Псы войны. Гексалогия (СИ) - Пауллер Олег - Страница 122

   - Нет, это сло­новьи уши, запечёные в тесте.

   Спор раз­го­рал­ся. Только Лунёв, как старший по званию, не ввязались в дискуссию и мол­ча раз­гля­дывали ди­ковин­ное блюдо.

   - Это твоя идея, Беляев? - спросил комендант.

   Беляев ска­зал на­конец, сда­ва­ясь:

   - Сло­па­ем, брат­цы, лишь бы съ­едоб­ное. На­чинай, Яшка.

   - Ты на­чинай, ты.

   - Зап­росто. Ей-бо, ин­те­рес­но, что оно та­кое? - Андрей крик­нул молоденькой стря­пухе, стоявщей рядом в яв­ном ожи­дании компли­мен­тов: - Эй, ба­рыш­ня! Женька! Что за еда у нас?

   - Ва­рени­ки. Обе­щан­ный сюр­приз, - тор­жес­твен­но объ­яви­ла она.

   Гу­бы Андрея сжа­лись, его го­лова зат­ряслась, слов­но по­пала под ток вы­соко­го нап­ря­жения, а из при­щурен­ных гла­зах ска­тились сле­зы. Его примеру последовал весь стол, даже начальники.

   - Ва­реник... - за­чаро­ван­но пов­то­рил Петренко, так хо­рошо зна­комое всем в ла­гере и та­инс­твен­ное для туземцев сло­во. Все сидящие за столом офицеры еще с пол­ми­нуты ма­ял­ись от без­звуч­ной ико­ты.

   - Джен, ми­лая де­воч­ка, -- лас­ко­во произнёс Мартын Босс, об­ра­ща­ясь к надувшейся стряпухе, - ты на­роч­но, чтоб пос­ме­шить?

   - Тол­че­ный кар­то­фель в тес­те сва­рить, об­лить мас­лом, из­мель­чен­ный и под­жа­рен­ный лук... -- про­лепе­тала та, под­хо­дя поб­ли­же. - Вот я и при­гото­вила. Сра­зу два. Вто­рой ду­мала при­беречь на ужин. Что же тут смеш­но­го?

   - Раз­ве тебе ни­чего не известно о раз­ме­рах?

   - Нет, а что?

   - Варенники ле­пят сов­сем ма­лень­кие, в треть твоей ла­дошки. Та­кие го­дят­ся для сло­на, - Лунёв по-отечески обнял африканку.

   - Ну и зря, боль­ше - луч­ше, и ре­бен­ку по­нят­но,

   - Ко­неч­но, ты пра­ва. Ни­чего не по­нима­ет Андрей в этих самых ва­рени­ках. Вот от­бе­рем сей­час, чтоб не нас­мешни­чал.

   - Бо­же упа­си! - за­махал Беляев ру­ками под друж­ный смех при­яте­лей. - Не от­дам!

   Про­голо­дав­ши­еся офицеры ра­зом наб­ро­сились на ку­линар­ное тво­рение при­обод­рившей­ся кор­ми­лицы, пред­ва­ритель­но раз­ру­бив его на кус­ки.

   Зигунов то­же поп­ро­бова­л и ска­зал Лунёву:

   - Дей­стви­тель­но вкус­но, толь­ко кар­тошка внут­ри очень со­леная.

   - Он не лю­бит слад­кую, - оп­равды­валась Джен, ки­вая на Беляева.

   - Сой­дет, - поддержал стряпуху Босс, - есть поч­ти мож­но, не ку­куру­за.

   - Мне то­же уже на­до­ело бес­ко­неч­ное по­шо, - посетовал Липкин.

   - И Бо­рису Николаевичу, - под­хва­тила стряпуха, - он вчера за ужином ска­зал, что мел­кая ку­куруз­ная му­ка похожа на какой-то порошок.

   - А я по­шо люб­лю, - про­мычал Белкин с на­битым ртом. - и ва­реники. Женька, тащи второй.

   - Тот на ужин. Есть ле­пеш­ки.

   - Я ле­пеш­ки тоже люб­лю, - буб­нил Белкин, пог­ло­щая все, до че­го до­тяги­вались его длин­ные ру­ки с быс­тро­тою мо­лотил­ки. В раз­го­рев­шей­ся по­малень­ку зат­ра­пез­ной дис­куссии о дос­то­инс­твах той или иной кух­ни не при­няла учас­тия лишь са­ма стря­пуха. После первого неудачного опыта, питание советских офицеров резко улучшилось. Под руководством Беляева девчонки готовили первосортные блюда. Правда, это не обошлось без помощи хозяйственного Петренко, который по случаю и без случая тягал всё то, что считал бесхозным. Учитывая безалаберность туземцев, такого было много.

   - Что там слышно сверху? - задал ожидаемый вопрос Зигунов.

   - Честно скажу - не знаю, - с горечью ответил Сергей и стал излагать собственные проблемы: плохую работу переводчиков, молчание начальства, тоску по дому. Капитан потерял всякий интерес к советнику и ушёл по своим делам.

   Новым событием для засекреченного лагеря стало прибытие двух людей из Зангаро. Их доставили вертолётом и сразу направили в госпиталь. На объекте царила секретность, но Сергея, как политического советника, сразу поставили в известность, пригласив на совещание.

   - Эти ребята отмахали за двадцать суток по джунглям почти четыреста вёрст. Вот отсюда и до сюда, - комендант лагеря, умудрённый опытом майор, повёл указкой на крупномасштабной карте региона. Он был коренаст и широкоплеч и чем-то напоминал гориллу. Его редкие волосы были тронуты сединой и были коротко пострижены. По мнению Сергея, имевший за плечами только курсы военных переводчиков, где с ним занимались исключительно субтильные мужчины и мужеподобные женщины, Борис Николаевич Линёв был настоящим эталоном военного. Громкий командный голос майора гулко разносился по небольшому залу, заполненному советскими офицерами, многие из которых были совсем мальчишками. Наблюдая за ними, Сергей отвлёкся и потерял ход мысли майора. Тем временем, Лунёв продолжал сыпать военными терминами и вдруг закончил на самом интересном:

   - ... И, что интересно, довели половину своих бойцов.

   - А что в этом такого, - поинтересовался кто-то сзади. - марш по пересечённой местности?

   - Вы знаете, что такое гилеи, товарищ?

   - Да, это - экваториальный лес...

   - Дай Бог Вам никогда туда не попасть, - со вздохом произнёс майор. - наши ребята на грани истощения. Правда, их бойцы тоже. Из другого отряда. шедшего вот по другому маршруту, не уцелел никто. Итак, товарищи офицеры, Вы сможете получить более полную информацию, когда больные пойдут на поправку. Все свободны!

   Серегей подошёл к коменданту и спросил:

   - Борис Николаевич, кто это?

   - Вообще-то это не принято сообщать, но Вам, как политическому советнику, я скажу. Это - старший лейтенант Евгений Акимцев и капитан Рамон Гид.

   - Но позвольте, Рамон - это испанское имя.

   - Да. Товарищ Гид выполнял свой интернациональный долг...

   На следующее утро капитан Зигунов пригласил Голона посетить второй ангар. Дежурным офицером в тот день был Беляев. Когда он отомкнул замки и запоры на воротах ангара, старший военный инструктор подвёл советника к штабелю ящиков.

   - Это - Ваше, - сказал капитан. - Ночью доставили.

   - Что это? - удивился Голон.

   - Груз "Комарова". Двадцать четыре места!

   - Мне это ни о чём не говорит.

   - А! Вы, наверное, не в курсе, что этот теплоход вёз оружие для армии Зангаро. Теперь оно передано в распоряжение ФПЗ.

   - Вёз, вёз, да не довёз, а в Гинкалу нам привёз, - забалагурил Беляев.

   - А я теперь понял о чём Вы говорите, товарищ майор, - сообразил Голон. - И много здесь оружия?

   - По спискам там числится двести двадцать одна единица, в том числе сто двадцать четыре акаэма, девяносто два экаэса и пять рпэка. К ним имеется в наличии 864 магазина. - Затараторил Беляев, взяв в руки какой-то список. - Согласно сопроводительному документу два ящика были выгружены в Туреке...

   - Тогда мне понятно, почему такое странное количество... - произнёс Зигунов.

   В очередное воскресенье Сергей вытребовал у Лунёва шофёра и "уазик" для поездки в Гинкалу. Там у него была запланирована встреча с местным руководством. Далеко на горизонте дыбились бурые с плоскими, словно обрубленными, вершинами холмы. По пыльному шоссе Голон выехал к переправе. Эта полноводная, могучая у своего слияния с Конго река оказалась мелким ручьём, который могла перейти курица вброд. Впрочем, был самый конец сухого сезона, когда пересыхают многие реки и крестьяне, чтобы добраться до воды, выкапывают в их песчаных руслах глубокие ямы. Некоторые деревья в эту пору сбрасывают листву и стоят уродливо скрючившиеся в своей наготе. Город располагалась в широкой долине, ограниченой с севера каменистыми холмами, представлявшими склон Хрустальных гор. Их вершины были покрытыми лоскутами сочной плотной зелени, а склоны - беспорядночно усыпаны невзрачными домишками. В ослепительных лучах утреннего солнца Гинкала казалась сделанной из громадных кусков сахара. Немногочисленные в городе новые здания -- мэрия, Дом партии, резиденция губернатора, здание школы -- соперничали белизной друг с другом. Были тщательно выбелены и прилегающие к ним жилые дома с плоскими крышами. За ними располагался большой квартал, застроенный хижинами под крутыми конусообразными крышами из соломы. Они расползлись вверх по склонам, напоминая гигантскую воронку. Очер­та­ния го­род­ско­го раз­ностилья стро­ений на­води­ли Сергея на мысль об уди­витель­ной схо­жес­ти всех бо­лее или ме­нее круп­ных го­родов Аф­ри­ки. Слов­но мно­гочис­ленные близ­не­цы, раз­бро­саны эти го­рода по все­му кон­ти­нен­ту. Но судь­бы, жизнь их оби­тате­лей еще очень раз­нятся.