Двор Крыльев и Гибели (ЛП) - Маас Сара - Страница 44

Я оттолкнулась от перил и потащила его к мосту через Сидру — мост, который приведет нас домой. Пусть рассуждения о том, кто отдаст больше на этой войне, пока подождут.

— Прогуляйся со мной — по Радуге.

Блестящая, красочная жемчужина города, бьющее сердце, в котором находился квартал художников. Живой и шумный в это время ночи.

Я взяла его за руку, прежде чем сказала:

— Ты и этот город помогли мне проснуться — помогли мне вернуться к жизни, — его глаза замерцали, когда я улыбнулась ему. — Я тоже буду бороться всеми силами, что у меня есть, Рис. Всеми.

Он лишь поцеловал меня в макушку головы, притягивая ближе к себе, когда мы пересекли Сидру под звездным небом.

ГЛАВА

19

Хорошо, что я настояла на встрече с Кассианом в восемь, потому что, хотя я и проснулась на рассвете, один взгляд на спящее лицо Риса побудил меня принять решение провести это утро медленно, сладко пробуждая его.

К тому времени, как Рис опустил меня на тренировочный ринг на вершине Дома Ветра, место, окруженное стеной из красной стены, открытое сверху, я была все еще возбуждена. Он пообещал встретиться со мной после обеда, чтобы показать мне библиотеку для моих исследований, а затем шаловливо подмигнул мне и поцеловал в щеку, прежде чем сильным взмахом крыльев взмыть в небо.

Опираясь на стену рядом с оружейной стойкой, Кассиан сказал:

— Надеюсь, что ты еще не перенапряглась, потому что это действительно будет больно.

Я закатила глаза, даже если и пыталась стереть картину того, как Рис перевернул меня на живот и проделал дорожку из поцелуев вниз по моей спине. Все ниже. Пыталась не ощущать его сильные руки, сжимающие мои бедра и поднимающие их вверх, чтобы лечь под ними и пировать мной, пока я начала тихо умолять его, и он встал позади меня и я закусила подушку, чтобы своими стонами не разбудить весь дом.

Этим утром Рис был... я даже не знаю, как назвать его состояние, когда он был неторопливым, ленивым и чертовски горячим, когда его волосы по-прежнему были растрепаны после сна и в его глазах появился тот ослепительный, чисто мужской блеск. В них все еще был этот ленивый, довольный блеск, когда мгновением ранее он насмешливо целомудренно поцеловал меня в щеку, заставляя меня раскалиться.

Позже. Я помучаю его позже.

А сейчас... я шагнула к Кассиану, разминая плечи.

— Двое иллирийцев заставляют меня попотеть утром. Что же делать женщине?

Кассиан рассмеялся:

— По крайней мере, ты пришла в настроении.

Я усмехнулась, обхватывая руками бока, пока осматривала оружейную стойку.

— Какое?

— Никакое.

Он указал подбородком на круг, нарисованный мелом позади нас.

— Прошло много времени с тех пор, как мы тренировались. Сегодня мы снова пройдемся по основам.

Слова были достаточно натянутыми, поэтому я сказала:

— Это было не так уж и давно.

— Прошло полтора месяца.

Я изучала его, его крылья плотно сложены, на плечах темные волосы.

— Что-то не так?

— Ничего.

Он прошел мимо меня к кругу.

— Это из-за Нэсты?

— Знаешь, не вся моя жизнь связана с твоей сестрой.

На эту тему я предпочитала не говорить.

— Что-то не так с завтрашней встречей во Дворе Кошмаров?

Кассиан сбросил рубашку, обнажая мускулы, покрытые красивыми, затейливыми татуировками. Иллирийские знаки для удачи и славы.

— Все нормально. Занимай позицию.

Я подчинилась, даже когда внимательно смотрела на него.

— Ты... сердишься.

Он не заговорил, пока я не начала разминаться: различные выпады, удары и растяжка, предназначенные для расслабления моих мышц. И только когда мы начали спарринг, его руки подогнулись под натиском моих ударов, он сказал:

— Вы с Рисом скрыли от меня правду. И мы пошли в Хайберн, ничего не зная об этом.

— О чем?

— Что ты Высшая Леди.

Я ударила по его поднятым рукам двухшаговой комбинацией, тяжело дыша.

— И что бы это изменило?

— Это бы изменило все. Ничего бы не произошло таким образом.

— Возможно поэтому Рис решил сохранить это в тайне.

— Хайберн был катастрофой.

Я прекратила удары.

— Вы знали, что я его мейт, когда мы пошли туда. Я не понимаю, как титул Высшей Леди что-либо меняет.

— Но он меняет.

Я уперлась руками в бока, игнорируя его жест, говорящий мне продолжать.

— Почему?

Кассиан провел рукой по волосам.

— Потому что... потому что как его мейт, ты все еще... находишься под его защитой. О, не смотри на меня так. Он тоже находиться под твоей защитой. Я бы отдал свою жизнь за тебя как его мейта — и как нашего друга. Но ты все еще оставалась... его.

— И как Высшая Леди?

Кассиан тяжело вздохнул.

— Как Высшая Леди, ты моя. И Азриэля, и Мор, и Амрен. Ты принадлежишь всем нам, и мы принадлежим тебе. Мы бы не... подвергли тебя такой опасности.

— Возможно, поэтому Рис хотел сохранить это в секрете. Это бы изменило ваши приоритеты.

— Это между тобой и мной. И поверь мне, мы с Рисом... говорили на эту тему.

Я подняла бровь.

— Ты злишься на меня?

Он покачал головой, закрыв глаза.

— Кассиан.

Он просто поднял руки в молчаливом приказе продолжать.

Я вздохнула и снова начала. Только после того, как я сделала пятнадцать повторений и тяжело дышала, он сказал:

— Ты не думала, что незаменима. Ты спасла наши задницы, да, но... ты не думала, что очень важна здесь.

Атака-защита, атака-защита, атака-защита.

— Но так и есть.

Он открыл рот, но я бросилась вперед, говоря между вдохами.

— У вас у всех есть... обязанности — вы все жизненно важны. Да, у меня есть мои способности, но... Ты и Азриэль были ранены, мои сестры были... ты знаешь, что с ними случилось. Я сделала все, что вытащить вас оттуда. Лучше это буду я, чем кто-либо из вас. Я не смогла бы жить с альтернативой.

Его поднятые руки устойчиво выдерживали мои удары.

— Все что угодно могло случиться с тобой в Весеннем Дворе.

Я снова остановилась.

— Если Рис не мучает меня проклятой чрезмерной опекой, то не понимаю, почему ты —

— Ни на секунду не думай, что Рис не был вне себя от беспокойства. О, он кажется достаточно собранным, Фейра, но я его знаю. И каждую секунду без тебя он был в панике. Да, он знал — мы знали — что ты справишься сама. Но это не мешало нам волноваться.

Я встряхнула ноющие ладони, потом потерла уже отваливающиеся руки.

— Ты злился и на него тоже.

— Если бы я не был занят исцелением, то я бы швырнул его с одного конца Велариса на другой.

Я не ответила.

— Мы все боялись за тебя.

— Я справлялась просто замечательно.

— Конечно. Мы это знали. Но... — Кассиан скрестил руки. — Рис выкинул такое же дерьмо пятьдесят лет назад. Когда он отправился на ту проклятую вечеринку, которую устроила Амаранта.

О. О.

— Ты знаешь, я никогда это не забуду, — сказал он, выдохнув. — Тот момент, когда он мысленно говорил с нами. Когда я понял, что происходит, и что так... он спасает нас. Запирая нас здесь и связывая нам руки, но... — он почесал у виска. — В моей голове стало тихо. Так, как никогда до этого не было. Не с того времени... — Кассиан с прищуром посмотрел на безоблачное небо. — Даже с полнейшим адом, разверзшимся здесь, на нашей территории, я просто стал... тихим, — он постучал пальцем по голове и нахмурился. — После Хайберна целительница заставила меня спать все то время, что работала над моими крыльями. Так что когда через две недели я проснулся... тогда-то я все и услышал. И когда Мор рассказала, что с тобой случилось... Там снова стало тихо.

Мое горло сжалось, и я сглотнула.

— Когда я больше всего нуждалась в тебе, Кассиан, ты нашел меня.

— Рад услужить, — он мрачно улыбнулся. — Ты же знаешь, что можешь положиться на нас. Вы оба. Он склонен все делать сам — отдавать всего себя. Он не может позволить кому-то кроме него пожертвовать чем-то, — его улыбка исчезла. — И ты тоже.