Грань (СИ) - "Ishvi" - Страница 100

- Отец ушёл, - опустошённым голосом сообщил Саске.

- Я знаю, - на автомате отозвался Итачи. - Чёрт, куда же я дел её…

В этой папке была законченная курсовая, над которой он корпел очень долго, чтобы так бездарно потерять.

Итачи пронёсся по комнате, заглядывая в каждый ящик, даже под диван, но нигде папки не было видно.

- Маме хуже, - вновь подал голос Саске. - Она… меня сегодня не узнала, когда я принёс завтрак.

Папка должна была быть где-то здесь…

Взгляд метался по комнате, внутри уже начинало разгораться нешуточное волнение. Неужели он забыл её в трамвае или в институте на столе оставил? Электронный вариант, конечно был, но в нём не сохранились изменения, внесённые научным руководителем.

- Бывает, - кивнул Итачи, даже не поворачиваясь к брату. - Маме теперь всегда будет хуже. Саске, ну-ка помогай.

- Тебе плевать, да?

Это тихое обвинение, прилетевшее так неожиданно, заставило Итачи сморгнуть, временно возвращаясь в этот мир. Мир, где ему совершенно не хотелось находиться.

Он замер, смотря на Саске, который всё-таки поднял голову и теперь глядел на старшего брата своими пронизывающими глазами. Под ними залегли отчего-то красноватые круги, а ресницы слиплись, словно бы парень недавно плакал.

- Саске, это жизнь.

- Ни черта это не жизнь, Итачи, - срывающимся шёпотом проговорил парень. - Это дерьмо какое-то. Почему он оставил её?

- Ты уже не маленький и должен понимать…

Он всё-таки вскочил на ноги, останавливаясь ровно напротив Итачи и с вызовом заглядывая ему в глаза.

- А я не хочу понимать всё это дерьмо! - зло выкрикнул парень. - Не хочу!

- Успокойся.

Рука легла на плечо Саске, но тот резко сбросил её и отшатнулся.

- Он нужен ей, Итачи. Она его помнит, а не меня и не тебя. Его, понимаешь!

- Ты его не вернёшь своими криками, - пояснил парень, начиная закипать. Время на циферблате настенных часов начинало приближаться к тому, за которым уже можно было никуда не спешить, а искомой папки всё ещё не было видно.

- А чем верну? Скажи?

- Ничем, Саске. Отец ушёл…

- Он не мог так просто бросить её, - мотнул головой брюнет, останавливаясь посреди комнаты. Его бледное лицо словно бы посерело, руки мелко дрожали и Итачи казалось, что брат вот-вот рухнет в обморок. Наверное, не спал, мучая себя этими мыслями.

Взгляд на часы. Проклятье.

- Слушай, Саске, давай я приду и мы вечером поговорим. Мне сейчас некогда.

Итачи вновь окинул взглядом комнату и, наконец, додумался посмотреть на верхний ярус стеллажа. Оттуда выглядывал желтоватый пластиковый край папки.

- Нашёл! - просиял парень и схватил свою курсовую, тут же убирая в сумку. А затем словно бы опомнился и повернулся к брату, чтобы, бросив настороженный взгляд на циферблат, проговорить торопливо: - Я приду и мы поговорим. Обещаю.

Рука привычно потрепала по жёстким чёрным волосам, и Саске доверчиво кивнул, выдыхая через нос и вроде бы успокаиваясь.

- Обещаешь?

- Да.

***

Время до вечера тянулось до безобразия долго. Саске, сидя на полу у журнального столика, смотрел перед собой, уже зная, что брат домой не придёт. В руках он сжимал небольшой резиновый шарик, который иногда кидал в стену и ловил рассеянно.

За окном сгустились чернильные тени и не пробивались в дом лишь из-за того, что электрический свет от настольной лампы худо-бедно защищал жилище человека от уличных демонов.

Увы, от внутренний защитить он не мог.

Тихие шаги, раздавшиеся по коридору, заставили Саске вскинуть голову, а его сердце замереть в надежде увидеть брата, но вместо него на пороге его комнаты появилась словно бы чёрно-белая фигура невысокой женщины.

Микото всегда была красивой. Её лицо было той странной смесью острых аристократических черт, отдающих холодом, и плавных женственных линий, которые делали взгляд тёмных глаз теплее. Когда-то у неё были длинные густые чёрные волосы, но из-за болезни пришлось обрезать их и теперь они чуть прикрывали уши. Наверное, эта причёска могла быть элегантной и придавать её лицу новые грани странной красоты, если бы не больные глаза и залёгшие под ними густые тени.

Она стояла на пороге его комнаты, неуверенно переминаясь с ноги на ногу, и быстро ощупывала взглядом пространство, словно пытаясь понять что-то.

- Где я? - тихо выдохнула она, наткнувшись на Саске.

- Дома, мам, - сухо отозвался парень. Надо было встать, обнять её за тонкие плечи и отвести обратно в комнату. Дать снотворного и подоткнуть одеяло. Как Саске делал несколько месяцев подряд, пока Итачи пропадал то ли в библиотеке, то ли со своими институтскими друзьями.

У всех был свой способ сбежать от реальности. И только Саске не мог никуда деться. Словно бледного мотылька, так рвущегося на некогда тёплый домашний свет, он пришпилил себя тонкой серебристой иглой к обязанностям, к ответственности.

Быть рядом с матерью.

Если отец не смог.

Только с каждым днём внутри темноты становилось больше, а демоны всё ожесточённее терзали душу, вырывали сердце и грызли разум.

- А кто ты?

- Пойдём, - всё-таки нашёл в себе силы подняться и подойти к ней. Тёмные глаза Микото сверкнули непониманием, но она всё же доверчиво протянула ему руку.

- Ты из больницы, да? Фугаку прислал тебя за мной присмотреть?

«Она помнит его, но не тебя», - болезненно сверкнуло в голове, и Саске просто взял её за сухую холодную ладонь.

- Да, мам.

Осторожно повёл в комнату и помог улечься на кровать. Снотворное, одеяло и выключить свет.

А потом выйти и замереть посреди коридора, смотря на закрытую входную дверь.

Темнота внутри перевалила за допустимое значение.

Холод окутал тело, а желание сорваться с места просто ударило в голову, поднимая волну злости.

Итачи обещал.

Обещал поговорить.

И разрушил своё обещание, а оно теперь больно режет сердце всем тем, что так хотелось высказать.

Отражение в настенном зеркале, насмехаясь, тихо рассмеялось:

- Пора привыкать быть взрослым, Саске. Пора понять, что до тебя никому нет дела.

Игла в сердце треснула, падая на пол, и иссохшие крылья мотылька дрогнули.

Захотелось найти другой свет, который подарит хоть немного тепла.

Уличные демоны позвали. Сначала тихо, а потом всё громче и требовательнее. Они обещали покой и свободу.

И Саске знал того, кто может продать ему эту свободу.

***

Минтом парня прозвали за отчётливый и постоянный запах мяты. Жрал ли он «Орбит» пачками или же что-то ещё никто не знал.

Главное было в другом.

- Первый раз? - усмехнулся Минт, протягивая Саске небольшой пакетик с чем-то белым.