Двор Крыльев и Гибели (ЛП) - Маас Сара - Страница 145

Пока там не остался только Берон.

Мор обнажила меч и приставила его к его горлу. Он дернулся, не увидев, как она движется.

— Я с легкостью могу совершить еще одно убийство, — сказала она.

Берон послал ей испепеляющий взгляд, но отмахнулся от меча и вышел вперед. Он практически швырнул пятнышко света в Риса. Но это меня не волновало.

Я не знала заклинания, не знала силы, из которой оно создается. Но я была Высшей Леди.

Я вытянула руку. И пожелала, чтобы появилась искра жизни. Но ничего не произошло.

Я вдохнула, успокаиваясь, вспоминая, как она выглядит.

— Скажи, как это сделать, — прохрипела я.

Тэсан кашлянул и шагнул ко мне. Объясняя суть силы и чего-то еще, что меня не волновало, но я слушала его, пока –

Вот. Маленькая, как семя подсолнечника, она появилась на моей ладони. Частичка меня — моей жизни.

Я осторожно положила ее на горло Риса, покрытое засохшей кровью.

И как только он появился, я поняла, что упустила.

Здесь стоял Тамлин, призванный смертью одного из Высших Лордов или позванный кем-то из присутствующих. Он был весь в грязи и крови, его новый патронаш ножей был почти пуст.

Он посмотрел на Риса, безжизненно раскинувшегося передо мной. Посмотрел на нас всех — со все еще вытянутыми ладонями.

На его лице не было доброты. И сочувствия.

— Пожалуйста, — сказала я ему.

Потом Тамлин посмотрел на нас — меня и моего мейта. Выражение его лица не изменилось.

— Пожалуйста, — всхлипнула я. — Я... я дам тебе все –

На этих словах в его глазах что-то изменилось. Но в них не появилась доброта. В них вообще не отражались его эмоции.

Я положила голову на грудь Рисанда, пытаясь услышать даже слабое сердцебиение сквозь его броню.

— Все, что угодно, — выдохнула я, ни к кому не обращаясь. — Все.

Раздался звук шагов по скалистой земле. Я сильнее вцепилась в Риса, готовая к тому, что еще кто-то попытается оттащить меня.

Шаги затихли позади меня и не продолжались достаточно долго, так что я оглянулась.

Там стоял Тамлин. И смотрел на меня. В его зеленых глазах переполняло какое-то чувство, которое я не смогла распознать.

— Будь счастлива, Фейра, — тихо сказал он.

И уронил последнее зернышко света на Рисанда.

Я не была свидетелем того, как это делали для меня.

Так что я просто держалась за него. За его тело, за клочки, оставшиеся от нашей связи.

Останься, молила я. Останься.

Свет мерцал за моими закрытыми веками.

Останься.

И в тишине... Я начала рассказывать ему.

О первой ночи, когда встретила его. Когда услышала голос, зовущий меня к холмам. Когда я не смогла сопротивляться его зову, и теперь... теперь я задумалась, принадлежал ли тот голос, взывающий ко мне на Каланмэй, ему. Его ли голос привел меня в то место той ночью.

Я рассказала ему, как влюбилась в него — о каждом взгляде, переданной записке и смехе, что он вытянул из меня. Я рассказала ему обо всем, что мы сделали, и что это значило для меня, и обо всем, что я все еще хотела сделать. О жизни, все еще маячащей перед нами.

И в ответ... раздался глухой удар.

Я открыла глаза. Еще один удар.

И затем его грудь поднялась, поднимая и мою голову.

Я не могла двигаться, не могла дышать –

Рука коснулась моей спины.

Затем Рис простонал:

— Если вы все здесь, то либо все пошло очень, очень плохо, либо очень хорошо.

Сокрушенный смех вырвался из Кассиана.

Я не могла поднять голову, не могла ничего делать, кроме как держать его, наслаждаясь каждым ударом сердца, вдохом и гулом его голоса, когда Рис сказал скрипучим голосом:

— Вы будете рады услышать, что... Моя сила осталось моей. Ничего не было украдено.

— Ты знаешь, как красиво появиться, — протянул Гелион. — Или мне нужно сказать уйти?

— Ты ужасен, — огрызнулась Вивиан. — Это даже отдаленно не смешно –

Я не слышала, о чем они еще говорили. Рис сел, поднимая меня со своей груди. И смахнул пряди волос, приклеившиеся к моим влажным щекам.

— Оставайся с Высшим Лордом, — прошептал он.

Я не поверила в это — пока не посмотрела ему в лицо. В его глаза, в которых сверкали звезды.

Не позволяла себе поверить, что это не какая-то галлюцинация –

— Это реально, — сказал он, целуя меня в лоб. — И... есть еще один сюрприз.

Он указал исцеленной рукой на Котел.

— Кто-нибудь, выловите дорогую Амрен, пока она не простудилась.

Вариан развернулся к нам. Но Мор бросилась к Котлу, и издала вопль, когда добралась до него –

— Как? — выдохнула я.

Там уже были Азриэль и Вариан, помогая Мор вытащить Амрен из темной воды.

Ее грудь вздымалась и опускалась, ее лицо осталось таким же, но...

— Она была там, — сказал Рис. — Когда запечатывался Котел. Уходя... туда, куда мы ушли.

Из Амрен потекла вода, и ее вырвало на скалистую землю. Мор хлопала ее по спине, помогая ей избавиться от содержимого желудка.

— Так что я протянул ей руку, — тихо продолжил Рис. — Чтобы посмотреть, захочет ли она вернуться.

И когда Амрен открыла глаза, когда Вариан издал сдавленный стон облегчения и радости –

Я знала — что она отдала, чтобы вернуться. Она стала просто Высшей Фэ.

Ее серебряные глаза были чистыми. Неподвижными. В них не было дымки, не было горящего тумана.

Обычное существо, никаких следов ее бывшей силы.

И когда Амрен улыбнулась мне... Я подумала, что это могло быть ее последним даром.

Что это все... все это могло быть даром.

ГЛАВА

78

Среди огромного поля трупов и раненых было одно тело, которое я хотела похоронить.

Только Нэста, Элейн и я вернулись на ту поляну после того, как Азриэль дал ясно понять, что битва окончательно завершилась.

Попытавшись взять себя в руки, я позволила Рису исчезнуть из моего поля зрения, чтобы проконтролировать наши разрозненные армии, выяснить, кто умер, а кто выжил, и навести некое подобие порядка.

Я готова была умолять Риса пойти с нами, чтобы мне не приходилось выпускать его руку, за которую я крепко ухватилась после того, как услышала его прекрасное, ровное сердцебиение, снова звучавшее в его теле.

Но эта задача, это прощание... В глубине души я знала, что там должны быть только мои сестры и я.

Так что я выпустила руку Риса, поцеловала его раз, второй, и оставила его в военном лагере помочь Мор дотащить едва стоящего Кассиана до ближайшего целителя.

Нэста наблюдала за ними, когда я добралась до нее и Элейн на окраине лагеря, где начиналась роща. Это она каким-то образом исцелила Кассиана после того, как отрезала голову королю? Или это бессмертная кровь Кассиана и повязки Азриэля исцелили его достаточно, чтобы он стоял, даже со сломанными крылом и ногой? Я не спросила свою сестру, и она не ответила, когда взяла ведро воды из все еще окровавленных рук Элейн, и я последовала за ними через деревья.

Тело Короля Хайберна лежало на поляне, и вороны уже собирались возле него.

Нэста плюнула на него, прежде чем мы приблизились к нашему отцу. Вороны едва успели отлететь вовремя.

Крики и стоны раненых были приглушенным шумом — другой мир, отдаленный от солнечной поляны. От крови, все еще свежей на мхе и траве. Я постаралась не обращать внимания на металлический запах — крови Кассиана, крови короля, крови Нэсты.

Только наш отец не истекал кровью. У него не было такой возможности. И Мать проявила небольшое милосердие, потому что вороны еще не принялись за него.

Элейн молча вымыла его лицо. Причесала его волосы и бороду. Привела в порядок его одежду.

Где-то она нашла цветы. Она положила их ему на голову, на его грудь.

Мы смотрели на него, не издавая ни звука.