Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 190

   - Добро пожаловать, monami!- приветствовал Жана его директор Жюль Гомез. Алжирский француз обосновался в Кларенсе лет десять назад. Так сложилось, что он косвенно содействовал подготовке переворота, и с тех пор он считался влиятельным сторонником нового режима. За последний год он немного поправился и стал ткак-то стал то ли выше, то ли важнее. - Я приготовил тебе лучшие аппартаменты... "Эксцельсиор" всегда рад приютить тебя.

-Merci, Жюль,- поблагодарилего Лангаротти. - Патрик, пусть мой багаж отнесут в номер. Как поживаешь? - спосил он хозяина отеля.

- Прекрасно, - ответил Гомез. - Правда, появилось много конкурентов - в городе уже дюжина отелей, но уменя всё-таки классвыше и еще есть казино.

Идею открыть казино для увеличения поступлений в бюджет республики подкинул своему шефунекогдасам Жан, а тот, в свою очередь, - Совету Национального Спасения. У Гомеза был тогда единственный отель в Кларенсе... Не прошло и полугода, как на доходы от казино содержалась вся жандармерия.

- У меня останавливается большинство приезжих европейцев, а Бормак постоянно арендует 2 люкса ...

- А кто такой Бормак?- Лангаротти прервал владельца отеля.

- Не кто, а что. - поправил Жана,подошедший к ним Патрик.- Это фирма, получившая концессию на

добычу платины в Хрустальных горах.

- Да, да, - подхватил Гомез.- Это "Бормак трейдинг компани лимитед" , британская компания, которая построила рудник в горах. Здесь постоянно проживаетглавный инженер господин Паттерсон и наездами из Европыбывает господин Ричардс, он швейцарец...у, по крайней мере, он так говорит...

- Это какой Патерсон?-спросил Лангаротти. - Послушай, Патрик, это не тот ли ирландец, который

за полцены покупал какао?

- Нет, сэр. То был грек. Он тогда заплатил в казну двадцать тысяч фунтов, а нашёл его Гомез...

- А на комиссионные открылось твоё казино,- уколол Жан Гомеза.

- Я всегда был честным компаньоном - мы договорились с месье Шенноном, что две трети поступлений идут мне, а остальные - на нужды Ко... республики, - Жюль покраснел от напряжения и сменил тему разговора.- Вы, наверное, проголодались с дороги, путь был неблизкий. Пойду, распоряжусь приготовить Вам ужин.

- Мне тоже надо идти,сэр!- неожиданно заторопился Патрик.- Завтра к девяти утра я буду у Вас. Президент назначил Вам приём на полодиннадцатого, но до этого времени с Вами хотел встретиться начальник. Сэр, Джинджи и Тима сегодня нет, но, если Вы позволите, мы хотели бы собраться и вспомнить Командира - завтра два месяца со дня его смерти. И, - Патрик немного запнулся. - Мой совет, майор, при разговорах с ними не поминайте генерала.

- Иди,- кивнул майор Лангаротти и задумчиво посмотрел вслед своему старому соратнику. Докурив сигарету, он стал медленно подниматься по лестнице в ресторан. Навстречу ему спускалась двое белых в охотничьих костюмах. Когда он прошел мимо них, один пристально посмотрел ему в след.

- Кто это, Кен?- спросил его второй белый.

- Это - Жан Лангаротти, правая рука Шеннона.

На удивление, ресторан отеля был полон, но Лангаротти отвели отдельный столик на двоих в углу зала. Отхлебнув охлажденного анжуйского, он оглядел зал. "В основном европейцы, - отметил про себя Жан, - как тогда, в Алжире, триннадцать лет назад".

- Вы позволите, - к его столику подошелвысокийсмуглый европеец, заговорив по-французски. - К сожалению, свободных мест нет, а Вы скучаете... - криво улыбнулсяон и подмигнул. - Позвольте представиться: ТимонМаршан, бизнесмен. Я Вас я знаю...

- Откуда,- без удивления спросил Лангаротти.

- Вы выпускали из порта мой груз какао прошлым летом. Я тогда неплохо заработал. Не помните? Фирма "Арагума".

- Теперь да,- ответил равнодушно Жан. Они тогда распродали все запасы какао в обмен на звонкую монету. Все, кроме тех, что увёз Вальденберг на "Тоскане. Там было полдюжины фирм

   - Вы, как я понимаю, вернулись - спросил Маршан. - Чем думаете заняться?

   - Да, вернулся. Поступил на службу в жандармерию,-ответил Лангаротти. - Все равно узнает,-подумал он. - На место своего приятеля Шеннона, да? - продолжал наседать Маршан

   - Вы правы, - подтвердил догадку собеседника Лангаротти.

   - Последние недели передего внезапной кончиной мы часто ужинали здесь вместе.

   - А о чем Вы с ним говорили? - с растущим интересом спросил Жан.

- Как Вас зовут?- неожиданно спросил Маршан.

- Жан,- ответил Лангаротти, внезапно проникаясь симптией к Тимону, то ли под влиянием розовоговина, то ли из-за его открытости. Он знал породу этих полуторговцев-полуконтрабандистов по Биафре. Они, рискуя, везли через блокаду продовольствие и медикаменты, патроны и одежду, вывозя взамен нефть и руду, арахис и какао...

- Давай без церемоний, - предложил через некоторое время Маршан, - зовите меня Тим, а я тебя буду звать Жаном. Джин? Виски? Коньяк?

- До двенадцати - только розовое,- отшутился Жан и сразу перешёл на ты.- А почему у тебя такое странное имя,Тимон? Славянское что-ли?

- Нет, греческое,- ответил Маршан с полуулыбкой.-Мать у меня была с Кипра, а отец из города Гере, что в Аквитании. Он некоторое время служил в Ливане. Так я и появился. -усмехнулся он. - МаманазвалаТимоном, пока папа думал признавать меня или нет...

- Понятно,- потянул Жан. -Так о чем ты говорил с Котом?

- С кем? -удивлённо переспросил Маршан.

- Шеннона все звали Котом по первым его инициалам - Чарльз Альфред Томас.- пояснил Лангаротти.

- Я и не знал, - потянул Марш, - хотя мы с ним выпили не одну бутылку джина.

- Расскажи, о нем, - попросил Лангаротти после длительной паузы.

- Мы с ним познакомились через Гомеза в сентябре прошлого года - начал Тимон. (Через полтора месяца после моего отъезда, - отметил про себя Жан.)- Он, как обычно сидел в компании Гомеза и его девиц, с ними был третий белый, только что вернувшийся из экспедиции к Хрустальной Горе, они веселились. Конечно, открыли месторождение платины, повод был. Они поили всех в зале - пригласили и меня. А я взял и спросил Чарли ( я так называл Шеннона), а с чего они так веселятся - платину всё равно приберет к рукам крупная фирма, какие-нибудь, "Лонро" или "Кайзер", а правительству достануться какие-нибудь гроши. Он меня выслушал и сказал, что этого не будет. Следующий раз мы встретились через пару месяцев, как раз правительство объявило передаче горной концессии никому неизвестной британской компании "Бормак", он сам подошел ко мне и попросил помощи.

- Он попросил? -удивился Лангаротти.

- Да,информации, - уточнил Тимон. - Чарли хотел знать кому принадлежит "Бормак".

   - Вскорее я узнал, - продолжал Маршан, - что Бормак контролируется группой швейцарцев, хотя в нем есть и английские вложения. После этого мы встречались с ним здесь почти каждый вечер. Чарли стал говорил, что невсе не так просто, как ему казалось и что, по-видимому, Эндин был прав.

   "Уж не тот ли человек, которого мы выпровадили из Кларенса, предварительно пристрелив его кандидата в президенты? Но его, по-моему, звали Харрис..." - подумал Лангаротти, но промолчал.

- За неделю до самоубийства Шеннона в страну прибыл английский посланник сосвоей молодой женой. Чарли было не узнать, он постоянно курил, а потом застрелился в роще. Говорят, при нем нашли какие-то бумаги. На панихиде эта женщина сильно плакала...

   - Все это сильно запутано,- потянул Лангаротти. Он не имел никакого представления об интимных связях своего командира.

- Я хочу угостить Вас за счёт заведения, позвольте присоединиться,-раздался голос Гомеза откуда-то сбоку.Вместе с ним подошёл один из белых, с которым Лангаротти столкнулся на лестнице. - Позвольте представить, Кен Неду - управляющий Униона...

   -???

   - Унион - это рудник в Хрустальных горах, - доверительно наклонившись к Жану пояснил Маршан и предложил. - Господа, здесь тесновато. Давайте перейдём в курительную комнату... .