Истории из жизни (СИ) - "AnitaMidzu" - Страница 221

Асмодианин собрал себе ещё бутерброд. Его совершенно не коробило обсуждать с белокрылым подобные вещи.

— Непривычно тебе после отцовского дома в такую помойку, — вдруг заявил Корунд. Фраза прозвучала скорее утверждением, нежели вопросом. Аскольд на мгновение отвлёкся от чая, чтобы пожать плечами.

— Любую помойку можно превратить в дворец, если иметь силы, время и желание. А поскольку я молодой и бездомный, но при этом любящий комфорт, проблем не возникнет. Если, конечно, ты не будешь препятствовать.

Странная была формулировка. Даже не вопрос, а скорее констатация факта, почти как у Корунда. Кажется, эти двое говорили на одном языке.

— Развлекайся, — северянин повёл рукой, жестом подкрепив свои слова, мол твори, что хочешь. — Только осторожно с выходами на улицу. Здесь редко, но бывает шляются всякие… придурки.

— Я не буду выходить из дому без маскировки, — пообещал юноша. Ему и самому не улыбалось сорвать весь план из-за подобной нелепой случайности. Всё должно быть идеально и под контролем. — Да и чужака, думаю, почую.

Намёк явно был на легата Берка, но Аскольду об этом знать не полагалось. Перекус продолжился, постепенно тарелка пустела. Невзирая на поганое состояние жилья, продукты были довольно свежими: хлеб мягким, а мясо ароматным и пряным.

— Пойдём, покажу печку, — предложил Корунд и встал с пола, захватывая поднос с тарелкой. В несколько глотков допив чай, Аскольд поднялся на ноги и последовал за асмодианином.

Как оказалось, проблем было две. Во-первых, отваливалась дверца. Ею, судя по всему, очень часто и сильно хлопали, потому кованые петли попросту не выдержали. А во-вторых, на боку самой печи красовалась глубокая вмятина, как будто в неё с силой вломили чем-то. Хотя самой кухне тоже приходилось видать лучшие дни: половина дверец на шкафах перекосилась, а в одном месте было выбито декоративное стекло, являя собой пустоту на полках.

Посуды у Рыжего было удивительно мало, видимо её постигла участь быть разбитой. Убийца прислонился бедром к столешнице и выудил из-под дублета небольшую флягу.

— Тут ещё рюкрог забрался однажды… умф… я забыл запереть дверь, — произнёс северянин и, свинтив пробку, сделал глоток. На стене и впрямь красовались следы от когтей. — Искал что пожрать.

Фронт работ предстоял немаленький. Аскольд обвёл кухню взглядом и тихо присвистнул.

— Не думал, что эти звери забираются в жилище. Наши каллифы поосторожнее будут, — Аскольд повернулся к Рыжему и спросил: — Инструменты хоть какие-то есть? Я тут наведу порядок.

Юноша определённо радовал своей самоуверенностью. Иногда он напоминал Корунду его самого, молодого, бесстрашного… и порой наивного.

Вопрос об инструментах поверг асмодианина в ступор. Раньше он и манекены мастерил себе сам, поскольку готовых купленных у торговцев надолго не хватало. А теперь проще было сжечь старый и поставить новый, своими руками уже давно хотелось только убивать и ничего более.

— Ну… — многозначительно выдал Корунд. Ещё пара глотков крепкого напитка из фляги прокатилась по горлу. — Кое-что было. Пойдём посмотрим, ящик в подвале.

Подвал Рыжий не посещал уже несколько месяцев, подняв оттуда всё нужное в виде запаса аделлы, алхимических зелий и точильных камней. Подвал хранил воспоминания, которые зачастую доводили северянина до бешенства. Но теперь в компании юноши северянин был готов спуститься туда снова. В конце концов, не станет же он в присутствии гостя бить стёкла и доламывать печь?..

Старые ступени привели даэвов в небольшое довольно холодное помещение. Свет здесь давала плоская лампа под потолком. В объёмном ящике обнаружились плотницкие инструменты и пригоршня гвоздей разной длины. К счастью, плесень и ржавчина обошла это место стороной. Видимо причиной тому был пресловутый холод.

— Это всё, что есть, — произнёс Рыжий, — если что, всегда можно смотаться за недостающим в крепость.

— Думаю, мне хватит, — Аскольд задумчиво взвесил в руке вытащенный молоток и кивнул. — Разве что только за гвоздями. Их маловато. Но это потом. Для печки хватит и этого.

Даэвы вновь поднялись наверх. Элиец всё искоса поглядывал на Корунда, следя за его реакцией. Но тот пока ничего предосудительного делать не собирался. Или, по крайней мере, мастерски это скрывал.

— В принципе, сейчас и займусь, — решил юноша, подходя к печке и раскладывая рядом нужные инструменты. — Ужинать будем уже горячей едой.

Первым делом Аскольд решил выправить вмятину. Ухватив молоток, он принялся осторожно выстукивать металлическую поверхность, выпрямляя её.

Корунд наблюдал за юношей, периодически прикладываясь к фляге. Испорченная в приступах гнева печь постепенно обретала вменяемый вид, а сам асмодианин мрачнел тем сильнее, чем глубже уходил в размышления. «Добром это не кончится», — отрешённо подумал убийца. Идея оглушить гостя, связать и силком вернуть домой показалась ужасно заманчивой. Мыслей о том, что Аскольд уже не мальчишка, а вполне себе достойный боец, у Рыжего не возникало. Рука убийцы машинально коснулась тяжёлого ковша, почерневшего от копоти. Поначалу асмодианин ещё что-то готовил сам, подвешивая посудину над огнём в камине.

— А знаешь что, — вдруг произнёс Корунд, одёрнув самого себя и отпустив металлическую ручку. — Я, пожалуй, смотаюсь в крепость. Захвачу пожрать и пополню запас, — Рыжий взболтал пустеющую флягу.

О том, что помимо всего ему ужасно хотелось проветрить голову от идей избавиться от элийца, северянин умолчал, поскольку сам не был до конца уверен в своих желаниях.

— Ладно, — отозвался Аскольд, на мгновение отрываясь от работы. — Захвати заодно краски. Замажу это безобразие и будет как новенькая. А ещё скажи, где топор, я потом дров нарублю на ночь. Пригодятся. А то я мёрзну, кошмар, не хочется подхватить простуду.

Выдав эту незамысловатую тираду, юноша вернулся к работе. Через некоторое время об огромной вмятине напоминали только небольшие шероховатости и царапины, скрыть которые должны были несколько слоев краски.

Аскольд принялся за дверцы. Часть из них удалось прикрутить на место, даже не снимая. Другие всё же пришлось снять и выровнять погнутые крепления. Дверцу с разбитым стеклом элиец тоже снял, планируя чем-нибудь заменить острые осколки.

«Решетку что ли вбить, — задумчиво прикидывал юноша, — или завитушки какие-нибудь из полос выгнуть…»

Перед уходом Корунд объяснил Аскольду, где найти топор. Эта вещь тоже не была затронута ржавчиной и, что удивительно, оказалась довольно острой. Сам Рыжий покинул дом пешком. Он планировал добраться до крепости своим ходом, не пользуясь свитком. Склон горы был идеальным местом для того, чтобы расправить крылья.

Однако вопреки ожиданиям асмодианина, ледяной ветер, ударивший в лицо, вовсе не способствовал отрезвлению мыслей. И дело было отнюдь не в содержимом фляги, которое Корунд допил залпом перед прыжком.

«У тебя дома остался элиец, — ехидничал внутренний голос, — которого ты сам пустил на порог. Идиот».

Рыжий вытянулся струной и прижал руки к телу, ускоряя полёт. Ветер усилился, а в лицо начали впиваться мелкие колючие льдинки. В итоге Корунд приземлился на ноги и кувырнулся по снегу, чтобы не пропахать носом. От такого маневра, внутренний монолог затих.

Отряхнувшись, следопыт поспешил в крепость. Пробежка через лес была одним из немногих занятий, коими он до сих пор не брезговал. На этом участке редко попадались гости из другой половины Атреи, потому за свою безопасность отставной офицер не беспокоился.

Вернулся домой Корунд уже ближе к вечеру. Он купил и гвозди, и краску, и всякой провизии, которую можно будет сгрузить в холодный шкаф. Не забыл убийца и наполнить свою флягу, захватив и бутылку из таверны.

На подходе к крыльцу червячок сомнений снова коснулся сознания асмодианина. «Ты правда планируешь оставить его у себя? Мозгов даже к пятой сотне лет не накопишь», — здравый смысл язвительно ухмылялся. Рыжий протянул было руку, чтобы открыть дверь, но замер в ступоре, глупо хлопая глазами. Ситуация действительно была крайне нелепой.