Опущенная - Колычев Владимир Григорьевич - Страница 32

— Дело не в этом. Дело в том, что я вас не хочу.

— Не хочешь. Но можешь. — Он пристально смотрел на нее.

— В моей жизни было столько дерьма… Я бы не хотела заносить вас в этот список.

— Ты не проститутка… — в раздумье кивнул Ругаль. — Не знаю, сколько там у тебя было дерьма, но ты не проститутка. И мне совсем не все равно, что ты обо мне думаешь…

— Я думаю о вас хорошо.

— Можно на «ты»…

— Я думаю о тебе хорошо. — Настя приняла поправку не моргнув глазом.

— А что там за дерьмо в твоей жизни?

— Не надо его ворошить, — слегка поморщилась она. — Будет вонять.

— Я все равно узнаю, — качнул головой Ругаль.

— Имеешь на это полное право.

Настя смотрела на него с просьбой, она хотела, чтобы он оставил ее в покое. А он не хотел ее отпускать.

К Алику подошел Вадик. Он возглавлял охрану, которую Ругаль воспринимал как личную бригаду. Пацаны там боевые, проверенные. И сам Вадик как глыба, причем во всех отношениях. Если он подставил плечо Алику, то с места уже никогда не сойдет.

— Там Яна, — тихо сказал он.

Ругаль кивнул. Да, он готов ее принять. Но Яна не стала ждать, когда он соблаговолит. Она вошла в зал с кротким выражением лица, но уверенной походкой. Она точно знала, что Ругаль ее не прогонит.

— Я пойду? — спросила Настя, глянув на нее.

Ругаль посмотрел на нее, будто руку разжал, в которой держал поводок. Настя благодарно кивнула, поднялась и направилась к выходу. Алик повернул голову, провожая женщину взглядом, но зацепился за Яну и переключился на нее.

Яна остановилась возле кресла, руками взялась за спинку и вопросительно глянула на Ругаля. Тот кивнул, и она заняла место, которое только что освободила Настя.

— У меня проблемы, — протяжно вздохнула она.

— Попробуем решить, — усмехнулся Алик.

С Яной он познакомился на улице, вечером они поужинали в ресторане, а ночью он ее станцевал. Потом отношения прервались — из-за проблем с воровской братвой, но Алик их возобновил. А в ресторане у Гены он нарвался на Карельца, рванул ствол, выстрелил. Рано было еще тогда начинать, потому он поторопился исчезнуть. А Яна осталась. И Гена ее захомутал.

Однажды у Ругаля возник вопрос, что это за дела такие. Он привел в кабак бабу, а Гена ее отбил. За такие дела наказывают. Но прежде чем наехать на Бастурму, Алик пересекся с Яной. И она его убедила в том, что Гену трогать не нужно. Он же увел ее у Алика с самыми серьезными намерениями. Ругаль тогда вошел и в положение, и в саму Яну. Она упиралась, но Алик пригрозил наездом… Через полгода после этого Яна вышла замуж за Гену, Алик не удержался и присунул ей снова. Чисто приколоться. Да и баба она знатная, хорошо с ней было. И сейчас они зажгут. Пусть сначала расскажет, какая беда ее сюда привела…

Чтобы спать с женщиной, совсем не обязательно на ней жениться. Гена точно это знал, но… Сначала он женился на Яне, а сейчас у него планы на Машу. Эта красотка поймала его в сладкую ловушку. Сначала легла с ним в постель, а когда он вошел во вкус, отказала ему в сладком. И сейчас он дергается как наркоман, которому отказали в дозе.

— Я же сказала, ничего такого. — Маша улыбалась, глядя на него.

Солнце отражалось в ее глазах, в зубах, слепило. Так хотелось ее обнять, прижать к себе, уложить на спину… Красивая она очень, и внутри у нее источник повышенного напряжения, от которого невозможно отключиться. Он пробовал, не получается.

— Я уже подал на развод.

— Это плохо, — качнула головой Маша.

— Тебя не поймешь: то плохо, то хорошо. — Гена глянул на нее с легким раздражением.

Может, проучить ее? Почему бы не подсадить Машу на иглу? Тогда и жениться на ней не придется. За дозу она сделает все… Но ведь он уже подал на развод. А зачем подсаживать свою будущую жену?

— Разве я говорила, что это хорошо? — Она удивленно повела бровью.

Гена раздраженно глянул по сторонам. Погода хорошая, не вопрос, каштаны вокруг зеленеют, люди по аллее прогуливаются. Но ведь он уже не мальчик, чтобы встречаться с девочками в парках и скверах. Ему бы в постель с Машей… Да, он уже не мальчик. Он уже стареет, если решил на ней жениться.

— А почему это плохо?

— Потому что у вас ребенок.

Денису полтора года, он еще, конечно, малыш, но в том-то и соль. Если он не помнит отца, то и вспоминать будет не о ком. А Яна баба здоровая, ей хватит сил, чтобы воспитать его и поднять на ноги. А может, и замуж выйдет…

— Ты об этом не думай.

— Я не думаю, — усмехнулась Маша.

Существование проблемы беспокоило ее, но не настолько, чтобы заморачиваться на ней.

— Я разведусь с Яной, и мы будем вместе.

— После свадьбы.

— А сейчас?

— Душой я с тобой. И не переживай, ни с кем и ни за что… — Она смотрела на него, ничуть не сомневаясь в своих способностях.

Секс для нее далеко не самое главное в жизни. Куда важней устроить свою жизнь, а Гена в бизнесе далеко не последний человек. И рестораны у него, и ночной клуб в самой ближайшей перспективе. А при каждом ресторане у него игорный зал, можно сказать, миниказино. А при ночном клубе казино у него будет покрупней. И наркота там будет уходить только в путь… Одним словом, с деньгами у него без проблем, и Машу ждет обеспеченное будущее. Потому она и набивает себе цену, изо всех сил пытаясь держать его на расстоянии. И дразнит запахом своего тела и ароматом жарких воспоминаний. Как же здорово с ней в постели…

— Поехали к нам, — сказал он.

Маша покачала головой. Нет, она не отступит от своей линии. И все равно, что у них уже фактически есть своя квартира. Принадлежит она ему, но там нет и не будет Яны. И он мог бы там жить с Машей, но и сегодня он получил отказ.

— Мне пора.

Маша прильнула к нему, быстро, но плотно поцеловала в губы. И выпорхнула из его объятий, как бабочка.

Она шла по аллее вся в белом, а он стоял и любовался ею. Глаз невозможно оторвать.

— Красивая телочка, не вопрос, — послышалось вдруг сзади.

Гена обернулся и увидел Алика. Ругаль стоял перед ним, сунув руки в карман. И улыбался, наслаждаясь его замешательством. За спиной возвышался Вадик, чуть в стороне маячила еще одна такая же крупная фигура.

— Ты что здесь делаешь? — спросил Гена.

— А где «здорово, брат»? — возмущенно улыбнулся Ругаль.

— Мы с тобой сегодня виделись.

— Когда?

— Ночью. Ты мне снился, брат.

— Ну какой же ты мне брат? — удивился Ругаль. — Разве братья крадут друг у друга девушек?

— Что?! — Гена невольно повел головой в сторону, в которой скрылась Маша.

— Помнишь, я оставил тебе Яну на хранение? А ты взял ее и присвоил.

— Ну, когда это было…

— А ведь я тебе предъявить собирался. Но посмотрел, что ваши дела идут к свадьбе, и успокоился… Вот если бы ты ее бросил…

— Но ведь не бросил.

Гена долго не воспринимал Ругаля всерьез. Ну, выпорхнул баклан, поднялся над жизнью, но таких много, и у всех полет короткий. А Ругаль крепко завис над Холмогорском, смотрит со своей высоты, выискивает, хватает, наказывает. И бригада у него очень серьезная. Даже воры предпочитают обходить его стороной.

— А на развод кто подал?

— Кто тебе такое сказал? — нахмурился Гена.

— Высоко сижу, далеко гляжу, — усмехнулся Алик.

— И что с того?

— Ты не можешь бросить Яну.

— Почему это?

— Я так сказал.

— Алик, давай ты не будешь лезть в мою жизнь. Я тебе исправно отстегиваю…

— Исправно, — усмехнулся Ругаль. — Но мало… Я мог бы иметь с тебя больше.

— Алик, это не разговор.

— Что-то я не понял, мужик. Ты будешь решать, что и кому говорить?.. Кто ты для этого такой? — Алик смотрел на него насмешливо, свысока.

Гена и хотел выдать пару ласковых слов, но сдержался. Это в зоне Ругаль был мужиком, а сейчас он реально в авторитете, и ему ни в коем случае нельзя с ним связываться. Хотя и было такое желание — послать его к черту со всеми его дьяволами. Послать и не платить ему ничего.