Грань (СИ) - "Ishvi" - Страница 320

Спина Учихи напряглась, и ему даже показалось, что его вот-вот оттолкнут, выльют на голову ведро ругани и скажут, чтобы он не лез. Вопреки ожиданиям, Саске просто кивнул:

- Жаль.

- Ты думаешь, что его не переубедить?

- А зачем, Наруто? - усмехнулся грустно Учиха. - Мы все делаем выбор. Он свой сделал.

- Но ведь и меня считали монстром. Даже ты думал, что…

- Я никогда не думал, что ты монстр, - резко отрезал Саске и повернулся к Узумаки. Бледное лицо в предрассветной мгле чуть светилось беспокойством и усталостью. - Я не знал, что мне думать. Наверное, поэтому и вёл себя так…

- Как?

- Как идиот.

Опустив голову, Наруто невольно улыбнулся. И хотя его улыбка вскоре исчезла, но внутри стало спокойнее.

- Мы должны довести этих людей до полигона, - уверено кивнул он, вновь глядя на Учиху. - А потом уж придумаем что-нибудь.

- Да, придумаем…

========== Глава 16. Breaking The Habit ==========

I don’t know what’s worth fighting for

Or why I have to scream

I don’t know why I instigate

And say what I don’t mean

I don’t know how I got this way

I’ll never be alright

So, I’m breaking the habit

I’m breaking the habit

Tonight

I’ll paint it on the walls

‘Cause I’m the one at fault

I’ll never fight again

And this is how it ends

Linkin Park – Breaking The Habit

В день катастрофы.

Юми был всего лишь младшим помощником профессора Орочимару. Да и особой смелостью похвастаться он никогда не мог, также у него не было и рвения попасть в ряды героев. Тем более посмертно.

Сейчас же всё вышло так, что неведомая сила и какая-то каменная уверенность в том, что это должен сделать именно он, Юми, толкнула его в нижний корпус лаборатории, заставила провести магнитной карточкой по запищавшему замку и толкнуть дверь.

Он влетел в эту комнату так стремительно, будто бы за ним уже гнались. Хотя это тоже было возможно, но, слава всем богам, пока его никто не преследовал. Однако стоило ему оказаться здесь, как по ушам ударил монотонный гул.

Так глубоко в недра лаборатории Юми забирался лишь с профессором, когда тот брал его с собой как рабочую силу. Парень был не наделён храбростью, но вот сочетание силы и ума природа в него заложила. Так что господин Орочимару часто пользовался этим, нагружая его коробками с тяжёлыми папками и прочими вещами, нужными для опытов.

Юми огляделся: комната больше всего напоминала собой амфитеатр или огромную воронку. Только вместо рядов кресел или лавочек вверх уходили пласты гудящих механизмов, спрятанных в жестяных ящиках. Все они трещали, щёлкали, свистели и даже попискивали, вселяя в его душу какой-то первобытный ужас.

Он всегда боялся громких звуков, и сейчас, когда вся лаборатория превратилась в муравейник, охваченный паникой, сердце Юми билось всё быстрее и быстрее, а на лбу выступил липкий пот.

«Я должен это сделать», - пронеслось в голове у парня, когда тот нашёл взглядом пульт главного управления.

Сейчас здесь никого не было: охранники бросили свой пост, поверив заевшему крику по громкоговорителю. Безликий человек кричал что-то о эвакуации, хотя Юми не слышал. Мешало странное чувство долга, которое он прежде не испытывал.

Бросившись к пульту, он ударился о железный край столешницы и уставился на ряды сверкающих кнопочек. Словно новогодние гирлянды. Только в ушах не «jingle bells», а собственное сердце и этот кошмарный писк сирены.

- Боже, - прошипел Юми, бегло просматривая все эти кнопки, пока взгляд не остановился на одной. Эта не горела, зато смысла в ней было больше, чем в остальных.

Когда-то им, новичкам, рассказывали, что лаборатория - это отдельно функционирующий организм. Механический, но это не меняло сути. Когда всё было в порядке, он работал как часы. Стоило же чему-то пойти не так, этот «организм» должен был избавиться от заразы самым простым методом: ликвидировать её. Так же поступали и с заражённой конечностью, отрезая ту, дабы спасти всё остальное тело.

И Юми выпала роль хирурга. Признаться, парень чувствовал себя куда как хуже того, потому что врач не умирает, отпиливая пациенту ногу. А вот он…

Запустить механизм самоуничтожения лаборатории, чтобы вирус не выбрался наружу. Погибнуть ради чужих жизней…

Рука зависла над кнопкой. Пальцы подрагивали, дыхание перехватывало. Возможно, он успеет спастись, но…

Зажмурившись, Юми резко выдохнул, собираясь со смелостью.

«Что будет с мамой?» - предательски пронеслось в голове, и парень вновь распахнул глаза, уставившись на треклятую кнопку. Тот ненавидел её так, словно бы это из-за неё сбежали объекты.

«Она умрёт, если я этого не сделаю», - выпалил Юми в ответ своему трусливому внутреннему голосу. - «Все умрут!»

Он вновь зажмурился. То самое чувство ответственности, практически гордости за свою внезапно проснувшуюся смелость, заставило его руку сорваться вниз. И, когда Юми уже ждал соприкосновения с холодным пластиком, его схватили за запястье.

Сердце упало в пятки. Парень распахнул глаза, уставившись перед собой.

- Тише, - проговорил Орочимару и снисходительно улыбнулся. - Ты ведь не хочешь убить всех нас.

Руку Юми он отпустил, оттесняя того от пульта управления и загораживая его собой. В руке профессора был зажат пистолет, а белый рукав второй пестрил кровавым пятном.

- В-вы ранены, - выпалил Юми. - Нам нужно… запустить механизм!

- Нам надо эвакуироваться, - качнул головой Орочимару и поднял палец. - Слышишь? Это приказ сверху.

Мужчина усмехнулся. Его бледное лицо отражало лишь терпеливое ожидание, будто бы Юми был семилетним мальчиком, что спрашивал о цвете неба. В действительности же юноша был шире его в плечах и на голову выше, но тот и сам начал ощущать себя неразумным чадом перед мудрым учителем.

«Возможно, я поспешил… может, военные справятся», - пронеслось в голове, и Юми в сомнении отступил на шаг от пульта.

А потом перед его глазами замелькали увиденные им кровавые картины: военные не справлялись, объекты уничтожали их так же легко, как убивают мух хлопушкой.

- Нет, - решительно выпалил Юми, надвигаясь на учёного. - Нужно остановить это! Они вырвутся наружу!

Орочимару с сожалением опустил голову и покачал ею. Он выглядел так, будто бы любимый ученик неправильно сложил два плюс два, чем неимоверно его расстроил.

- «Остановить»? И перечеркнуть годы моих трудов? - тихо спросил мужчина, вновь глядя на Юми. И этот взгляд не сулил ничего хорошего. - Ты ведь понимаешь, что мы в шаге от открытия.

- Мы в шаге от катастрофы!

- Нет, мальчик, - усмехнулся Орочимару. - Если её не произойдёт, то мы никогда не узнаем, на что способны наши подопытные. Ты же понимаешь, что мне никогда не дадут проверить всё в полевых условиях. Слишком опасно, слишком непредсказуемо. Вечное слишком. А наука без риска стоит на месте.