Граница. Трилогия (СИ) - Муссен Анна - Страница 165

— Три года там, пять лет здесь… Почему нужно ждать совершеннолетия, чтобы стать курсантом?

— Потому что это самый лучший возраст для обучения. К восемнадцати годам уже все сверхлюди осознают свою принадлежность к тем, кто будет защищать простых людей от Врагосов. Да и у некоторых из нас есть способности, с которыми нужно управляться очень осторожно, а дети не могут быть осторожными. Им хочется играть.

— Ничего подобного, — буркнул ребенок. — Я осознаю, какой вред может нанести мой огонь окружающим.

— Конечно, ты это осознаешь. Потому что мы тебя правильно воспитали.

— Звучит так высокомерно, дорогой, — улыбнулась женщина, наливая своим мужчинам чай.

— Имею полное право так говорить. Ян сегодня всем показал и доказал, какой он смышленый и сильный.

— Весь в тебя.

— Еще бы.

Ян закатил глаза, показывая родителям, как противны ему все эти нежности.

— Я уверен, что, когда он поступит на службу, Командующий Рытов быстро его заметит. А там глядишь, и в высший Офицерский состав войдет.

— Ты так далеко заглядываешь, — улыбнулась женщина.

— А когда, как не сейчас, мне это делать? Сама же сказала, время пролетит быстро. Мы и заметить не успеем, как он будет носить такую же, как и мы, форму.

После ужина, уставший и вымотанный дневными событиями Ян, пошел в свою комнату, и даже заметить не успел, как уснул.

Когда мальчик в следующий раз открыл глаза, на улице уже было темно и тихо. Доносящийся с кухни странный и непонятный шум испугал его, заставляя детское сердце в груди забиться быстрее.

Соберись! Если это грабители, я и сам смогу их обезвредить.

Ян прислушался, прежде чем открыть дверь и выйти в коридор.

На кухне что-то упало, разбиваясь, а после послышалась какая-то возня и ругательства.

Папа и мама уже там?

Продолжая красться, чтобы разведать ситуацию, как его и учил отец, мальчик притаился, вглядываясь в темноту и пытаясь сфокусировать взгляд на мелькавших на кухне фигурах.

Почему они не используют способность? И что это за запах такой?

В том, что в их доме были посторонние, Ян не сомневался. Его беспокоил тот факт, что родители, бывшие Офицерами Границы и имевшие огненные способности, дерутся с противниками врукопашную.

Может, грабители — сверхлюди, и их способность мешает родителям применить свои? Тогда, хорошо, что они обо мне не знают. Я смогу напасть.

Воодушевленный собственным могуществом, мальчик, приглядываясь и распознавая, где, кто находился, дождался подходящего момента и напал.

Пламя появилось в его руке и, после того, как он направил огонь на грабителей, до его ушей донесся пронзительный крик матери, просящий его не делать этого.

А потом был взрыв.

Больница.

— Значит, он все еще не очнулся?

— Нет. Внешних повреждений никаких, но, вероятнее всего, он ударился головой, из-за чего получил пусть и не значительную, но травму. Мальчик в скором времени придет в себя, но придется еще немного подождать.

— Сможете сказать, когда это произойдет?

— От меня это уже не зависит, Офицер. Нам остается лишь ждать, когда его организм восстановится.

Ян заворочался на кровати, ощущая нарастающую боль в висках. Голову, казалось, сдавливали в тисках, намереваясь раздавить ее так же, как сам мальчик раскалывал орехи специальным приспособлением.

— Нам нужно услышать его версию случившегося. Судя по тому месту, где его нашли, мальчик должен был все видеть.

— Я слышал кое-что и не до конца понимаю, как они могли допустить такую ошибку?

— Мы и сами в замешательстве. Опытные Стражи, и зажгли огонь в наполненной газом комнате.

Из палаты послышались какие-то стоны и всхлипы, поэтому взрослые, забеспокоившись о состоянии пациента, забежали внутрь из коридора, в котором до этого разговаривали.

— А-а!.. Э-это я-я!.. — плакал мальчик, закрывая лицо руками, и сгибаясь пополам на кровати.

— Успокойся, — произнес врач, подходя к Яну и оборачиваясь, чтобы недоуменно посмотреть на Стража.

— Ты помнишь, что произошло ночью? — спросил Офицер, которому поручили расследовать дело о взрыве и гибели четырех граждан.

— Э-это я!.. З-зажег о-огонь, — всхлипывая и задыхаясь от рыданий, вымолвил ребенок. — Я-я!.. У-убил р-родителей!.. А-а!..

Детский крик разнесся по больнице, заставляя врачей и пациентов вздрогнуть от того, сколько боли и отчаянья было в мальчишеском голосе.

50 год н. м.

Приют на территории Западного Округа.

Ян тяжело дышал, отдыхая на небольшом перерыве во время очередной тренировки, которую он сам себе и устроил.

Пятнадцатилетний подросток вызывал у ровесников одновременно и страх, и восхищение. В особенности у тех, кто, в отличие от него, был обычным человеком.

Остальные дети из приюта постоянно наблюдали за ним, перешептываясь между собой и раздражая своими голосами молодого сверхчеловека.

Как же достали, подумал он, создавая вокруг себя огненное кольцо и поднимая пламя вверх так высоко, чтобы скрыть себя от любопытных глаз.

— Заняться им, что ли, нечем? — пробубнил он, садясь на землю и разминаясь.

За последние два года, что он провел в этом месте, Ян ни с кем так и не подружился, из-за чего прослыл у обитателей приюта не самым приятным типом.

Воспитатели старались без надобности не замечать нелюдимого подростка, а дети, пусть и интересовались им, но так же обходили стороной, даже не пытаясь заговорить.

Еще три года, повторял он про себя каждый раз, когда на душе становилось тяжело и тоскливо. Через три года я стану курсантом.

Самым важным достоинством для сверхчеловека, который умел создавать огонь, было, по мнению Яна, умение этот самый огонь себе подчинить.

Менять его направление, силу и, разумеется, уметь это пламя тушить.

Последнему действию юноша уделял особое внимание, поэтому, поднимаясь с земли и сосредотачиваясь на обжигающем кожу огне, Ян стал медленно его успокаивать.

Пламя утихало, уменьшаясь в размере до тех пор, пока и вовсе не пропало.

— Браво! — зааплодировал мужчина, смотря на тренировку Огнева в тени высокого дерева. — Не думал, что ребенок сможет сделать то, чего не могут многие взрослые.

— Я не ребенок, — произнес Ян, оборачиваясь к нарушителю его спокойствия и разглядывая Офицера с ног до головы. — Особый Класс?..

— Ты об этом? — мужчина указал на свои погоны и отмахнулся от мальчишки. — Ничего особенного.

— Да… Ты ведь Лекарь, — подметил Ян, намекая Стражу на то, что отряд с красными погонами на плечах получал свои звания только из-за своей малочисленности.

— «Ты»? — бровь Офицера нервно дернулась, но он попытался сохранить свое дружелюбие. — Какой наглый мальчишка. Так разговаривать со старшими.

— Пожалуйста, простите его! — забеспокоился самый противный, по мнению детей, воспитатель приюта.

Маленький, пухленький, с крысиными глазками и огромным, клювообразным носом мужчина, вызывал у подопечных приюта самые отрицательные, иногда доходящие до настоящей брезгливости, чувства.

Он никогда не помогал детям. Постоянно ругал их за самую малую провинность, и, несмотря на свой гадкий и заносчивый характер, до смерти боялся сверхлюдей.

К Яну, по этой же причине, он никогда не приставал со своими наказаниями, предпочитая, в отличие от остальных воспитателей, вовсе не замечать подростка.

— Почему ты тренируешься? — спросил Офицер, проигнорировав своего сопровождающего. — Сколько тебе лет?

— Пятнадцать, — гордо заявил Ян. — А тренируюсь для того, чтобы стать сильнейшим Стражем в этом Округе.

— Сильнейшим? На место Командующего метишь?

— Не обращайте внимания на этого дерзкого ребенка. Он убил собственных родителей, поэтому совершенно невоспитанный!

В руках подростка зажглось пламя, а выражение лица сменилось с высокомерного на озлобленное.

— Следи за тем, что говоришь, — процедил он сквозь зубы, пугая воспитателя.