Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 218

   - А что было потом?

   - Потом? - Галицкий на этот раз только пригубил рюмку и улыбнулся. - Потом липовый экипаж снял морскую форму и отправился на работу в порт, а мои ребята по-прежнему остались на китобойце. Но с этого времени нам стали поставлять продукты питания и подбрасывать понемногу топливо. Недели через две Богана наняла какого-то моряка эфиопа и не дала человек восемь для охраны. После этого мои ребята улетели в свою Одессу, а меня вызвал к себе Аспид и предложил перейти в авиационное подразделение войск специального назначения. Я, конечно, согласился...

   - Почему? - спросил Джин

   - А, ты,зелёный, не соображаешь, что ли?

   - Нет,- обиделся юноша.

   - Если бы я отказался, меня загнали бы в какой-нибудь Якутск или рулить сельхозавиацией под Кусанаем до самой пенсии , - зло ответил Галицкий. - Тебе, парень, не понять, что значит летать под небом Африки.

   - Не кипятись, майор, - шепнул Галицкому Сергей. - Это сын Коренева.

   - А, понимаю, на его отца списали разгильдяйство наших партократов. Сс..ки, - выругался лётчик. - Всё тратят на помощь братским партиям и дружественным народам, а дома -- хоть шаром покати...

   Рука Джина дрогнула, кофе залило огонь газовой горелки...

   3. В ХРУСТАЛЬНЫХ ГОРАХ

   Девятнадцатого августа поутру состоялось последнее заседание Госсовета, в котором участвовал Шеннон. На нём основная дискуссия разгорелась вокруг двух животрепещущих тем: встрече британской делегации и проведению парламентских выборов, назначенных на двадцать третье августа. Вследствие этого рассмотрение вопросов безопасности по предложению Морисона было отложено. Заседание длилось необычайно долго, поскольку советники никак не могли выработать единую позицию. В конце концов возобладало мнение Лоримара, который предложил задержать британских эмиссаров до оглашения результата выборов и только после этого подписать с ними соглашение. Распалённые спорами, занятые своими мыслями и уставшие, бесплодной дискуссии советники участники заседания пропустили мимо ушей сухой доклад Шеннона, который сообщил об окончании подготовки экспедиции в Страну Винду. Многие из них откровенно зевали, а Морисон даже высказал удовлетворение тем фактом, что Шеннон будет отсутствовать в столь важные для Республики Зангаро момент:

   - Что Вы имеете ввиду, советник? - спросил его доктор Окойе, по своей привычке склонив голову на плечо.

   - А то, господин председатель, что отсутствие большей части жандармов убедит международных наблюдателей в независимости выборов! Чем меньше будет полиции и жандармов на улицах, тем будет нагляднее...

   - А Вы что думаете, полковник?

   - Очевидной угрозы для правительства не существует. Комиссар Хорас отлично справляется со своими обязанностями, однако, я считаю ошибкой перенос рассмотрения вопроса о создании отдела расследовваний на потом....

   - Вы хотите восстановить тайную полицию, полковник! Я принципиально против этого!

   - Но мы так или иначе занимаемся расследованиями, советник, - произнёс Хорас. - Служба де-факто уже создана...

   - Вот поэтому я настаиваю, чтобы этот вопрос рассматривало вновь избранное правительство!

   - Господа, Вы отклонились от темы, - вмешался в перепалку доктор Окойе. - Продолжайте, Шеннон.

   - Я уже говорил, что для обеспечения безопасности в Кларенсе и Стране Кайя сил достаточно. Я с мобильным отрядом буду находится в Стране Винду.

   - Сколько с вами пойдёт людей?

   - Тридцать человек во главе с лейтенантом Картром. Кроме вооружения каждый понесёт на себе следующий груз: двойной боезапас, сменный комплект обмундирования, шесть запасных пар носков, спальный мешок и личные вещи -- всего до десяти килограммов. Кроме того каждому выделено по пять килограммов консервов и галет, а так же по шесть литров воды. Их мы доставим в передовой лагерь\. Используя носильщиков. Дальше -- как придётся. По моим расчётам экспедиция займёт не больше недели.

   - А кто останется в Кларенсе на пожарный случай? - спросил Бенъард.

   - Мобильная группа лейтенанта Тетсами, усиленная "крокодилом" и двумя джипами. В ней полусотня бойцов. Советники тоже остаются в бараках. На случай чрезвычайной ситуации в столице или аэропорте разработан план...

   - Спасибо, полковник. А вы какие меры предпримете, комиссар?

   - Дежурные полицейские будут действовать в штатном режиме. Остальных временно переведем на казарменное положение. Патрулирование улиц в день выборов начнём с раннего утра, а потом сосредоточимся на охране избирательных участков.

   - Да! И привлечём активистов и пожарных,- добавил Морисон.

   - Бенъярд, у Вас вопрос?

   - Да, господа! Как будет организована охрана иностранцев во время их пребывания в Кларенсе?

   - Планируется внешнее наблюдение, но, если Вы хотите... - начал говорит Морисон.

   - Да. Считаю, что британской делегации должна быть выделена охрана. Пусть символическая...

   - меня недостаточно людей для этого, - буркнул Хорас. - а активисты не подойдут.

   - Это почему же? - взъелся Морисон.

   - Они не дисциплинированы.

   Окойе дождался конца спора и, вставая с места, произнёс:

   - Бенъярд, я обещал Вам выделить шестерых людей из собственной охраны. Возьмите пока трёх!

   - Но, доктор, мне надо будет поехать за оружием на границу!

   - Когда?

   - В составе делегации будет человек, связанный с Мутото. Он сообщит точную дату прибытия груза.

   - Когда сообщит, тогда и будем решать! Заседание объявляю закрытым. Полковник, прошу Вас остаться!

   Двери за советниками закрылись.

   - Кот, ты надолго собираешься в горы?

   - Нет. Неделя-другая. Как пойдёт.

   - Цель?

   - Найти место, где работал человек Мэнсона, и пошерстить окрестности.

   - Ка будешь действовать?

   - Оставлю Патрика на перевале, а сам с небольшой группой двинусь вдоль хребта на юг. По моим расчётам поиски займут три-четыре дня. Как найду, так сразу и вернусь.

   - Хорошо. Я буду ждать новостей.

   - Боюсь, что радиосвязь в горах будет никудышная.

   - Ты не хочешь взять с собою Синка?

   - Нет. Он будет нужен здесь. Мы до Ханипы дотянули телефонный провод, а оттуда наладим связь с перевалом. Так что докладывать тебе будет Патрик.

   - Кого оставляешь вместо себя? Одного из инструкторов?

   - Нет. Бевэ отлично справляется с обязанностями коменданта, а безопасность пусть лучше обеспечит Хорас.

   - Я бы хотел назначить на твоё место Бенъярда.

   - Генри -- отличный парень, но Пренк -- лучше, профессиональнее.

   - У него сейчас много дел в городе.

   - Знаю. Тогда, по моему мнению, на должность начальника жандармерии лучше всего подходит комиссар Хорас. Он, всё-таки, из местных.

   - А капитан Бенъярд?

   - Сделай его заместителем или начальником штаба. Он вполне сгодится на эту должность.

   - Хорошо. Я подумаю. Когда выступаешь.

   - Завтра в полдень. Заночуем в Ханипе, а послезавтра займём перевал.

   - Значит, Вы достигните Страны Винду в пятницу.

   - Да. А что?

   - Очень хорошо. Я смогу предложить наблюдателям поехать в Ханипу и дальше, - улыбнулся Окойе. - Хотя они вряд-ли этого захотят.

   - Дай Бог, Вайант, - Шеннон сильно закашлялся и сплюнул.

   - Что-то мне не нравится твой кашель, Кот! Ты давно был у врача на осмотре?

   - Всё в порядке! Так, лёгкое недомогание.

   - Может останешься, отдохнешь . Пошли вместо себя кого-нибудь другого...

   - Кого? Только я знаю, что и где примерно искать! На инструкторов нельзя положиться, а Патрик и его приятели только и умеют, что стрелять...

   - Тут ты прав. Поручить это действительно некому. Ну, дай Бог тебе удачи!

   - Спасибо.

   - Я завтра к половине двенадцатого подъеду в лагерь.

   - Спасибо, Вайянт.

   К югу от перевала Укака гилеи отступают от подножья гор, а в середине августа представляют собой только часть того великолепия, которое им присуще в остальные месяцы. Это связано с тем, что в этот период не надолго изменяется направление атлантических ветров, прорывающихся в межгорный разлом. Они отгоняют дождевые облака на короткое время к востоку. В это время, лес подступающий к подошве гор, как-бы усыхает, отступает дальше на восток, образуя узкую полосу саванны. Она занимает всего пять-шесть километров и представляет собой поросшую густым кустарником равнину, только кое-где прикрытую кронами лесных великанов. Пологие восточные склоны гор под действием прямых солнечных лучей подсыхают, а краснозём превращается в твёрдую глинистую корку, которую можно разбить разве что киркой или мотыгой. Благодаря выветриванию горных пород образуется латерит, который не в состоянии размыть даже частые тропические дожди. Латеритовое плато постепенно расширяясь тянется к югу и доходит до среднего течения Боганы, которая в этом месте изгибается к на юго-востоку. В том месте, где она сливается с Кири расположена Гинкала.