Наследник Ярости (СИ) - Ляпота Алёна - Страница 28

Его размышления прервало появление пса. Белый зверь раболепно распластал по полу свою тушу и полз, поскуливая и виляя хвостом.

- Стожар, - Лаорт снисходительно улыбнулся, позволив псу облизать свои босые ступни. Как вдруг что-то привлекло его внимание. Он приподнялся из кресла и втянул носом запах, идущий из собачьей пасти.

- Кровь девственницы?

Пёс заскулил, вымаливая прощение хозяина, и жалобно распахнул все четыре глаза.

- Владыка не тронул её, - пробормотал Лаорт, поигрывая кончиками пальцев по нижней губе. Это слегка озадачивало. Он привык считать, что владыки совокупляли всех без разбору, но, видать, столетия мирной жизни приструнили их блудный нрав. Или же Лаорт, ослеплённый презрением, судил неверно. Но это кое-что меняло.

 - Довольно, Вилчур!

Тиран повернулся к зеркалу и замер в недоумении. Он увидел, как Ирвальд раздвигает мечом расщелину в потолке пещеры. Солнечный свет озарил его измученное лицо в потоках зелёной слизи, и владыка выбрался на поверхность.

Лаорт вскочил с кресла и подбежал к зеркалу, ища глазами Вилчура. Огромное тело паука лежало на дне пещеры. Источник бурлил, принимая новую жизнь.

- Я не думал, что он настолько силён, - восхищённо воскликнул Лаорт, - пожалуй, всё случится несколько иначе...

Ирвальд выполз из расщелины и в изнемозжении упал на траву, жадно глотая чистый воздух. Тело сотрясалось в конвульсиях, а сердце бешено колотилось, готовое выпрыгнуть из груди. Он так и лежал, раскинув руки, пока вечерняя заря не позолотила небо россыпью далёких звёзд. Раны затягивались медленно, но боль стала утихать.

Небо поглотила ночь, густо намешав тёмно-синие краски, и нависла над ним, пристально глядя единственным глазом луны.

Ирвальд почувствовал, как по щеке стекают прохладные капли. Он повернул голову и увидел Юрея. В клюве у ядокрыла было ведро, из которого он поливал владыку. Глаза зверя блестели в лунном свете, взгляд казался туманным. Заметив, что Ирвальд смотрит на него, ядокрыл швырнул ведро на землю и радостно заклекотал, хлопая крыльями.

- Я ещё жив, приятель, - смог прошептать Ирвальд, - помоги... подняться.

Ядокрыл наклонил голову, позволив ему ухватиться за шею, и осторожно поднял. Ирвальд, шатаясь, забрался на него верхом. Ядокрыл неторопливо побрёл к озеру, откуда черпал воду. Ирвальд почуял источник, волосы на голове зашевелились и встали дыбом. Он нетерпеливо сполз со спины ядокрыла и погрузился в озеро целиком.

Вода целила его, наполняя силой разорванные мышцы. Волосы неистово трепетали, поглощая чистую, как утренняя роса, влагу. Ирвальд вынырнул, чтобы глотнуть воздуха, и вновь опустился на дно, позволяя воде вершить своё колдовство.

Уже на рассвете он, наконец, вылез на берег и забылся сном. Верный скакун лежал рядом, не смыкая глаз. Перья его топорщились в бессильной ярости, а клюв скрежетал, сдерживая крик негодования. Он готов был прикончить любую тварь, рискнувшую потревожить сон хозяина, и обитатели долины с опаской обходили озеро стороной.

Ирвальд проспал целый день, а проснувшись, почувствовал, что силы почти вернулись. Он даже сумел рассмеяться и взлохматил перья Юрея на макушке - чего скакун страшно не любил.

- Жаль, что нельзя вернуться и раздобыть трофей. Повесить в обеденной зале, чтоб была охота поменьше жрать.

Ядокрыл возмущённо крикнул и захлопал крыльями, вспушивая волосы владыки.

- Да не бойся, я не стану туда соваться.

Ирвальд присел на корточки и стал начищать меч. Лезвие было покрыто густой кровью паука, успевшей намертво присохнуть. От неё до сих пор исходил смрад, и княжич порадовался, что желудок его был пуст.

- Вид у тебя, однако! - раздался  позади голос отца.

Ирвальд повернул голову и посмотрел на него исподлобья, но ничего не сказал и продолжил возиться с мечом.

- Во что ты ввязался? - спросил Мораш, - ты даже не почуял, как я приблизился. Враг уже снёс бы твою голову с плеч.

- У тебя за спиной ядокрыл, - заметил Ирвальд.

- От него проку мало, - недовольно сказал Мораш, - скачет, как оголтелый.

- Не стану спорить, что тебя он узнает по запаху.

- Где твоя одежда, Ирвальд? Ты не можешь бродить, как оборванец. И что за мерзостью от тебя несёт?

- Ведьма оказалась коварной, - сверкнув глазами, ответил Ирвальд. Губы его сложились в плотоядной улыбке, которая всегда бесила отца.

- Это ты так отделал Шаринку?

- Думаешь, кто-то другой бы посмел?

- На что она тебе сдалась? Глупая баба.

- Но и ты, видать, не забыл к ней дорогу.

- Слово покровителя, - пожал плечами Мораш, продолжая буравить сына  взглядом. Его не так-то легко было сбить с толку, - что там стряслось?

- Болтала много дурным языком.

- Мне нет дела до болтовни, Ирвальд! Что с тобой?

Мораш положил руку на грудь сына и содрогнулся. Ирвальд с изумлением увидел, как в глазах старого князя промелькнул ужас.

- Сынок, - прошептал Мораш, проводя обеими ладонями по щекам Ирвальда, - твоё сердце... В нём дыра...

- Она почти затянулась, - Ирвальд попытался усмехнуться, но получилось неважно.

- Сядь, я тебя исцелю.

Княжич послушно опустился на траву, а Мораш зарылся скрюченными пальцами в волосы сына, шепча заклинание, передающее силу от владыки к владыке. Пальцы его слабели, а Ирвальд вновь почувствовал лёгкость в груди.

- Спасибо, - сказал он отцу, освобождаясь.

- Ведьма не могла сотворить такое!  Разве только ты доверился ей, приняв зелье?

- Нет такого зелья, чтобы я принял его от Шаринки, отец. Это был паук.

- Какой паук? - удивился Мораш.

- Огромный. Я бы смог станцевать у него в желудке.

- В этих краях не слышали про таких пауков, - Мораш задумчиво погладил подбородок.

- Значит, мне привиделось, - скривился Ирвальд.

- Лишь в преисподней водится крупная тварь.

- Я не был в преисподней, - заверил его Ирвальд, чувствуя, как холодеют кончики пальцев. Он мог и сам догадаться, что провалившись под землю, мог угодить прямиком туда. Но разве мог путь в самую из ужаснейших обителей быть настолько прост? Княжич всё же не мог в это поверить.

- Пора прекратить шляться, где попало. Не забывай о своём долге, младший владыка!

- Да... Отец. Я нашёл себе невесту, - немного смущаясь, сказал Ирвальд.

- Вот как? - обрадовался Мораш, и глаза его засияли, - из чьего она рода?

- Это важно?

- Ведьма? - глаза Мораша потемнели.

- Нет.

- Да что ты тянешь, Ирвальд?

- Сам увидишь, - улыбнулся княжич, - свадьба на новолуние.

- Надеюсь, она скоро понесёт.

- О небеса, князь! Я всё ж твой сын, а не племенной жеребец. Или мне покрыть её и исчезнуть восвояси?

- Твой долг сохранить род владык. И я хочу увидеть внука раньше, чем водопад Забвения.

На этом отец с сыном расстались. Каждый полетел в свою сторону. Ирвальд направил Юрея к замку и сделал несколько кругов вокруг Горы, пока не наступила темнота. В иной  день он, не мешкая, вернулся бы домой в любом виде. Но сейчас он не хотел, чтобы Ярушка видела его оборванным и истощённым.

Между тем в окнах замка горел свет, а подлетев поближе, Ирвальд услышал шумные голоса. Княжич подвёл ядокрыла вплотную к стене и заглянул в окно.

В обеденной зале царило оживление. Себрий скакал возле камина, судя по всему изображая зверя, пару десятков болтушек кучкой сидели на спинках стульев и звонко щебетали. Всюду толпились тени. И даже громоздкая Зельда восседала в углу с недовольным видом и плела что-то из длинных тонких прутьев.

Ярушка заняла тот же стул, что ей изначально показал Миклош. Она сидела, положив подбородок на сложенные в замок ладони, и улыбалась, глядя на весь этот балаган. Очевидно, им всем было весело, и Ирвальд неожиданно ощутил то самое странное чувство, с привкусом горечи и наслаждения, которое испытал возле пещерного озера. Подавив острое желание разогнать всех к дьяволу, Ирвальд пристально посмотрел на Зельду. Каменная баба почувствовала его взгляд, отложила плетение и тихо покинула зал.