13 кофейных историй (СИ) - Ролдугина Софья Валерьевна - Страница 223

А Эллис вдруг помрачнел.

— Я очень надеюсь, что на этот раз мне не придется применять свой любимый метод.

— Метод? — эхом откликнулась я.

— Ловлю на живца.

Я представила это — и похолодела.

— Понимаю… понимаю вас. Но что вы будете делать теперь?

— Искать, — сухо ответил он. — Выставлять патрульных около приютов, находящихся близ метро. Посылать «гусей» дежурить на станциях. Искать, где сделали ленту. Вылавливать свидетелей. Анализировать слухи. Проверять версии. В общем, работать, Виржиния… Всё, как обычно, но немножко поганей.

Странное чаепитие продолжалось еще около часа. Лайзо дважды уходил на кухню — греть воду. Доктор Брэдфорд флиртовал то со мной, то с Мадлен — в силу привычки, не иначе, потому что мысли его явно были заняты чем-то другим. Эллис выстраивал из сушеных фруктов башенки и бормотал себе под нос: «А если так… нет, он не может быть таким умным, ерунда…»

Уже перед самым отъездом, когда мы с Мэдди садились в автомобиль, я спохватилась и достала из сумочки конверт.

— Эллис! — крикнула я, приоткрыв дверцу. — Подойдите, пожалуйста, мне нужно вам кое-что сказать!

Детектив оглянулся на доктора Брэдфорда, обменялся с ним взглядами и шагнул к автомобилю:

— Да?

— Возьмите, — шепнула я, протягивая ему конверт. Эллис удивленно вздернул брови. — Это приглашение на день рождения… внутри все написано. Почитайте, подумайте… Рада буду, если вы примете его, но если нет… Но это секрет, хорошо?

Отчего-то я волновалась, будто вручала любовное послание.

— Хорошо, — озадаченно откликнулся Эллис и спрятал конверт в рукав. — Заинтриговали вы меня, Виржиния.

— О, прошу прощения, — улыбнулась я. — Видимо, сказалась усталость. Спасибо за все, и доброй ночи вам!

— Доброй ночи, — хмыкнул Эллис, а Брэдфорд с порога махнул рукой.

Я боялась, что ночью мне будут сниться кошмары — о Душителе, о пропавшем мальчике из приюта… Но вместо этого привиделось что-то смешное и несуразное. Как будто бы леди Милдред вместе с невысоким мужчиной из приюта — тем самым, рыжим, в зеленой жилетке и странной шляпе — стоит у какой-то булочной, раскуривая трубку, и разглядывает хлеб на витрине. До меня доносились обрывки неспешного разговора, однако наутро я ничего не помнила, кроме вишневого дыма, тонких бабушкиных запястий и мужского голоса:

— Право, какая хорошая девочка у тебя выросла, прямо как ты в детстве…

На полдень у меня была запланирована встреча с дядей Рэйвеном.

Строго говоря, я никакого приглашения не посылала и ни о чем не договаривалась, но когда приехала поздно вечером накануне, то в кабинете, на столе, уже лежала короткая записка:

Юная леди,

Наслышан о Ваших благотворительных порывах и весьма впечатлен.

Что же до моей поездки, то она прошла великолепно.

Не желаете ли встретиться и обменяться впечатлениями? С удовольствием навещу Вашу кофейню завтра около полудня.

Всегда Ваш,

Р.Р.Р.

Таким образом, дядя просто уведомлял меня, что сегодня днем нагрянет в «Старое гнездо» и, вероятно, станет читать нотации.

Единственный вопрос — по какому поводу…

Дядя Рэйвен был пунктуален, как истинный аксонский аристократ.

Порог кофейни он переступил в полдень, минута в минуту. Это было особенно удивительно для меня — я-то знала, что личные часы у дяди всегда немного спешат.

— Прекрасный день. Можно сказать, маленькая весна, — с улыбкой встретила я дядю Рэйвена и указала ему на столик за ширмой: — Прошу, проходите. Георг сейчас сделает ваш любимый кофе. Как прошла поездка?

— Спасибо, прекрасно. — Избавившись от шляпы и от пальто, маркиз расположился за столиком. — Виржиния, вы сегодня обворожительны. Фисташковый цвет вам необыкновенно идет. В чем секрет вашего обаяния?

— О, благодарю… А секрет прост. Нужно не слепо поддаваться веяниям моды, а в первую очередь выбирать то, что подходит именно вам, — легкомысленно откликнулась я, сделала знак Мэдди, чтоб та отправилась за кофе на кухню, и подсела за столик к маркизу. — Говорят, вы ездили в провинцию, дядя Рэйвен. И как вам простая сельская жизнь?

Маркиз усмехнулся и сплел пальцы в замок. Насыщенно-синий камень в фамильном перстне сверкнул на солнце, как будто осколок ясного неба.

— Жизнь при дворе Рыжей Герцогини, леди Виолетты, не назовешь ни сельской, ни простой. Хотя Альба, безусловно, провинция.

Святая Генриетта! «Осы» ради развлечения не станут разъезжать по герцогским владениям — они, можно сказать, всегда стремятся попасть в самое осиное гнездо… Интересно, что привело дядю Рэйвена к Виолетте Альбийской? Она невеста Его величества, после свадьбы вероятность появления наследника по прямой линии станет очень велика, а значит и возрастет еще больше влияние королевской семьи. И если кто-то хочет ослабить позицию монарха, то должен действовать до свадьбы — а лучше и вовсе предотвратить ее.

А ведь совсем недавно дали о себе знать «Дети Красной Земли», которых укрепляющаяся от года к году власть Вильгельма Второго не устраивала ни в коей мере…

Чувствуя, что подхваченная от Эллиса паранойя постепенно толкает меня на все более и более пугающие предположения, я поспешила оборвать мысленные рассуждения и вернуться к беседе, заметив нейтрально:

— Весной альбийские холмы невероятно красивы. А зимой?

— Отвратительны, — дядя Рэйвен рассмеялся. — Зеленые, сплошь укрытые туманом, а в этом тумане пасутся огромные овечьи стада — и так везде. Только представьте себе, Виржиния: куда ни поедешь — везде овцы и холмы, холмы и овцы, и все это в душной белой дымке. Говорят, что под холмами живет Колдовской Народ, но я так никого из них и не увидел, хотя за два дня исколесил, кажется, все владения герцогини Альбийской.

— Неудивительно — ведь, по слухам, Колдовской Народ показывается только детям, бродягам и прекрасным девушкам, — блеснула я познаниями о Ши, мысленно поблагодарив недоброй памяти Финолу Дилейни, из-за которой мне пришлось вчитаться в древние сказки.

— В таком случае, я вас ни за что не отпущу в Альбу, Виржиния, — серьезно ответил маркиз. — Вдруг какой-нибудь падкий на красоту колдун из-под Холма лишит меня законной невесты? Впрочем, вы и в Бромли умудряетесь найти себе удивительные развлечения, — добавил он вполголоса, и я только вздохнула.

Так и знала, что до нотаций дело дойдет!

— Что вы имеете в виду, дядя Рэйвен?

— Невинные улыбки вы освоили в совершенстве, Виржиния, — спокойно произнес маркиз и слегка наклонил голову, чтобы взглянуть на меня поверх синих стеклышек очков. — А вот друзей подбирать, увы, так и не научились.

Глаза у него были тревожные, и это разом отбило у меня охоту шутить.

— Если вы имеете в виду детектива Эллиса — прошу, оставим эту тему. Кажется, мы уже давно обо всем договорились.

Маркиз хотел ответить, но тут подошла Мэдди с нашим кофе. Пришлось временно взять паузу. Мне не нравилось таиться от подруги, но поступать наперекор желаниям дяди Рэйвена было еще глупее.

Так или иначе, я могла рассказать ей все и после.

— Нет, на сей раз дело не в мистере Норманне, — ответил он, когда Мадлен наконец отошла. — Уезжая по делам, я, памятуя о случае после бала в ночь на Сошествие, поставил в Бромли одного человека следить за прессой. У него неплохие связи с редакторами всех двадцати шести газет, а с владельцем «Бромлинских сплетен» он и вовсе на короткой ноге. И вот вчера мой друг едва успел наложить запрет на одну маленькую, но крайне неприятную заметку в клятых «Сплетнях». А говорилось в ней о том, что некая леди В., графиня и известная бунтарка, под предлогом благотворительных визитов в детские приюты ездит на свидание к своему любовнику, мистеру А.Н.

Я нахмурилась. Кофе сразу показался мне слишком приторным и неприятным.

— Погодите. «Леди В.», скорее всего, это я. И действительно вчера у меня была благотворительная поездка в приют имени Святого Кира Эйвонского… Но кто такой, скажите на милость, «мистер А.Н.»?!