И истинным леди есть, что скрывать...(СИ) - Гаан Лилия Николаевна - Страница 97

  Взгляд лорда выразил сомнение, но он помог жене преодолеть подъем, не задавая лишних вопросов.

  Супруги вернулись в общество спутников в тот момент, когда вся компания расположилась вокруг припасенной на пикник снеди. Иннин усадила рядом с собой Мэри.

  - Расстроился живот, - сочувственно прошептала девушка ей на ухо,- поэтому вы так бледны?

  Инн кротко кивнула головой.

  - Было немного, но уже прошло.

  Она тайком поискала глазами мужа, и её сердце болезненно сжалось. Улыбающийся Кавендиш, как ни в чем не бывало разговаривал с хорошенькой дамой - соседкой Вудвортов. Та, с точки зрения Инн, отвратительно кривляясь, откровенно и нагло строила ему глазки. Но мужу это, похоже, нравилось!

  Молодая женщина вяло жевала предложенный заботливой Мэри бутерброд с огурцом, не чувствуя ни вкуса, ни запаха. Она чувствовала вину, неуверенность и подавленность, и это смятение неожиданно вылилось в приступ внезапной ревности.

  - Вы плохо себя чувствуете? - поинтересовался какой-то молодой человек.

   Инин даже толком не разглядела его лица, но отрицательно качнула головой.

  - У миледи непорядки с пищеварением! - бесцеремонно заявила Мэри.

   Как не далека была сейчас Инн от обид на человеческую глупость, и то поперхнулась. Молодой человек покраснел и отпрянул, зато дама, сидящая напротив, громко добавила:

  - Если у новобрачной начинаются проблемы с животом, значит, у её мужа скоро будут проблемы с повитухами!

   И все дружно рассмеялись. У этих людей было весьма своеобразное чувство юмора - английские джентри могли дать фору даже старому бесстыднику Рабле! Но, в конце концов, никто не хотел её обидеть. Инн натянуто улыбнулась и торопливо схватилась за другой сандвич с отварной ветчиной, старательно жуя сладковатую свинину, лишь бы только от неё отвязались с замечаниями и советами, но ещё долго ловила на себе насмешливые взгляды и слышала перешептывания о возможной беременности. Можно подумать, что больше этим людям и заинтересоваться было нечем.

  День был испорчен окончательно.

  А ночью в бессвязных и горячечных снах ей опять приснился Эдвин, Вудвилл-лодж, и всё, что с ним было связано. Инн просыпалась, и забывалась в больше похожих на обморок мучительных снах.

  В последнее пробуждение женщина увидела обеспокоенное лицо склонившегося над ней супруга.

  - Джордж,- облегченно простонала она, и судорожно ухватив его за руку, прижала её к своей щеке,- Джордж..., я..., Джордж! Пожалуйста, прости меня!

  - За что я должен тебя простить?

   Его голос прозвучал сухо и холодно, и Инн окончательно потеряла голову.

  - Прости меня за то, что делаю тебя несчастным,- с горечью прошептала она, пряча заплаканное лицо в ладони, - я знала, что недостойна любви, что тебе нужно было жениться, на какой-нибудь порядочной девушке из хорошей семьи, например, на одной из мисс Вудворт!

  - И всю жизнь слушать её высказывания о моем плохом пищеварении?! - невесело хмыкнул Кавендиш. - Инн, уж если и каяться, то не в этом!

  - Я даже не смогла забеременеть!

  Лорд утомленно пожал плечами. Он выглядел усталым и измученным.

  - Может, в этом виноват я сам! Как и в том, что в моей постели ты в лучшем случае терпелива. Инн, я действительно старый дурак, раз считал, что моей любви будет достаточно для нас двоих. Теперь я понимаю...

  Вот когда она по-настоящему испугалась. Он был слишком близок к истине!

  - Вы ничего не понимаете,- закричала Инн, отрывая ладони от заплаканного лица,- я глядела на волны, они мне казались ..., это было похоже на любовь! Мне так стыдно, но я ...

   Врать было трудно, невыносимо сложно! И, Инн окончательно запутавшись в словах, в отчаянии кинулась к нему на грудь, и, обвив руками шею, начала торопливо покрывать поцелуями лицо и руки супруга.

  - Я люблю вас,- жарко шептала она,- я очень-очень вас люблю! Видно, я такая грешница, что Господь справедливо карает заблудшую душу! Я знала, знала, что счастье не для меня, я недостойна его, но не хочу, чтобы страдали и вы! Уж лучше бы мне было умереть!

  - Иннин! - с силой тряхнул её за плечи обеспокоенный Кавендиш. - У тебя что, совсем разум помутился? Какая смерть? Ты молодая здоровая женщина, что за бред у тебя в голове? Это всё я виноват, ревнивый осел, довел свою женушку до умопомрачения!

   Инн задохнулась от счастья и облегчения, когда он, ласково погладив её по голове, прижал к себе. Нервный озноб от пережитого моментально потряс её тело.

  - Ты дрожишь? Замерзла? Подкинуть дров в камин?

  Это был прежний Кавендиш, для которого самым главным в жизни была забота о своей юной жене. Но Инн все ещё боялась даже на секунду выпустить его из рук - а вдруг между ними опять вырастет стена отчуждения. Об этом даже думать было страшно!

  - Не нужно дров,- с умоляющей улыбкой судорожно вцепилась она в рукав халата, - вы согреете меня лучше любого камина!

  Кавендиш озабоченно посмотрел на свою перевозбужденную жену.

  - Вряд ли это разумно, дорогая! - с сомнением произнес он. - У тебя больной вид. Лучше отдохнуть! Уверяю, что никуда не денусь до утра. Мы завтра обо всем переговорим!

  Он не хотел её! Наверное, все-таки разлюбил свою глупую жену, а может, увлекся другой? О, она прекрасно знает, как внешне благопристойные и верные мужья развлекаются в объятиях кокоток! И завтра..., что будет завтра? Ну, уж нет! Она не доживет до утра в такой неопределенности! Сегодня и сейчас! Инн моментально подскочила на постели.

  - У той леди, с которой вы любезничали сегодня на пикнике,- обманчиво ласковым голосом спросила она, - вид был лучше?

  У Кавендиша изумлением округлились глаза.

  - Какая леди, милая?

  - Белобрысая, с кудельками, как у пуделя и ужимками шлюхи!

  - Иннин! - он был настолько шокирован, что, очевидно, не поверил собственным ушам.

  Но его супруге было уже море по колено - этот день ей стоил таких нервов, что деликатничать и стесняться она не собиралась!

  - А что,- с вызовом спросила леди,- я должна спокойно и благостно смотреть, как эта мерзкая потаскуха вешается вам на шею? Она хихикала, как будто её щекочут!

  - Иннин, - гневно прервал её муж, и всё же примирительно добавил,- я понимаю - ты устала, разволновалась, вышла из себя, но всему же есть предел! Прошу тебя, укладывайся спать и не уподобляйся своей покойной тетушке - я почти двадцать лет прожил среди истерик и скандалов!

  Лучше бы он промолчал. Воспоминания о леди Элизабет только подлили масла в огонь.

  - Раз вам не по душе была моя тетя, то странно, что вы решили жениться на её племяннице! Мы из одной семьи, и, конечно же, хоть в малой степени, но похожи! Я понимаю леди Элизабет - она устраивала вам сцены от отчаяния, потому что знала, что вы её не любите! Вы изменяли ей!

  Кавендиш отпрянул от неё, как от змеи, гневно сузив глаза и поджав губы.

  - Инн, ты забываешься! Я не потерплю таких обвинений от своей жены! Твоя ревность смешна, ребячество какое-то!

  - Я - не ребенок, я - женщина! И сейчас защищаю свои интересы! Джордж, я точно знаю, что вы изменяли своей жене, и у вас были любовницы среди дам высшего света!

  Теперь настала очередь супруга взвиться с места, и, засунув руки в карманы, заметаться по комнате. Он был вне себя, моментально превратившись в грозного лорда, которого как огня боялись все домочадцы. Замершая от такой метаморфозы Инн пристально наблюдала за его передвижениями, нервно ломая пальцы и облизывая пересохшие губы - она не собиралась отступать. Этот скандал странно щекотал ей нервы, вызывая какое-то непонятное злое удовлетворение.

  - Я даже не возмущен, я ошеломлен,- высказался взбешенный лорд, - и не могу понять, откуда ты вытащила всю эту грязь, с какой помойки?

  Инн с вызовом задрала подбородок:

  - А вы забыли о том, что я пришла к вам прямиком с помойки, - язвительно осведомилась она,- а там знают всё и обо всех. Самая искусная среди сводниц - итальянка Джина посвятила меня в тайные перипетии вашей альковной жизни, а уж чего о пороке не знает она, того не знает и сам дьявол!