Нэпал — верный друг. Пес, подаривший надежду - Льюис Дэмиен - Страница 43

Как я и думал, Блейк, Остин и Грант сражены наповал. Я звонил им из СПНВ, поэтому они уже знали породу собаки, но все равно умирали от нетерпения в ожидании личной встречи. Когда я демонстрирую некоторые из пятидесяти команд и рассказываю, что умеет делать Нэпал, мальчики теряют дар речи.

Они смотрят на пса огромными, округлившимися от восторга глазами.

— Вау! Ты разговариваешь с ним.

— Но как он тебя понимает?

— Невероятно!

Одно дело — завести нового домашнего питомца, совсем другое — получить пса-помощника стоимостью пятьдесят тысяч долларов, который изменит нашу жизнь. А еще мальчики уже сейчас видят, как Нэпал изменил меня: я улыбаюсь. Для них это почти чудо. Уже одного этого достаточно, даже если собака больше ничего для меня не сделает. Я целую вечность не был так счастлив, как сейчас, рядом с Нэпалом.

— А можно я буду его кормить? — спрашивает Блейк, мой старший сын.

Я чувствую, как сильно он хочет этого, а мне самому тяжело насыпáть собаке корм и наливать воду. У Блейка особый дар обращаться с животными — это разновидность магии. Я думаю, что он предложил хороший вариант. Блейк вне себя от радости, когда я назначаю его официальным кормильцем и поильцем Нэпала. Это будет его, и только его обязанность. Как и многие дети, Блейк тяжело выстраивает отношения с незнакомыми взрослыми. Иногда ему сложно понять, шутят люди или нет, и смотреть им в глаза. С животными все совсем по-другому. Особенно с моей новой собакой.

— Гулять, — говорю я Нэпалу.

Это означает, что он не на службе. Мальчики со своим новым другом несутся в сад. Они проводят там добрых полчаса, играя в мяч и катаясь по траве. После этого Блейк спрашивает, не пора ли кормить Нэпала. Я говорю, что сейчас самое время. Он в восторге.

Но больше всего мальчики рады тому, что я полон жизни и смеха. Одно лишь присутствие Нэпала каким-то образом делает счастливым их измученного болью отца. Кажется, собака способна снимать стресс и ослаблять боль, ведь именно боль делает меня таким мрачным и раздражительным. Этот пес, подаривший надежду, — невероятная радость для нас.

Блейк кормит и поит Нэпала. Я молча наблюдаю за этой прекрасной сценой. Грант и Остин отправились в игровую комнату посмотреть телевизор. Но Блейк к ним не присоединился. Он заставляет Нэпала лечь на спину в прохладной, выложенной плиткой гостиной, чтобы почесать ему живот. Взгляд у пса затуманивается, он вытягивает лапы от удовольствия.

Потом Блейк осторожно берет лапу Нэпала и касается его бархатисто-мягких подушечек своей ладонью. Рука к лапе. Мальчик и собака. Блейк дотрагивается до каждой из четырех лап Нэпала, словно это какой-то особый ритуал знакомства с псом.

Ничего себе! Просто невероятно. Эта собака — настоящий подарок. Мне действительно необходим был любящий пес, а не боец.

Да, я ошибался, когда думал, что мне нужен Джексон. На самом деле мне нужен был Нэпал.

Глава двадцать третья

Позже в тот же день мы с Нэпалом отправляемся в наше первое свободное плаванье: едем за покупками, только он и я. Мальчики выпивают столько молока, будто хотят уничтожить все мировые запасы, да еще я запиваю молоком свои обезболивающие, так что на семью получается чуть ли не ведро в день. Я должен купить два пакета, по галлону в каждом, и кое-что еще.

— Я прошелся твоей зубной щеткой по щетке для вычесывания. Чтобы удалить шерсть. Думаю, ты не возражаешь, — говорю я извиняющимся тоном, когда мы выезжаем за порог.

Кажется, Нэпал ничего не имеет против. Он в восторге от того, что отправляется на задание. И какое это будет задание!

Обычно я делаю покупки очень быстро. Люди передо мной расступаются. Их можно понять. По внешнему виду не скажешь, почему я оказался в инвалидной коляске. Может быть, у меня психические отклонения. Может быть, проблемы со слухом или речью. Люди боятся всего непонятного, поэтому самое простое — сделать вид, будто парня в коляске нет, и пойти дальше.

Итак, по супермаркету я всегда проезжаю очень быстро. Но сегодня все несколько иначе. Куда бы я ни повернул, меня постоянно останавливают, потому что хотят пообщаться с моим псом. Особенно детишки — их к нему так и тянет. В Нэпале есть что-то такое, что нравится детям. Они его обожают.

И тут возникает дилемма. Люди хотят гладить моего пса, но когда он работает, его нельзя отвлекать. У нас с Нэпалом уходит час на то, что обычно занимает пять минут. В определенный момент я испытываю самое настоящее раздражение. Мне хочется просто взять молоко и исчезнуть.

Меня зажали в угол в молочном отделе, и оттуда невозможно выбраться. Нарастает боль, и все, чего я сейчас хочу, — оказаться у себя дома и запить обезболивающие добрым глотком молока. Но Нэпал умеет поднять настроение кому угодно, и в конце концов я тоже начинаю улыбаться. Я успокаиваюсь, и боль волшебным образом исчезает. И вот я уже смеюсь со всеми остальными. Невозможно быть мрачным рядом с этой собакой.

— Нэпал, принеси хлеба. Сходи за хлебом.

Нэпал осторожно берет батон за тот конец, что в упаковке, и опускает в корзину, стоящую у меня на коленях. Толпа зрителей в восторге. Они словно завороженные. Если вы никогда не видели, как работает собака-помощник, то я вам скажу: это действительно впечатляет. Вы не представляете себе, какая прочная связь может быть между человеком и собакой, какое взаимопонимание. Даже кассирша с необъятными габаритами, кажется, растаяла. Раньше она едва замечала меня, а теперь расплывается в широкой улыбке.

— Вы прямо звезды! Вы и ваш пес.

Она складывает покупки в пакет и пристраивает его у меня на коленях.

— Вы же еще вернетесь, правда?

Я еду к машине. Обеими руками я управляю коляской, а в правой еще и зажат поводок Нэпала. По правилам и для его собственной безопасности пес всегда должен быть на поводке, когда мы находимся в общественных местах, хотя я знаю, что ему и в голову не придет отойти от меня хотя бы на шаг.

На полпути к машине что-то выпадает из пакета. Это упаковка сосисок — еще один из основных продуктов питания в семье Морган. Я уже наклоняюсь, чтобы поднять его, но вовремя одергиваю себя. Если нижняя половина тела у вас парализована, то, наклоняясь до земли, а потом снова выпрямляясь, вы почувствуете сильную боль. К тому же у меня на коленях стоит пакет.

Я напоминаю себе, что теперь со мной Нэпал.

Он восторженно смотрит на меня: «Можно я? Можно я? Можно?»

Это минута его славы.

— Апорт! — командую я.

Нэпал подхватывает сосиски и аккуратно засовывает в пакет, стоящий у меня на коленях. До машины еще далеко. «К черту все это», — думаю я. Я устал. Мне больно. Этот час в магазине оказался неожиданно жизнеутверждающим, но в то же время утомительным. «Пусть мне поможет собака».

Я берусь за специальную петлю, прикрепленную к «сбруе» Нэпала, и командую:

— Тяни!

Он бежит к машине. Если я смещаю руку влево, Нэпал поворачивает налево, и наоборот. Когда мы добрались до мерседеса, там уже собралась целая толпа. Знак на машине сообщает, что за рулем ветеран-инвалид. Думаю, большинство этих людей понимают, как я оказался в коляске. Они спрашивают, не помочь ли мне погрузить покупки. Я благодарю их и отвечаю, что мы с собакой справимся.

Мы с собакой можем справиться с чем угодно!

Скажу честно: последний раз я чувствовал себя в центре внимания, когда был высоким, загорелым, симпатичным парнем, который прыгал с парашютом и бегал быстро, как ветер. Я не обвиняю тех, кто косо смотрит на меня теперь. Тяжело наладить с человеком контакт, если не знаешь всех обстоятельств. Инвалидов легче игнорировать. Я понимаю это. Действительно понимаю. Но теперь, рядом с Нэпалом, мне кажется, что все по-другому. Может быть, это только сегодня так получилось. Может быть, со временем эта чудо-собака перестанет оказывать на меня такое воздействие. Но в данный момент я витаю в облаках. Точнее, качусь по облакам в коляске.

По дороге домой я думаю над нашим чудесным выходом в свет. Дело даже не в физической помощи Нэпала, не в том, как он мне служит, а в психологической и социальной поддержке. Сегодня в магазине он был моим мостиком ко всем этим обычным людям, к огромному внешнему миру здоровья и полноценной жизни. Этого я не ожидал. Об этом мне в СПНВ не рассказывали. И сейчас это стало для меня потрясающим открытием.