Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 253

   Кто-то в толпе одобрительно что-то заорал.

   - Видать, многие хотят нашей смерти, -прошептал Коренев.

   - А мы здесь никого не знаем. У, зверье! - поддержал его Белкин и потянулся к кобуре.

   - Не торопитесь, товарищи, вон стоят ребята из первой роты, - Акимцев пресёк панику среди своих товарищей. Своим хорошо поставленным командирским голосом, он начал говорить:

   - Эй, камарады! Спросите вон у них, из первой роты. Убивали ли мы их товарищей? Инструктировали или нет о мерах по технике безопасности? Спросите, кто убил первого, а кто второго. И есть ли в этом наша вина?

   Акимцев говорил короткими рубленными фразами, между которыми делал небольшие промежутки, достаточные, чтобы Коренев и адъютант могли повторить его слова на лингвала.

   Толпа стала о чём-то шептаться и переглядываться. Агитатор замолк, а Акимцев продолжил:

   - Если позволите себя оболванить, то погибнете в первом же бою. Мы здесь не по собственной воле! Нас прислало наше правительство, чтобы обучить вас использовать наше, советское оружие. Мы, как и вы, исполняем приказ!. Здесь дело идет не о борьбе за освобождение чёрных, а о том, чтобы мы научили вас выживать в бою.

   - Видите! Видите! - вдруг заорал агитатор. - Эти белые учат вас всего лишь выживать, а не побеждать! А нам нужна лишь победа!

   - Я хочу, чтобы все солдаты вернулись домой целыми и невредимыми! Кто победит - я не знаю, но вы нужны своим семьям. Я и мои товарищи не лезут в политику! Мы лишь пытаемся научить вас выжить. Если у кого много веры в победу и нет опыта, но он уверен в своей победе, то может не посещать наши занятия! Кто хочет вернуться домой, и спасти товарищей -- милости прошу.

   Солдаты внимательно выслушали перевод и одобрительно заворчали.

   - Кажется, поняли, что ты хотел им сказать,- произнёс Белкин. - Ты всё-таки - молоток!. Ведь дошло, доперло до этих чёрных образин!

   - Товарищ Белкин, как вы так можете, - прошептал Джин. - Так нельзя...

   - То - нельзя, это - тоже нельзя, - заворчал Белкин. - Можно! Эти обезьяны чуть нас не разорвали в клочья! И, вообще, лейтенант, хватит критиковать старших по званию! Лучше переводи, что теперь лепечет этот убогий!

   - Они обманывают, что заботятся о вас, - старательно переводил Коренев. - Вы им не нужны. Только Кэндал и его командиры и я заботимся о вас!

   - О, и это правильно! - весело перебил его Белкин.-- Именно ваши командиры нас и пригласили сюда. Именно ваши командиры, которые заботятся о вашем здоровье, вашей жизни, вашей победе.

   Инструкторы не стали дожидаться ответной реакции и ушли с плаца. Вслед нам неслись ругань и проклятья, но их уже слушали в половину уха. Уже подходя к зданию штаба, Акимцев подвёл итог:

   - Ребята, мы выиграли этот раунд, но хочу вас предупредить, что дальше будет сложнее.

   Их уже встречали комбат и врач из советского госпиталя. Комбат шумно отдувался и был уже изрядно навеселе, от него по-прежнему несло запахом грязного тела и свежего перегара.

   - А, привет! Я вам доктора привел! Я все делаю, что обещаю! Даже Мзингу наказал! - Неро плюхнулся в своё кресло, икнул и сплюнул на пол. -- О вас мне доложили. И хорошее и плохое. Что бойцов учили стрелять - это хорошо, а то, что с агитатором полаялись - это вы зря. Он очень авторитетный человек! И очень уважаемый. С очень большими связями наверху!

   - Авторитетнее чем вы, Неро? - с иронией спросил Белкин.

   - Нет, конечно! Я -- командир! Я -- самый главный здесь!

   - Агитатору своему скажите, пусть исповедует и не лезет в дела военные, - твёрдо сказал Акимцев.

   - Ни хрена вы не понимаете! Мы, - комбат снова громко икнул, - строим государство чёрных, и поэтому учение африканского социализма в нём будут играть очень много. Ну ладно, вы нам помогли. И я вам тоже помогу: скажу агитатору, чтобы он больше к вам не приставал. А вот ещё -- доктора вам привёз!А сейчас я пошел...

   - Потерять по дурости двух людей и ходить веселиться! М-да! Ну и нравы! - пробормотал Белкин. - Однако, давайте знакомиться: - Капитан Белкин, капитан Акимцев, лейтенант Коренев.

   - Добрый вечер! Меня зовут Анна, - миловидная женщина улыбалась инструкторам. Единственное приятное лицо во всем этом бедламе.

   - Здравствуйте, доктор! - жизнерадостно произнёс Акимцев, мне кажется я вас где-то встречал.

   - Конечно, в госпитале Гинкалы. Месяц назад меня оттуда перевели в Габерон.

   - Приятно вас снова видеть! Хоть один нормальный человек нас посетил.

   В ответ Анна лишь печально улыбалась и кивала головой. Было видно, что мыслями она где-то далеко. Часто делала глубокий вдох и задерживала дыхание. Из своего чемоданчика она по очереди выкладывала инструменты, медикаменты, перевязочные материалы.

   -Анна, - начал Акимцев, - послушайте, это, конечно, не наше дело, но вас кто-то обидел?

   Она лишь молча покачала головой, не поднимая головы. Из глаз ее беззвучно капали слезы, плечи тряслись от рыданий.

   - Давайте мы вам поможем, - Белкин подошел к женщине поближе и положил ей руку на плечо.

   - Не бойтесь, Вы нам можете доверять, - поддержал своих старших товарищей Коренев. Тут женщина упала на стул, сорвала платок с головы и заплакала, уткнув лицо в платок. Она плакала без остановки минут пять. Офицеры будто бараны топтались рядом, не понимая, в чем дело. Акимцеву эта женщина была симпатична, и он ей искренне желал помочь. Евгений подал стакан воды:

   - Выпейте, это поможет.

   Анна оторвалась от своего платка и приняла стакан, рука заметно подрагивала.

   - Спасибо,- произнесла она. - У меня муж погиб.

   - Как погиб? Вы разве сюда приехали с мужем?

   - Нет. Я сюда приехала к мужу, - сквозь слёзы произнесла женщина.

   - Сегодня утром сказали, что завтра сюда привезут, там не стали хоронить.

   - Где?

   - Там, -женщина неопределённо махнула рукой.

   - Может ошибка?

   - Нет, - она замотала головой и сквозь слёзы сказала. - Мне официально сообщили, что самолёт разбился, а его пилот погиб...

   - А зачем вы сюда приехали?

   - В госпиталь приехали ваши,- она кивнула головой в сторону окна, - спрашивают, кто учился в России. Врач сказал, что я оттуда. Они и усадили меня в машину и повезли. Еле инструменты успела взять...

   - М-да. Ситуация! А что случилось с Вашим мужем?

   - Он был пилотом, летал на маленьком самолётике. Возил почту, пассажиров, иногда опылял плантации. Позавчера полетел на север. Говорят, его самолёт врезался в гору. Послезавтра его будут хоронить с почестями на местном кладбище, как героя...

   - Разве его не отправят в Союз?

   Тут женщина улыбнулась сквозь слёзы:

   - Нет. Не отправят, он -- уроженец Боганы.

   - Как его звали, - вдруг спросил Коренев.

   - Майк Браун. Разве Вы его знали?

   - Да. Это был мой друг детства.

   - Тогда я знаю кто Вы, товарищ лейтенант! Джин, Евгений Коренев, не так ли? - Джин утвердительно кивнул, а Анна продолжала: - Он много про Вас рассказывал и даже хотел найти Вас, когда был в Союзе.

   - Я познакомилась с Микки, когда он учился в лётном училище и помогала искать Вас. Однако, нам это не удалось сделать...

   - Когда это было?

   - Примерно два года назад.

   - Я тогда учился в военном училище.

   - Что же, я примерно так и предполагала. Когда мы приехали в Габерон, Микки написал Вашему отцу. Он нам ответил, что Вас сюда скоро направят...

   - Никакой секретности, - проворчал Акимцев. - Значит так, Анна, Вы нам сегодня и завтра будете нужны для осмотра наших подопечных. Вечером Джин отвезёт Вас в город, а послезавтра я и капитан Белкин будем на похоронах Вашего мужа.

   - Ой, извините, я забыла, - произнесла женщина и откуда-то вытащила небольшую плетёную корзину. - Это Ваш знакомый передал. В ней оказался блок сигарет с фильтром, пара книг и бутылка коньяка.

   - Молодец, Серёга, не забывает, - произнёс Акимцев, которого эти подарки вовсе не обрадовали. Ему было жаль эту симпатичную русскую девушку, занесённую в центр Чёрной Африки.