Граница. Трилогия (СИ) - Муссен Анна - Страница 207

— Нет, — покачал головой Бергов. — И она не знает, чем все закончится.

База Границы Западного Округа.

Подземная тюрьма.

Подземные тюрьмы строились под Базами только для того, чтобы никто их не нашел. Ведь, как известно, искать что-то у себя под носом всегда сложнее, чем на расстоянии.

Для всех Стражей, служивших в Границе, и для простых граждан, не имевших к ней никакого отношения, Подземные тюрьмы отличались от обычных только тем, что в них свои наказания отбывали сверхлюди, которых в камеры к людям подсаживать было нельзя.

Каждый проживающий в столице Округа горожанин знал, что в Подземной тюрьме содержатся опасные преступники, казнить которых было бы настоящим расточительством для Нового мира, ведь их, в большинстве своем, талантливых и умелых всегда можно было отправить на перевоспитание, а потом использовать на благо Границе.

О том, чем же на самом деле являлись Подземные тюрьмы, знали немногие. Точнее, немногие знали о последнем уровне, на котором в свое время проводили опыты над Навирами. Исследователи пытались выяснить, чем же они отличались от Пробудившихся и почему их способности практически не встречались у тех, кто обрел свою силу внутри Стены.

Опыты закончились, когда ставить их было больше не на ком.

Ева покорно шла за Рытовым, держа за руку другую, маленькую Еву, чувствуя ее интерес к себе. Она слышала крики тех, кто когда-то был заточен за железными, толстыми прутьями. Их плач, стоны и тихие всхлипы резали слух женщины, хоть она и прекрасно понимала, что на сегодняшний день только одна камера все еще содержала в своих стенах Навира, опыты над которым ставить было больше некому.

Еве не по себе…

Скоро все плохое закончится, пообещала провидица, и ребенок сильнее сжал в ладони ее пальцы. Придет время, и все мы пообщаемся друг с другом, используя наши голоса, а не мысли.

Евы не знают, что с Евой. Почему Евы не могут связаться с Евой?..

Не волнуйся, улыбнувшись, в мыслях произнесла женщина.

Это из-за Альты и Якоба?

Скорее всего, да.

Абрам знает о том, что случилось в столице Централа. Ева не смогла утаить от Абрама этого.

Ничего страшного. Случившегося уже не изменить.

Ева видела Врагосов в городах. Ева… Ева знает, что Абрам…

Шум впереди идущих шагов стих. По шуршанию одежды и тихому вздоху Ева поняла, что Рытов остановился и обернулся к ним.

— Мы пришли? — спросила она у Командующего.

— Да. Пришли.

Абрам помог ей войти в камеру и подвел к старой койке, на которой уже давно неподвижно лежал Исследователь. Как мужчина и предполагал, его старый друг или же просто хороший товарищ, теперь уже бывший пленником или просто заключенным, оживился при виде молодой женщины.

— Ева?..

Удивление отца позабавило провидицу, но винить его в этом она не могла.

— Пожалуй, мне стоит оставить вас двоих наедине. Ева, ты возвращаешься со мной.

Девочка отпустила руку своего прототипа, приближаясь к Командующему.

— Надеюсь, когда вы закончите, то ты расскажешь мне о том, кто устроил переполох в столице Централа. Ты ведь знаешь, Ева, кто это был?

— Конечно, знаю, — не стала врать женщина. — А также я знаю, что будущее изменилось.

— Оно постоянно меняется, Ева.

— В этот раз — все по-другому. Грядет будущее, на которое даже Вы повлиять не в силах.

— Я в силах повлиять на все и на всех, — чуть раздраженно сквозь зубы процедил Командующий. — Не забывай о том, кто я, Ева.

— Копия, — произнесла провидица, самодовольно усмехнувшись. — Вы тоже об этом не забывайте.

Абрам прикрыл глаза, но ничего на колкость Евы не сказал. Он покинул камеру, оставляя отца и дочь, разлученных десятилетия назад, наедине. Маленькая Ева так же ушла, не желая мешать их общению.

— Подойди поближе…

Ева не видела его собственными глазами, но видела яркую картинку в своей голове. Ее отец постарел и отощал в этом закрытом от воздуха и солнца помещении. Его кожа была неестественно бледной, под глазами давно проступили синяки, которые уже вряд ли когда-нибудь исчезнут.

— Ты…такая красивая, — произнес мужчина, и голос его на секунду дрогнул. — Как же…я рад…

Ева сжала морщинистую руку в своей, прислоняя ладонь отца к щеке.

— Прости, что все это время не давала о себе знать, — сказала она. — Но так было нужно. Ты должен понять меня.

— Я понимаю. Наверное… Ты ведь у меня особенная.

— Особенная не я, папа, а девушка, которая создаст для всех нас идеальное будущее. То, о котором я и Ева мечтали.

— Будущее? Какое?..

— Такое, в котором не будет ни Врагосов, ни Пробудившихся. Мы очистим Мертвые земли и вернемся в Старый мир.

Столица Западного Округа.

— Вы слышали о том, что произошло в Централе? — шептались посетители местной забегаловки.

— Да-да. Мои знакомые с Севера рассказывали мне, что два года назад точно такое же произошло со сверхлюдьми в их столице. Внезапно все замертво попадали.

— Что ж творится-то? — вздыхали за другим столом. — Жить так страшно стало…

Горожане продолжали перешептываться, не решаясь говорить громче. Из-за этого женщине с накинутым на голову капюшоном приходилось прислушиваться, чтобы добыть для себя полезную информацию.

— Ваш счет.

Когда женщина неудачно обернулась на голос человека, принесшего ей в самом начале еду, капюшон слегка слетел с ее макушки, открывая перед взором этого разносчика половину ее лица.

— Ох, ты ж!.. — необдуманно выдал юноша, быстро прикрывая рот ладонью. — Простите… Я не хотел…

— Сдачу оставь себе, — спокойно ответила ему женщина, вставая из-за стола и покидая это затхлое, полутемное помещение.

Это место было идеальным для того, чтобы, не привлекая к себе излишнего внимания, наблюдать за Базой Западного Округа — неприступной крепости, в которую она вскоре собиралась проникнуть.

База Границы Северного Округа.

Штаб.

Пусть Илана и была рождена в Северном Округе, воспитывали ее выходцы из Западного, из-за чего различия в воспитании и поведении между ней и коренными северянами разительно отличались. Из-за этого в курсантские годы ей было тяжело сойтись со сверстниками: слишком самовлюбленными, слишком самостоятельными, слишком жестокими.

Многие годы ее воспринимали не как равную себе, а как чужака. Такого же, которых каждый год присылали с других Баз для «оказания поддержки». А ведь местный Закон гласил, что на Севере все равны.

Те времена прошли, сказала она сама себе, идя по коридору Штаба в кабинет Командующего.

Прошло несколько дней с тех пор, как Командующий Войтов для нее «воскрес». О причинах его «смерти» и «возвращения» она не спрашивала ни у Руслана, ни у Кирилла. Но по поведению юноши ей не составило труда понять: Кирилл о том, что отец жив, знал. А значит он умышленно скрывал этот факт от общественности.

Но для чего?

Не ради же кресла Командующего? Ему ведь до этого дела никогда не было. Но это единственное объяснение его поведению.

Инева остановилась перед дверью, вздохнула, одернув синюю форму, и постучала по деревянной поверхности, надеясь, что хоть кто-нибудь из Стражей по ту сторону сейчас был.

О том, что случилось в столице Централа, уже и у нас поговаривают. Горожане все еще помнят, что произошло за Стеной два года назад. А сложить два похожих случая и начать думать в верном направлении, но додумывать то, чего они не знают… Нужно не дать людям повода для паники.

Не услышав разрешающего возгласа войти, Офицер еще раз постучала, и на этот раз дверь сама перед ней отворилась. Ева осторожно выглянула из-за нее, потянув Стража за собой внутрь кабинета.

— Еве нужно поговорить с Иланой, пока Кирилла и Руслана нет, — произнесла девочка.

Инева закрыла за собой дверь и оглядела помещение. Они были в нем одни.

— О чем поговорить?