Пустошь (СИ) - "Ishvi" - Страница 138

- А чего ты хочешь?

- Не знаю, - выдохнул Наруто. - Чтобы он остался…

***

Саске сам не заметил, как ноги привели его в то самое место, которое он старался не посещать многие годы. Не любил, считая глупой данью традиций.

Серые и чёрные надгробия высились с двух боков, и поначалу Учиха даже растерялся, усомнился в своём желании быть здесь.

Но затем пересилил тупое желание развернуться и уйти как можно скорее. С упорством человека, вколачивающего в свой позвоночник новый гвоздь, Саске направился к могиле Микото. Ноги увязали в несуществующей траве, которая хватала и не отпускала. И двигаться было трудно, словно против течения.

Но в итоге, он пришёл и замер, увидев чёрную фигуру рядом с могильным камнем. Сжал челюсти, но уходить не стал, попросту подойдя ближе и вставая за спиной.

Фугаку не видел сына, он перебирал пальцами тонкие стебельки каких-то белых цветов, что принёс на могилу жены, и никак не решался опустить их на гранитную плиту.

Саске обошёл мужчину по кругу, прислоняясь спиной к оградке с другой стороны и глядя в блестящую поверхность плиты, в которой отражались дождевые облака.

- Ты, - выдохнул Фугаку, всё-таки заметив парня.

Учиха лишь кивнул, продолжая вглядываться в землю. Он не верил, что скелету есть дело, кто к нему приходят. Так же он не верил и в Рай, и Ад. Тогда куда мы уходим?

Кажется, этот вопрос рано или поздно должен был посетить его голову.

Саске даже усмехнулся. Что следующее в списке? Поход в церковь?

Но усмешка быстро сошла с губ, сменившись сигаретой.

Фугаку поднял глаза на стоящего напротив парня, с трудом узнавая в нём своего ребёнка. Да, Саске очень изменился. Едва заметно огрубели черты лица, глаза набрались холода, а сам он стал будто бы твёрже, каменнее.

Он давно не смотрел на сына так. Они вообще редко были друг перед другом, редко молчали, не надрывая глотки очередными обвинениями.

- Почему ты здесь? - тихо спросил Фугаку.

Выдохнув дым, Саске пожал плечами. Язык словно к нёбу присох. Да и о чём говорить?

- Понятно. А я вот…

Саске скосил на него глаза, замечая, как мужчина прикладывается к бутылке виски. От этого зрелища стало лишь противнее, хотя Учиха думал, что дальше некуда.

- Скучаю, наверное.

Взгляд брюнета вновь упал на плиту. Скучает…

О чём скучать? Об убитой семье?

- Будешь?

Булькнув жидкостью, отец протянул ему бутылку, но Саске лишь мотнул головой.

- Хорошо, - вновь как-то сник Фугаку, ставя виски рядом с собой. - Ты меня ненавидишь, да?

Косой взгляд на мужчину, который сейчас казался блёклой тенью самого себя. Вот что появляется наружу, когда маски рушатся…

Саске думал, что будет больно, если он вновь увидит отца, что злость сорвёт крышу и он вновь накричит на Фугаку, а тот на него. Думал, что будет раздражение.

Но… была пустота.

- Ты можешь ненавидеть меня, - принял его молчание за положительный ответ мужчина. - У тебя на то есть все права.

Фугаку как-то нервно усмехнулся, передёрнув плечами, и выдохнул:

- Я ведь тоже ненавидел тебя.

Когда-то это заявление ранило бы, разбередив рану и заставив её кровоточить. Когда-то Саске бы кричал, ругался и спрашивал: «Почему?!» А сейчас это признание упало в какую-то пропасть внутри души.

- Потому что ты едва не уничтожил всё то, что я создавал, - продолжил мужчина. - Ты ведь не знаешь… как всё было на самом деле.

Усмешка.

- Да и не узнаешь. Не к чему тебе знать.

Саске пожал плечами. Безразличие пеленой закрывало глаза.

Фугаку поднял глаза на сына, в голове плескался алкоголь и путались мысли, заставляя то улыбаться, то хмуриться.

- Иногда я хотел, чтобы тебя не стало.

Саске всё же взглянул на мужчину, но это заявление также не вызвало никаких эмоций.

- Думал, что всё могло бы тогда быть иначе. Наша семья могла бы быть другой… если бы тебя не было.

Горькие слова. По сути своей ранящие острыми, заточенными до блеска гранями, режущие сердце на мелкие части… они не вызывали ничего.

Зажав сигарету зубами, Саске скинул со спины рюкзак, расстегнул молнию, вынимая из его глубин револьвер. Перехватил за дуло и рукоятью протянул отцу, выпрямляясь.

Фугаку удивлённо посмотрел на оружие, едва ли узнавая в нём подарок старшему сыну. Грубая, дрожащая рука осторожно взяла револьвер, и Саске тут же опустил свою, стоя перед ним ровно и как-то безразлично. Взгляд был направлен точно в глаза Фугаку, который застыл, глядя на оружие.

Саске действительно было всё равно, как этот фарс закончится. Если от руки Фугаку, то даже легче: не придётся терпеть нарастающую боль, не придётся доходить до безумия и видеть безликие тени. Мучить себя…

Наруто…

Учиха тряхнул головой, слегка поморщился. Узумаки, какого чёрта ты делаешь в голове сейчас? Почему?

Фугаку поднялся, слегка пошатываясь. Кажется, виски было выпито слишком много…

Он смотрел то на сына, то на револьвер и не мог провести логическую цепочку.

Что делать?

Взгляд вперился в осунувшееся лицо, которое было похоже на «ту женщину». Её острый взгляд, холод, исходящий от белой кожи, иссиня-чёрные волосы…

Хотя все говорили, что Саске похож на Микото…

Палец лёг на курок, но в следующий момент оружие выпало из ослабшей руки, ударившись о блестящую гранитную плиту.

Фугаку ринулся вперёд, хватая парня за плечи и притягивая к себе.

Саске второй раз за день приходилось играть роль истукана. Это могло бы повеселить, если бы не зияющая внутри пустота. Брюнет просто смотрел в небо, терпя эти никому не нужные, фальшивые объятия.

Многое мы делаем не потому, что нам хочется, а лишь из-за того, что можем потом не получить шанс на то же самое. Вот и Фугаку, мучающийся от сожалений, обнимал сына, боясь, что, когда придёт время, уже не сможет. А обнимать надгробную плиту, как оказалось, было бессмысленно.

- Живи, - тихо выдохнул Саске. - И помни.

С этими словами он легко оттолкнулся от груди мужчины, подобрал свой рюкзак и побрёл прочь отсюда.

Ничего не изменилось.

Кладбище он по-прежнему считал местом для костей, но не для душ.

***

В общагу Саске вернулся, когда уже стемнело и перевалило за десять часов вечера.

Он просто бродил по городу, неизвестным улицам, открывая для себя что-то вновь, а что-то забывая.

Небольшая комнатка встретила его тёплом и ярким жёлтым светом. На его кровати у стены сидел Итачи и неспешно пил что-то дымящееся из кружки, у стола стоял Наруто и, судя по его виду, нервничал.

Завидев на пороге мокрого насквозь из-за дождя Саске, Узумаки бросился к нему, цепляясь за лицо взволнованным взглядом.

- Почему так долго? Ты не отвечал на телефон…

Учиха кивнул на тумбочку, где его аппарат лежал разобранным и мёртвым. Ещё ночью разделался с этим пластиковым монстром, который, кажется, шипел. Или делал что-то иное, что диктовал отравленный мозг Учихи.

Наруто почувствовал волну жара, пробежавшуюся по телу. Опять выставил себя волнующимся придурком, но, к его удивлению, Саске не стал бросаться едкими замечаниями.