Двор Крыльев и Гибели (ЛП) - Маас Сара - Страница 127

Элейн и Нэста все еще дремали на медвежьей шкуре, когда я выскользнула из их сплетенных рук. Умыла свое лицо в медном тазе, который стоял у моей кровати. Судя по отражению в зеркале, у меня бывали и лучшие деньки. Недели. Месяцы.

Я отогнула воротник своей белой рубашки и нахмурилась, увидев забинтованную рану на своем плече. Я вздрогнула, разминая суставы — удивляясь тому, насколько она уже зажила. Однако моя спина...

Ноющая боль пульсировала и отзывалась по всей ее длине. И в моем животе тоже. Мышцы, которые я довела до предела, чтобы подняться в воздух. Нахмурившись своему отражению в зеркале, я заплела волосы и накинула куртку, шипя от боли в плече. Через день-два боль может достаточно притупиться, чтобы я смогла держать меч. Может быть.

Я молилась, чтобы Азриэль был в лучшей форме. Если сам Тэсан лечит его, то это возможно. Если нам повезет.

Я не знала, как Азриэль сумел продержаться в воздухе — остаться в сознании в те минуты в небе. Я не позволила себе думать о том, как, где и почему он научился так справляться с болью.

Я тихо попросила ближайшую иллирийку, управляющей хозяйством в лагере, найти еду для моих сестер. Элейн, вероятно, была очень голодна, и я сомневалась, что Нэста ела что-нибудь во время нашего отбытия.

Крылатая матрона только спросила, нужно ли и мне что-нибудь, и когда я сказала ей, что в порядке, она просто цокнула и сказала, что убедится, что я тоже поем.

У меня не хватило наглости попросить ее найти и для Амрен ее любимую пищу. Хотя я и сомневалась, что Амрен это нужно — после ее... занятий с Варианом прошлой ночью. Если только он не –

Я запретила себе думать об этом, направляясь к ее палатке. Мы нашли армию Хайберна. И увидев ее прошлой ночью... Я предложу Амрен свою помощь в расшифровывании того заклинания, на которое ей указал Сюриэль. Любую помощь, если это остановит Котел. И когда мы выберем наше последнее поле боя... тогда, и только тогда я натравлю Бряксиса на Хайберна.

Я почти добралась до ее палатки, мрачно улыбаясь в ответ на кивки и осторожные взгляды иллирийских воинов, когда увидела волнения прямо на краю лагеря. Сделав еще несколько шагов, я увидела, что находилось за тонкой разграничивающей линией травы и грязи — лагерь Зимнего Двора, который почти предстал перед нами во всем своем великолепии.

Войска Каллиаса все еще рассеивались с запасами и отрядами воинов. Его двор составляли Высшие Фэ с белоснежными волосами или волосами цвета темнейшей из ночей, а цвет кожи варьировался от бледных оттенков до богатого коричневого. Низшие фейри... он привел больше низших фейри, чем кто-либо из нас, если считать иллирийцев. Сложно было не смотреть на них во все глаза, когда я задержалась у края их лагеря.

Существа с длинными конечностями, похожие на оживленные льдинки, проносились мимо; они были достаточно высокими, чтобы расставлять кобальтово-серебряные знамена на верхушках палаток. Тележки тащили северные олени, твердо стоящие на копытах, и неуклюжие белые медведи в богато украшенных доспехах, некоторые из которых так хорошо понимали, куда нужно идти, что я бы не удивилась, если бы они заговорили. Белые лисы сновали туда-сюда под ногами, перенося что-то вроде сообщений, привязанных к их маленьким расшитым жилетам.

Наша иллирийская армия была жестокой, простой — немного украшений и абсолютное соблюдение рангов. Армия Каллиаса — или, я полагаю, армия Вивиан, которую она собрала во время правления Амаранты — состояла из частей, была красивой и переполненной. Упорядоченной, но все же кишащей жизнью. У всех было поручение, все старались выполнять его продуктивно и с гордостью.

Я заметила Мор, гуляющую с Вивиан и потрясающе красивой девушкой, которая выглядела как близнец или сестра Вивиан. Вивиан сияла, Мор на этот раз выглядела вялой. И когда она повернулась –

Мои брови поднялись. Человеческая девушка — Браер — была с ними. Вивиан держала ее под руку, а ее лицо все еще было в синяках и опухшим в некоторых местах, но... она робко улыбалась леди Зимнего Двора.

Вивиан увела Браер в сторону, весело щебеча, и Мор с возможной сестрой Вивиан задержались, наблюдая за ними. Мор сказала что-то незнакомке, отчего та улыбнулась — едва заметно.

Это была сдержанная улыбка, и она быстро исчезла. Особенно после того, как мимо прошел воин Высший Фэ, оскалившись на нее с каким-то насмешливым замечанием, после чего продолжил свой путь. Мор внимательно смотрела на лицо женщины — и быстро отвела взгляд, когда она оглянулась на нее, хлопая Мор по плечу, и ушла вслед за своей возможной сестрой и Браер.

Я вспомнила о нашем споре в тот момент, как Мор повернулась ко мне. Вспомнила слова, которые мы решили не произносить, те, которые мне не следовало говорить. Мор перебросила свои волосы через плечо и направилась прямо ко мне.

Я заговорила до того, как она смогла произнести что-нибудь:

— Ты отдала им Браер?

Мы зашагали в сторону нашего лагеря.

— Аз рассказал, в каком состоянии вы ее нашли. Не думаю, что пребывание среди готовых к сражению иллирийцев сильно успокоит ее.

— Армия Зимнего Двора намного лучше?

— У них есть пушистые животные.

Я фыркнула, качая головой. Эти огромные медведи действительно были пушистыми — если не брать во внимание их когти и клыки.

Мор внимательно посмотрела на меня.

— Ты поступила очень храбро, когда спасла Браер.

— Любой бы это сделал.

— Нет, — сказала она, поправляя свой узкий иллирийский жакет. — Я не уверена... Я не уверена, что даже я попыталась бы вытащить ее. Если бы я посчитала, что это стоит того. Я сделала достаточно выборов, которые потом плохо закончились, так что...

Она покачала головой.

Я сглотнула.

— Как Азриэль?

— Жив. Его спина в порядке. Но у Тэсана мало опыта в лечении крыльев иллирийцев, так что заживление проходит... медленно. По-видимому, это отличается от лечения крыльев перегринов. Рис позвал Маджу, — целительницу из Велариса. — Она прибудет либо во второй половине дня, либо завтра, чтобы поработать над ним.

— Будет ли он... снова летать?

— Учитывая, что крылья Кассиана выглядели куда хуже, то я бы сказала, что будет. Но... возможно, не на этой битве. Не в ближайшее время.

У меня скрутило живот.

— Ему это не понравится.

— Никому из нас.

Потерять Азриэля на поле боя...

Мор, кажется, прочитала мои мысли, потому что сказала:

— Это лучше, чем быть мертвецом, — она провела рукой по своим золотистым волосам. — Это было бы слишком легко — после того, как вчера все пошло не так. И когда я увидела, как вы двое исчезли... Я с ужасом подумала, что я могу не увидеть вас снова. Чтобы все исправить.

— Я сказала то, что на самом деле не хотела –

— Мы обе.

Она повела меня к деревьям на границе наших обоих лагерей, и по этой уединенности... Я поняла, что она хочет сказать мне что-то, что не предназначено для посторонних ушей. Что-то достаточно важное, чтобы я отложила мою встречу с Амрен на некоторое время.

Она прислонилась к высокому дубу, постукивая ногой по земле.

— Больше никакой лжи между нами.

Вина скрутила мой живот.

— Да, — сказала я. — Я... мне жаль, что я обманула тебя. Я просто... Я совершила ошибку. И мне жаль.

Мор потерла лицо.

— Но ты была права, когда говорила обо мне. Ты была...

Ее руки дрожали, пока она опускала их. Она закусила губу, сглатывая. Наконец ее глаза встретились с моими — яркие, испуганные и страдающие. Ее голос дрогнул, когда она сказала:

— Я не люблю Азриэля.

Я все еще не двигалась. Только слушала.

— Нет, это тоже неправда. Я... я люблю его. Как свою семью. И иногда я задумываюсь, может ли это быть чем-то... большим, но... я не люблю его. Не так, как он меня, — последние слова были дрожащим шепотом.

— Ты когда-нибудь любила его? Как он тебя?

— Нет, — она обняла себя. — Нет. Я не... Понимаешь...

Я никогда не видела, чтобы она не могла найти слов. Она закрыла глаза, впиваясь пальцами в свою кожу.