ты типа на обмен?

— Где-то так — машет руками. — Сувенир будет и в хозяйстве сгодится.

— Точно, в хозяйстве обязательно сгодиться. Да, да, серьезно тебе говорю — пытаюсь убедить Колю, который начал подозревать явный подвох в моих словах. — А ты не забыл, что в случае конфликта в поселениях с аристократами, тебе придётся биться на дуэли? — а затем вкрадчивым голосом искусителя, дополняю.

— М… А это, у меня походное обмундирование, вот. А перед городом я сниму.

Ну, ну. Старший это точно не пропустит, так что ждут моего друга «веселые» денечки. А и ночки тоже, после тренировки. Был воробей интеллигент, станет боевым. Как представил боевого воробья, в каске, бронежилете и с кинжалами и с воинственным кличем. Так на хи, хи и пробрало.

— Чего лыбишься? Жалеешь, что не тебе досталось — злится Колюня.

— Нет, у меня свои, есть и они мне нравиться и менять я их точно не буду. Вот представляю, как Старший обрадуется, что ты, наконец-то свой пацифизм забросил — давясь смехом, объясняю другу. — И твой голос Джельсамино, тебе в этот раз не поможет.

— Э… Да, как-то я не подумал — уже не так уверенно, с паузами произнося каждое слово Николай.

— Ничего, ничего — успокаиваю друга — зато это тебе точно на пользу пойдет. Фулиганы приставать не будут.

— Изыди, злыдень — Колюня.

Перебирая трофейные и свои запасы магических эликсиров, и раскладную в специальный ящик, а часть в свой пояс. Несколько незнакомых — отдельно, но это все «человеческие» и Алексею помочь вряд ли могут. А вот один, доставшийся трофей, или подарок большой вопрос.

— Брацус, ты такой видел? — показываю на привале, в виде нераскрывшегося бутона цветка, маленький пузырек из дерева. Закрытый, шарообразной пробкой с маленькой петелькой из волокнистого материала, для удобства открывания.

— Такие только эльфы делают, возможно кайросы, но вот для чего, я сказать не берусь.

— А что эльфийских так мало?

— Во-первых, очень дорогие и эльфы их почти не продают, большей частью трофейные. И очень мало разумных, кто знает для чего тот или этот. В основном они поставляют ингредиенты, а уже наши алхимики из них делают эликсиры, которые тоже не дешевы.

Очень интересно. Так, но нужно со Старшим советоваться, сам я такое решение принять не могу. Пока лучше заряжу один из защитных амулетов. Взял с самым маленьким камешком, и как мне показалась и самый простой и легкий для зарядки. На этот раз я сумел удержать сознание, на гране, но сумел. Даже загордился собой, расту. Глотнул эликсира, и до вечера сиял, как тульский самовар, от того что у меня получилось. Теперь у нас, два заряженных амулета.

Вечером на привале у небольшого костра, когда уже все поели.

— Старший, я тут еще один амулет зарядил, правда, слабенький. Кому отдадим?

— Раз слабенький, то Ахмаду.

— Семеныч, есть эльфийский эликсир, может, попробуем дать Алексею?

— Ты хоть выяснил, для чего он?

— Нет. Они здесь супер дорогие. Один Брацус только о них слышал, и возможно видел, и то не знает для чего они.

— Сдурел. Ты, что хочешь с Алексея подопытную мышку сделать? — вскипает он.

Николай с Виктором сидят молча, вмешиваться не хотят. Ну да, ответственность, да еще и на нашем соотечественники, вот только тут выбора нет, либо мы сейчас проводим «опыт» или завтра погребальный костер.

— Да, а что ты предлагаешь? Ты, что не видишь, что он угасает. Еще день, максимум два и он умрет — завожусь я.

Эмоции самопроизвольно у всех зашкаливают, очень трудно сохранять равновесие, когда у тебя на руках умирает друг. Старший, как чертик из табакерки, одним рывком вскакивает на ноги и сжимает кулаки. Обводит нас безумным взглядом, застывает на несколько секунд. Потом у него как будто выключили питание, и он плюхается на пятую точку.

— А я же с ним с Чечни, вместе — обхватывая голову руками, произносит он. Потом долгая пауза, вздох.

— Раз больше выхода нет, давай пробуй.

— Старший, я боюсь? — все так долго копившиеся во мне, вдруг вылезло наружу. Если до этого я сам ратовал за действие, то когда пришла пора, испугался. Испугался, что сам своими руками могу принести смертельный приговор.

Он внимательно смотрит на меня, подходит, обнимает за плечо и тихо в ухо, чтоб никто не слышал.

— Думаешь, я не боюсь, еще как. Или ты думаешь, что я рыцарь без страха и упрека. У самого кошки с утра до вечера, в душе скребут. Вот только мы с тобой не имеем, правы бояться. За нами, куча разумных. И все они (легкая пауза, так чтобы я осознал момент), зависят от нас. Дадим слабину, и сами погибнем и других за собой утянем.

— Делай, что должен и будь, что будет. Пошли вместе — это уже громко.

Алексей лежит рядом с нами, на спальнике. Отблески пламени костра отбрасывают тени, жуть, только картину ужасов снимать. Когда-то этот был сильный и волевой парень, сейчас больше похож на восковую куклу от мадам Тюссо.

Подошел, присел и застыл. Очнулся, что Старший тормошит за плечо. Я так и сижу, зажмурившись, боясь решиться сделать этот решительный шаг.

— Сергей пробуй, сейчас уж от тебя ничего не зависит. Тут как бог даст — и перекрестился.

Со вздохом подымаюсь, беру веточку, надавливаю на щеки пальцами и разжимаю зубы. Он в полубредовом сознании и рисковать эликсиром я не хочу, поэтому вставляю между зубов веточку. Если визуально судить по объёму пузырька, миллилитров 5 не больше, то практически большой вопрос. В мире магии полагаться только на зрение нельзя. А в маг-зрение показывает, что он магический и все. Как сложно. Нет, чтобы инструкцию приложить к применению как дома. Гады.

Аккуратно выливаю в рот эликсир и прячу пузырек, он еще пригодится. В городе выясним, что это такое, надеюсь.

Через пару минут тело Алексея выгибается дугой, глаза широко открываются и мы слышим:

— Что со мной б происходит. Где я?

Я поддерживаю, чтоб он не повредил случайно себе, что-нибудь. Обводит взглядом каждого из нас, и помогаю опуститься на спальник. По телу идут судороги, и потом он теряет сознание.

От такой картины, все впадают в ступор, не решаясь что-либо предпринять или сказать. Перехожу на маг. зрение, но и тут облом. Да я вижу, какие-то вихри на теле и уходящие в тело, но что это понять не могу. Строить замки на песке не хочу, а знаний катастрофически не хватает.

Глава 2

Старший резко вскакивает, наклоняется над Алексеем, пробует пульс.

— Пульс есть, учащённый правда.

Все ждем, понимая, что если сейчас Алексей не умрет, то возможно и выкарабкается.

— Все отдыхаем. Дежурим с ним по очереди, завтра с рассветом выступаем. Впереди трудный путь — распоряжается Старший.

Старший будит меня под утро, оказывается сам просидел все ночь у умирающего друга.

— Иди хоть пару минут вздремни до завтрака — советую.

Первым делом наклоняюсь над Алексеем, дыхание вроде учащённое, но и восковой фигурой, как вчера, уже не выглядит. Надо его хоть бульоном покормить.

Иду, расталкиваю Ахмада и Ясика, с приказам, быстрого завтрака и обеда, останавливаться до места переправы не планируем. Так, что пусть наедаться нормально. Сам же сварил мясную похлёбку с клубнями.

Ели пол-литра мясного бульона, общими усилиями, накормили Лешу.

Быстро собираемся, аккуратно укладываем Алексея в БТР и караван идет к переправе, в том же порядке. К вечеру, направляемые Сватом и Тимом, приближаемся к одной из посадок.

Во второй половине дня, достигли нужного нам места. Небольшой «островок» леса и той и другой стороны. И самое ценное для нас, он был на пригорке, который легче защищать. Нам нужно резко сделать плот и переправиться, на другой берег. Старший, не теряя времени, раздает команды на право и налево, со скоростью стрельбы из автомата Калашникова. Все только и успевают поворачиваться. И в темпе, в темпе. Часть кентавров, захватив подзорные трубы, отправляются в дозор. Гномы валят деревья и строят плот, двойной, иначе его не выдержит БТР. Свату с Тимом задание набрать лиан, затем сделать маленький плот, переправиться на другой берег и протянуть лианы. С их слов, это возможно. Наемники во главе с нашими вояками, стоят укрепрайон. Николай, готовит этот раз на всех, а мне зарядить амулет, а потом помочь Коле.