Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 234

   - Это был бвана Верд? - спросил Шеннон первое, что пришло в голову и пожалел об этом, поскольку краем глаза заметил, что Сани напрягся.

   - Нет. Форона Калина я знаю. Он тоже был тут недавно и говорил, что бы я не верил Энгеру Флету.

   - А это кто ещё такой?

   - Один из министров Кимбы, - пояснил Сани Верд. - Не помню, чем он там занимался.

   Джубал что-то спросил Борота на винду. Хранивший до этого молчание знахарь вдруг заговорил. Говорил он долго, кривляясь и жестикулируя. Когда он закончил, Шеннон приказал перевести ему тираду Бороту.

   - Он говорит, - начал Сани,- Энгер Флет -- личный колдун Кимбы и охранял его жу-жу. Когда великого Кимбу убили, он заколдовал белых и жёлтых людей, чтобы враги его не поймали. Потом он им приказал вернуть себя к народу винду. Эти люди так его боялись, что на большой железной птице привезли его к народу бамилеке. Там его хорошо приняли и привезли на реку Богана. Он собрал всех великих вождей и воинов нашего племени, и они перед Большим Дождём придут в Страну Винду, а оттуда пойдут к берегу океана. Воины Винду накажут предателей - бакайя и вновь займут большой белый дворец в городе...

   Бороту надоело слушать, что говорит Сани, и он продолжил тараторить с прежними ужимками. Иногда его прерывал Джубал. После его реплик знахарь распалялся ещё больше, доводя себя до исступления. Шеннон с недоумением наблюдал за поведением этого человека, который будто по мановению волшебной палочки превратился из благообразного степенного старика в дикую обезьяну.

   - Что он там ещё лопочет?

   - Он говорит, что Флет -- альбинос, но он не смог уберечь Кимбу. Значит у него слабое жу-жу, что колдовство Борота сильнее. Когда мы прогоним кго воинов, Борот был и будет главным колдуном в Коро. И его округе..

   - Оказывается, здесь бурлят страсти не меньшие, чем в Европе, - произнёс по-английски Шеннон. - Это не надо переводить Сани!

   Бывший капитан недоуменно покачал головой: только сейчас Кот понял, что тот не знает английского.

   - Спроси лучше Борота, почему он вёл нас короткой дорогой?

   - Чтобы Вы лучше подготовились для встречи его людей.

   - Их много?

   Этот вопрос вызвал замешательство у глав Коро, которые, как понял Шеннон, имели смутное представление о счёте. В конце концов Борот просто стал перечислять имена, а Санди -- их считать. Когда эта длительная процедура закончилось, стало ясно, что у Твассы двадцать шесть солдат. Двое из них оставлены Эвалдом, а остальные набраны Твассой. Про оружие ничего толком выяснить не удалось.

   -Это ничего, - думал Шеннон, насвистывая "Испанский Гарлем". - Будем исходить, что люди Эвалда имеют автоматы, а остальные винтовки. Сани, найди Бомоко, Филха и Рольта. Будем готовиться к бою.

   Следуя наставлениям Джубала и Борота, Бомоко облазил все южные подходы к Коро и обнаружил идеальное место для засады. Оно представляло собой покатый склон, зажатый с одной стороны мореной, а с другой -- опушкой гилеев. Она была практически непроходима- перпендикулярно склону лежал громадный баньян и на добрую сотню метров перегородил путь вглубь леса. Судя потому, что он зарос плющом и кустарником это произошло сравнительно давно -- полгода или год назад. Тропа проходила по склону, огибая с двух сторон морену и выходило на плато, где стояла деревня Коро. Пока не стемнело Шеннон, не взирая на усталость, решил лично осмотреть позицию. Он забрался в россыпь камней и посмотрел на тропу:

   - Отличная позиция для пулемёта, - похвалил он Бомоко. - Здесь мы посадим Сани. Рольт, подбери ему в качестве второго номера кого-нибудь потолковее. Филх, ты со своей винтовкой засядешь вон там, справа от тропы. Огонь будешь вести только, если увидишь угрозу Сани.

   - Хорошо, сэр.

   - Я и ещё два стрелка заляжем слева от дороги. Вон там, у бугра надо вырыть три стрелковые ячейки. На ночь посадим туда дозор, а утром туда приду я. Кого Вы мне порекомендуете из своих людей.

   - Во-первых, Азата, - неуверенно произнёс Рольт.

   - Согласен, здоровый амбал. Может пригодиться в ближнем бою...

   - А можно мне самому пойти с Вами, полковник?

   - Кто тогда будет руководить обороной Коро?

   - Может Бомоко?

   - Нет. Для Бомоко будет другое задание. Он выдет к тропе и будет вести наблюдение, ну а потом страховать Филха. Кто у тебя ещё есть на примете из бойцов посмекалистее?

   Рольт растерянно развёл руками. Шеннон посмотрел на его разочарованное лицо и произнёс:

   - Ладно, пойдёшь со мной. С обороной селения что-нибудь придумаем, а пока поставь несколько растяжек между баньяном и тропой.

   До конца вечера он облазил всю бому и решил расставить стрелков вдоль тына с равными интервалами. Если противник появится с другой стороны, эти горе-стрелки своими выстрелами заставят его залечь и одновременно привлекут внимание засадной группы. Отступать они должны будут к старому заброшенному складу фактории, расположенному далеко на отшибе. Там же будет и госпиталь.

   Большинство хижин в Коро были примитивны: три стены, сплетённые из прутьев, промежутки между которыми замазаны латеритом, и что-то вроде свёрнутой циновки над входом. Ночью каждую из них закрепляли специальными колышками по нижнему краю, а затем зашнуровывали по бокам. Вдоль стен хижин были устроены низенькие ложа, покрытые такими же плетёнками, только в несколько слоёв. Судя по некоторым деталям, когда местные жители ложились спать, они огораживали своё ложе этими циновками со всех сторон, создавая своеобразные балдахины. Жандармы разместились в хижинах, но он сам и сержанты, как обычно, разместились в палатках. В эту ночь, впервые после выхода из Буюнги у всех людей Шеннона была крыша над головой. Не спали только часовые во главе с неутомимым Бомоко. С рассветом защитники Коро стали готовить себе позиции согласно приведённому выше плану. Одну растяжку поставили прямо на тропе недалеко от окопчика Шеннона, а ещё три -- между тропой и опушкой леса. Шеннон здраво рассудил, что застигнутые врасплох люде Твассы сразу побегут в этом направлении. Бомоко был выслан вперед для того, чтобы выяснить как далеко находится Твасса. Ждать пришлось долго, сразу было понятно, что бывший лейтенант никуда не спешит. В полдень Шеннон ещё раз осмотрел позицию и остался доволен ею. С тактической точки только закоренелый кретин мог устроить здесь засаду. Поэтому противник точно будет не готов к нападению. При наличии миномёта или базуки оружия пулемётчик, засевший в морене, как и стрелковая позиция посреди открытого луга, могли быть подавлены парой выстрелов. Шеннон знал, что в отряде Твассы ничего мощнее лёгкого пулемёта и ружейных гранат не было, а на расстояние броска ручной гранаты подпускать он никого не собирался. Кроме того, он прекрасно знал психологию африканцев, втянувшись в бой они теряют над собой контроль. Под массированным огнём они либо прут напролом будто очумелые, либо бегут в панике с поля сражения. Даже, если противник пустит вперёд усиленный патруль, он не рискнёт оторваться от него на расстояние прямого выстрела и на некотором расстоянии двинется за ним. Хуже будет, если он решит прочесать морену. Тогда Сани нужно будет спрятаться в нагромождении камней. Впрочем, по опыту Шеннона, это было маловероятно: никто из вновь набранных рекрутов не захочет карабкаться на холм в разгар жаркого дня. Исходя из этих соображений, Шеннон планировал грядущий бой. Он всё утро расставлял своих бойцов по позициям, лично выверяя сектора обстрела. В самый последний момент он решил поменять диспозицию гарнизона. Теперь его солдаты по двое размещались у проходов деревенской изгороди.

   Противник Шеннона оказался более изощрённым. Другой была и численность его отряда. Произошло это по следующим причинам. Потеряв многих своих людей и единственный пулемёт, лейтенант решил не возвращаться в Коро, поскольку не ожидал ничего хорошего ни от Эвалда , ни от Флета. Маленький колдун со светлой кожей и белыми жёсткими волосами внушал ему страх. Каково было удивление лейтенанта, когда он наткнулся на него в каком-то маленьком сензале. Бывшего главного государственного колдуна сопровождал эскорт из трёх автоматчиков. Вечером они встретили Эвалда, который со своими людьми случайно оказался поблизости. Под воздействием жу-жу колдуна у Твассы быстро развязался язык, и он, как на духу, поведал о бое под Буюнгой. При этом он уверял, что враги были неуязвимы для его пуль. Убить из них удалось только трёх из двух десятков. Двух изрубили пангами, а третьего сожгли. Флет внимательно выслушал рассказ, а потом сказал: