Е2-Е4 или совсем другая история. Часть 3. Дары Судьбы (СИ) - "Рада Девил" - Страница 190

– Но ты сам сказал, что тебе не хватает чувств. Если ты не ждешь их от меня, то чем тогда я могу тебе помочь? Я не понимаю, чего ты хочешь? – Диггори, казалось, немного разозлился. Он резко поднялся на ноги и, сложив руки на груди, уставился на Поттера, ожидая ответа.

– Да ничего мне от тебя не нужно. В смысле любви и тому подобного, – уточнил Гарри, садясь на кровати – лежать, когда Седрик смотрит на тебя недовольным взглядом сверху вниз, было не очень приятно.

– Одним словом – ты намекаешь, что нам необходимо расстаться? Так об этом мог бы сказать и раньше – не обязательно было сюда приходить, – наконец до Седрика дошло, о чем Гарри, щадя его самолюбие, не стал так резко сообщать.

– Мне требуется время, чтобы разобраться в себе, – уклончиво объяснил Поттер свое желание прекратить их встречи.

– И зачем ты устроил из этого мелодраму? – как бы Седрик ни старался делать вид, что ему безразлично заявление Гарри, он все же был расстроен и немного сердит. – И вообще – я мог бы сейчас трахать Корнфута, но пришел к тебе. Так ты не собираешься… – Диггори замолчал и вызвал Темпус. – Ох ты ж! Отбой был полчаса назад. Теперь уже и я ничего не собираюсь, – он махнул рукой. – Значит, решили – расстаемся, – все же на последнем слове его голос слегка дрогнул, выдавая, что не все так просто, как он хотел это показать – обида дала о себе знать. Не дожидаясь ответа, он направился к двери – резкие движения тоже красноречиво указывали на его недовольство результатами сегодняшней неудавшейся встречи.

– Да, расстаемся, – все же посчитал необходимым подтвердить его вывод Гарри и тоже поднялся, чтобы вернуться в факультетские апартаменты. На душе было муторно – вроде ничего плохого не сделал, а чувство, что кого-то подвел, не отпускало почти всю дорогу до подземелий.

***

Северус отложил последнюю проверенную контрольную работу студентов третьего курса. Общий итог успеваемости не очень отличался от среднего значения за все годы его преподавания – лучше всех с учебной программой справлялись слизеринцы и рейвенкловцы. Лень и инертность мышления все же не свойственна им в той же степени, как представителям двух других факультетов. Конечно, и среди учащихся этих передовых хогвартских домов есть те, для кого зельеварение остается своеобразной «терра инкогнита», и у них нет ни малейших шансов изменить положение дел в силу отсутствия врожденной склонности к этой тонкой магической науке. Но статистика – вещь упрямая.

Улыбнувшись своим мыслям, Северус перевел взгляд на карту Мародеров – он сегодня уделял ей совсем мало внимания, увлекшись проверкой письменных работ. Поттера не было ни в спальне, ни в факультетской гостиной, хотя сигнал отбоя уже прозвучал. Руки, казалось, сами собой потянулись к зачарованному пергаменту, переворачивая его так, чтобы рассмотреть западное крыло замка – обнаружив там значок с именем Гарри рядом с пометкой «Диггори», Северус не удивился. Однако теперь, после разговора с Томом и принятия для себя некоторых важных решений в отношении Поттера, его реакция на увиденное оказалась гораздо ярче и острее, чем раньше. Эмоции Северуса, практически получившего от партнера одобрение своим действиям, словно сорвались с цепи. Все в нем кричало: «Мой!»

Наблюдая за двумя нарисованными флажками с именами: одним таким родным и близким и другим, вызывавшим безотчетную злость – Северус испытывал безудержное желание отправиться в ту комнату, где сейчас находились эти два человека, и расставить все в сложившейся ситуации по местам. Он хотел доходчиво объяснить Диггори, что его место возле невесты, а не в постели Поттера. А что касается Гарри – то одолевала жажда схватить того за плечи и встряхнуть посильнее, чтобы он… Северус и сам не знал, что таким способом можно доказать, но его все равно не покидала мысль заставить Гарри прочувствовать всю силу внутреннего протеста самого Снейпа.

Когда отметка на карте с именем Диггори быстро начала перемещаться прочь из западного крыла, терпение лопнуло. Зная, каким путем Гарри прежде возвращался в подземелья, Северус бросился ему навстречу, отпуская свои чувства на волю. Это было исключительно импульсивное действие. Подталкиваемый собственническими инстинктами, скользя сознанием над гребнем своих эмоций, Северус жаждал заглянуть Гарри в глаза, словно от того, что он там увидит, зависела его жизнь. Хотя в некоторой степени это именно так и было.

Небольшой переход на втором этаже вел к одной из непопулярных лестниц, по которой можно было спуститься до заброшенного коридора в подземелье, откуда оставалось рукой подать до слизеринских комнат, если знать о наличии тайного прохода. Гарри о нем знал. Но не успел он добраться до лестницы, как ему навстречу выскочил Снейп.

– Что слу… – Гарри не договорил, заметив, что ухвативший его за плечи Северус явно не в настроении: его глаза недовольно сверкали в свете факелов, крылья носа трепетали, выдавая то ли нетерпение, то ли тщательно сдерживаемую злость. Гарри даже показалось, что Северус принюхивается к чему-то.

– Что ты делаешь в такое время вне спальни? – вопрос прозвучал сухо, но крайне требовательно.

– Эм-м… – Поттер отвел глаза – рассказывать о своей встрече в западном крыле он не собирался. Он вдруг понял, что его совсем не волнуют чувства и возможные обиды Диггори. Его больше интересовало – что происходит с Северусом и почему тот так встревожен?

– Очень информативно! – язвительная реплика прозвучала подобно пощечине, но не успел Гарри парировать замечание, как Северус снова спросил: – Неужели просьба не шляться в одиночку столь сложна для твоего понимания, что ты даже не собираешься прислушиваться к ней?

– У меня могут быть личные дела, – Гарри попытался отодвинуться от Северуса, но тот ему этого не позволил, прижимая к стене и не давая сделать ни шагу. – Да что произошло?

– Личные дела, говоришь? А твои «личные дела» уже успели дойти до гостиной Хаффлпаффа? – Северус чуть не выплевывал слова в лицо Гарри. Он какой-то частью своего сознания понимал, что делает что-то настолько не свойственное своей натуре, что, казалось, даже его собственный разум был в состоянии шока. Северус знал, что следует остановиться, но что-то дикое и необузданное в его душе впервые в жизни не давало поступить по правилам – оно подталкивало творить то, чего хотела его сущность. В их отношениях с Томом такого никогда не случалось. Хотя, возможно, им просто повезло не попасть в подобную ситуацию.

– Ты следил за мной? – глаза Гарри распахнулись от удивления, а затем Северус увидел, как в их глубине начал стремительно зарождаться протест, а щеки Поттера так густо покраснели, что это было прекрасно заметно даже при весьма скудном освещении. Дожидаться, когда Поттер начнет обвинять его в неэтичности действий, Северус не стал.

– Я не могу допустить, чтобы с тобой произошло что-нибудь плохое.

– Можешь быть уверен – со мной все хорошо. Просто прекрасно! Отпусти меня! – Гарри терялся в догадках, что же вызвало столь неожиданную реакцию Северуса. И вдруг он всего на один краткий миг подумал, что его ревнуют – эта мысль показалась такой желанной, что Поттер даже испугался того, куда его завели предположения. Он неосознанно уставился на губы Северуса, в это время произносившего не очень приятные слова, смысл которых несколько терялся для Гарри, витавшего в своих соблазнительных грезах:

– И абсолютно не смущает, что он обручен?

– Почему меня это должно смущать – это его проблемы. Я никому не изменяю, – только ответив, Гарри понял, что сказал, и его взгляд испуганно скользнул по лицу Северуса, останавливаясь на его почти гневном взгляде.

– А как же подружка? Она дала свое благословение? Или ты не против, что тебя используют, чтобы сохранить ее девственность? – в вопросах Снейпа были слышны презрение и что-то очень похожее на обиду, заставляя Поттера и вовсе потерять терпение из-за того, что он не понимал подоплеки происходящего.

– Да что такого? Какое тебе дело? Ты же не… – и тут в глазах Северуса мелькнула такая острая боль, что Гарри чуть не содрогнулся.