Двор Крыльев и Гибели (ЛП) - Маас Сара - Страница 90

Тарквин проигнорировал меня и Рисанда — проигнорировал всех нас, включая крылья Риса — когда принес расплывчатые извинения за опоздание, ссылаясь на нападение. Возможно, это правда. Или он до последнего раздумывал, приходить или нет, несмотря на то, что принял приглашение.

Он и Гелион были почти такими же напряженными, и лишь Тэсан, казалось, был с ним в хороших отношениях. Или хотя бы нейтральных. Каллиас стал даже холоднее — сдержаннее.

Но с приветствиями было покончено, и затем...

Один из свиты Тэсана прошептал ему, что прибыл Берон со всеми своими сыновьями. Улыбка тут же исчезла с лица Мор, как и с ее глаз.

Как и с моего.

Силы, исходящей от моих друзей, было достаточно, чтобы вскипятить воду в пруду у наших ног, когда через арку прошел Высший Лорд Осени, за ним, расположившись по рангу, его сыновья, и его жена — мать Люсьена — сбоку от него. Ее красновато-коричневые глаза просканировали комнату, будто она искала своего пропавшего сына. Они остановились на Гелионе, который насмешливо склонил свою темную голову. Она быстро отвела взгляд.

Однажды она спасла мне жизнь — в Подгорье. За то, что я спасла Люсьена.

Интересовалась ли она, где сейчас находится ее пропавший сын? Слышала ли она слухи, что я пустила, ложь, что я накрутила? Я не могла сказать ей, что Люсьен прямо сейчас находится на континенте, скрываясь от армий, охотясь на околдованную королеву. Чтобы найти крупицу спасения.

Берон — с тонким лицом и каштановыми волосами — не смотрел ни на кого, кроме собравшихся здесь Высших Лордов. Но его сыновья ухмыльнулись нам. Ухмыльнулись так, что перегрины взъерошили свои перья. Даже Вариан сверкнул зубами, предупреждая косой взгляд одного из них на Крессеиду. Их отец не удосужился усмирить их.

Но это сделал Эрис.

Стоя на шаг позади своего отца, Эрис прошептал:

— Хватит, — и его младшие братья выстроились в ряд.

Все трое.

Заметил ли это Берон или волновало ли это его, он ничего не выказал. Нет, он просто прошел полкомнаты, сложив перед собой руки, и нахмурился — словно мы были стаей дворняг.

Берон среди нас самый старый. Самый ужасный.

Рис спокойно поздоровался с ним, хотя его сила, словно темная гора, содрогнулась между нами:

— Неудивительно, что вы опоздали, учитывая, что твои сыновья были слишком медленными, пытаясь поймать моего мейта. Полагаю, это у вас семейное.

Губы Берона слегка скривились, когда он посмотрел на меня и мою корону.

— Мейт — и Высшая Леди.

Я посмотрела на него ровным скучающим взглядом. А потом и на его злобных сыновей. На Эриса.

Эрис лишь улыбнулся мне, весело и надменно. Будет ли он носить эту маску, когда прикончит своего отца и украдет его трон?

Кассиан наблюдал за, возможно, будущим Высшим Лордом так, как ястреб изучает свою следующую добычу. Эрис посмотрел на генерала-иллирийца и склонил голову в приглашении, незаметно похлопывая по животу. Показывая, что готов ко второму раунду.

Затем внимание Эриса переместилось на Мор, он посмотрел на нее с таким презрением, что я пришла в ярость. Мор лишь тупо уставилась на него. Скучающим взглядом.

Даже Вивиан закусила губу. Значит, она знает, что произошло с Мор — что может вызвать присутствие Эриса.

Не зная о той встрече, что уже произошла, о заключении этого проклятого союза. Азриэль был так неподвижен, что я не была уверена, что он вообще дышит. Заметила ли Мор, знала ли она, что, хотя она пыталась оставить в прошлом ту сделку, что мы заключили, эта вина все еще преследовала Азриэля, она не показывала и виду.

Они уселись — заняли последние места.

Не осталось свободных стульев.

Это сказало достаточно о намерениях Тамлина.

Я постаралась не обмякнуть в своем стуле, когда слуги начали обслуживать Осенний Двор, когда мы все заняли свои места.

Тэсан, как хозяин, начал первым.

— Рисанд, ты назначил эту встречу. Настоял на том, чтобы мы собрались раньше, чем планировалось первоначально. Теперь пришло время объяснить, к чему такая спешка.

Рис закрыл глаза — медленно.

— Уверен, что вторгшиеся армии, высаживающиеся на наших берегах, объясняют все достаточно.

— Так к чему именно ты нас призываешь? — спросил Гелион с сомнением, упираясь предплечьями в свои мускулистые, сверкающие бедра. — Собрать объединенную армию?

— Кроме прочего, — мягко сказал Рис. — Мы –

Его появление было почти таким же.

Почти таким же, как в ту ночь в старом домике моей семьи, когда распахнулась дверь, влетел зверь, впуская мороз, и зарычал на нас.

Он не обеспокоил себя приземлением на балкон, и не потрудился взять с собой сопровождающих. У него не было свиты.

Словно вспышка молнии, норовистый, словно весенняя буря, он рассеялся прямо в комнату. И моя кровь стала холоднее льда Каллиаса, когда появился Тамлин и улыбнулся, словно волк.

ГЛАВА

44

Абсолютная тишина. Полная неподвижность.

Я почувствовала дрожь магии, которая скользнула по комнате, когда щит за щитом устанавливались вокруг каждого Высшего Лорда и его свиты. Тот, что Рисанд уже установил вокруг нас, теперь усилился... Пропитываясь яростью. Гневом и яростью. Даже если лицо моего мейта было скучающим — ленивым.

Я попыталась придать своему лицу ту холодную настороженность, с которой Нэста посмотрела на него, или неуловимое отвращение, появившееся на лице Мор. Я попыталась — и полностью провалилась.

Я знала его причуды, его характер.

Здесь был Высший Лорд, который разорвал наг на кровавые ленты; здесь был Высший Лорд, который пронзил Амаранту мечом Люсьена и зубами вырвал ее горло.

Все это сверкало в этих зеленых глазах, когда они остановились на мне, на Рисе. Зубы Тамлина были белыми, как подобранные воронами кости, когда он широко улыбнулся.

Тэсан поднялся, а его капитан остался сидеть рядом с ним — держа руку на эфесе своего меча.

— Мы не ожидали, что ты появишься, Тамлин.

Тэсан жестом указал на своих слуг, замерших в поклоне.

— Принесите Высшему Лорду стул.

Тамлин не оторвал своего взгляда от меня. От нас.

Его улыбка смягчилась — и все же стала более нервирующей. Более злобной.

На нем была его обычная зеленая туника — никакой короны, никаких украшений. И никакого нового патронаша на месте того, что я украла.

Берон протянул:

— Соглашусь, Тамлин, что я тоже не ожидал увидеть тебя здесь.

Тамлин так и не отвел взгляда от меня. Наблюдая за каждым моим вдохом.

— Слухи говорят, что твоя верность принадлежит кое-кому другому.

Взгляд Тамлина переместился — но вниз. К кольцу на моем пальце. К татуировке, украшающей мою правую руку под сверкающим бледно-голубым рукавом моего платья. Потом он поднялся — прямо к короне, которую я выбрала для себя.

Я не знала, что сказать. Что делать со своим телом, со своим дыханием.

Больше никаких масок, никакой лжи и уловок. Голая правда, которая теперь предстала перед ним. Что я сделала, пребывая в ярости, ложь, что я навешала ему на уши. Люди и земли, которые я сделала уязвимыми перед Хайберном. И теперь я вернулась к своей семье, своему мейту...

Мой горящий гнев охладился, превратившись во что-то заостренное и хрупкое.

Слуги приволокли стул — поставили его между стульями одного из сыновей Берона и свитой Гелиона. Ни один из них не был в восторге от этого, хотя они не были глупы, чтобы отпрянуть, когда Тамлин занял свое место.

Он ничего не сказал. Ни слова.

Гелион махнул рукой, которую покрывали шрамы.

— Тогда займемся делом.

Тамлин прочистил горло. Никто не посмотрел на него.

Не тогда, когда Тамлин уставился на руку Риса, которая лежала на моем сверкающем колене.

Отвращение в глазах Тамлина почти кипело.

Никто, даже Амаранта, никогда не смотрел на меня с такой ненавистью.