Грани лучшего мира. Дилогия (СИ) - Ханыгин Антон - Страница 209

   - Где-то там, да, - не слишком уверенно ответил реамант. - Примерно.

   - В таком случае не будем терять время, - произнес король и шагнул вперед.

   - Постойте, Ваше Величество, - остановил его Миро, подталкивая к воронке Аменира. - Пусть он идет первым.

   Опасения бывшего марийского военачальника можно было понять. От одного вида ирреальной воронки начинала болеть голова, темнело в глазах и появлялась тошнота. Страшно даже представить, что произойдет с телом, если пройти сквозь окно сжатого пространства. Может быть, все будет в порядке. Или нет...

   - Мне понятно ваше недоверие, - вздохнул реамант. - Как скажете. Я пойду первым.

   Аменир вплотную подошел к воронке и внимательно осмотрел ее. Кажется, она стала меньше. Все-таки весьма вероятно, что защитный механизм реальности еще работал и пытался избавиться от искажений в действительности. Значит, надо торопиться, иначе след Этикоэла будет потерян.

   В очередной раз тяжко вздохнув, реамант зажмурился и шагнул в неизвестность. В лицо подул холодный ветер, земля ушла из-под ног, а центр тяжести растекся по всему телу Аменира, но тут же вернулся в прежнее состояние лишь для того, чтобы швырнуть юношу о камни. Вскрик испуга и боли вылетел из его груди вместе с остатками воздуха. Низкое серое небо, швыряющее в лицо распластанного человека редкие колючие снежинки, медленно скрылось за гудящей черной пеленой. Кар потерял сознание.

   Когда сквозь дымку беспамятства начали проступать очертания реального мира, вокруг юноши уже стояли солдаты, Бахирон и Миро. Они потирали ушибленные места, кое-кому вправляли вывих, но в целом все перенесли путешествие сквозь пространство без особых последствий. Сама ирреальная воронка, висящая высоко над их головами, уже отползла куда-то к югу и практически затянулась. Значит, механизм саморегуляции ткани мироздания все-таки пытался восстановить статус-кво до начала кошмарных искажений, созданных Этикоэлом Тоном. Увы, если сломанное еще можно было починить, то мертвое вернуть к жизни уже невозможно...

   "Как-то неловко я вывалился из воронки... - подумал молодой реамант, с каждым вдохом ощущая тупую боль в спине. - Хорошо, что она хотя бы в воздухе повисла, а не оказалась где-нибудь под землей. Были бы мы все сейчас погребены заживо..."

   - Силоф, - коротко прокомментировал Миро, повернув лицо навстречу ледяному ветру, дующему с гор.

   Аменир поднялся на ноги и тоже посмотрел туда, куда были обращены взгляды всех присутствующих. Там, в ущелье, опершись стенами о гигантские горные склоны, стояла крепость из темно-серого камня. Юноша никогда прежде не видел Силоф, он почувствовал себя песчинкой перед рукотворной горой, крохотным человечком перед огромным трупом великана, ящерицей в тени дракона. Знаменитый северный оплот Алокрии был способен сдержать натиск любой армии, но проиграл в сражении с временем.

   - Прошло много лет с тех пор, как я посетил крепость в последний раз, - произнес Бахирон с печалью в голосе. - Все так сильно изменилось.

   Часть стен обрушилась, ветры сорвали с башен кровлю, а за приоткрытыми деревянными воротами виднелась полуопущенная ржавая решетка. Силоф казался совершенно безжизненным, и только развевающиеся флаги Фасилии добавляли немного движения в эту мертвую картину.

   - Кассий был здесь, - Миро впился взглядом в крепостные стены, однако дозорных на них не обнаружил. - Но где он сейчас?

   - Скорее всего, вернулся в Фасилию. Джоанне все-таки удалось уговорить его не развязывать войну, - Бахирон нахмурился. - А вот где она сама - вот вопрос. Впрочем, если Кассий предложил ей переждать опасность на родине, то она, должно быть, согласилась.

   "Но по собственной ли воле Джоанна последовала за ним? - взволнованно подумал король, скрывая ото всех свое беспокойство. - Она должна родить нашего сына. Неужели Кассий хочет использовать их в своей игре?.. Нет, он хоть и одержим желанием отомстить, но не будет опускаться до такой подлости. Слишком бесчестно и бесчеловечно. Это ведь его дочь и внук. Однако в то же время они - королева Алокрии и наследник алокрийского престола..."

   - Вы беспокоитесь о своей супруге и вашем ребенке? - Миро все-таки понял, что означает странный взгляд короля.

   - Знаешь же, как у нас принято говорить, - грустно усмехнулся Бахирон. - Не время для любви. Уверен, с ними все в порядке. А вот мы стоим на месте.

   - Ждали, пока наш фокусник в себя придет, - мариец покосился на смутившегося Аменира. - Кстати, зачем Этикоэл направился в Силоф? Он сейчас там?

   Потупив взгляд, молодой реамант ответил:

   - Я не знаю. Он никогда ни о чем подобном не говорил.

   - Он что-то ищет внутри крепости? - не отставал Миро. - Что там может быть такого важного для него?

   - Не знаю...

   Бывший военачальник раздраженно скривился, но быстро взял себя в руки. "Слишком уж этот мямля сейчас полезен. И король Мур, кажется, его ценит. Понять бы еще за что..."

   - Но что бы это ни было, оно находится внутри, так? - сдержанно спросил По-Кара.

   Аменир неопределенно повел плечом.

   - Надо посмотреть поближе. Определенно могу сказать только одно - оттуда идет очень мощный фон энергии искажения реальности, но это сделали не ветры купола. Мастер Этикоэл использовал внутри Силофа реамантию, мы должны быть осторожны.

   - Но погони он не ждет, в этом наше преимущество, - произнес король, положив ладонь на рукоять меча и шагнув по направлению к темно-серым стенам. - Вперед.

   Чем ближе они подходили к крепости, тем более безжизненной она казалась. Куда делся алокрийский гарнизон, где армия Фасилии, что тут пытался найти Этикоэл Тон? Ответы были там, за приоткрытыми воротами и полуопущенной решеткой. И правда оказалась страшнее любых предположений.

   Весь внутренний двор был усеян трупами фасилийских солдат, а в палатках и сколоченных наспех хижинах лежали мужчины в прохудившейся одежде, какую обычно носили жители северной Алокрии. Видимо, это были беженцы, попытавшиеся скрыться от ужасов, заполонивших всю страну, но даже в самом надежном укрытии под защитой мощной армии Кассия их настигла смерть. Бахирон и его солдаты настороженно шли вперед, обходя изувеченных людей, павших от руки реаманта. Большинство из них Этикоэл убил простыми и действенными способами. Заставить сместиться кости в организме человека - плевое дело, учитывая, что защитный механизм реальности временно вышел из строя.

   На лицах мертвых фасилийцев и алокрийцев, если, конечно, их черепа не были смяты в небольшой шарик, обернутый в кожу и волосы, застыли недоумение и страх. Повсюду встречались тела с разошедшимися в разные стороны ребрами, оголившими внутренности, которые уже припорошили острые снежинки. Иные же страдальцы лежали на промерзшей земле с торчащими из рук и ног костями - они так и умерли, истекая кровью из разорванных конечностей и не имея ни малейшей возможности пошевелиться. Возможно, самая милосердная смерть пришла к тем, чей позвоночник был скручен в спираль. Во всяком случае, они ничего не почувствовали, хотя, изумленно разглядывая собственные спины, им довелось испытать леденящий ужас от осознания надвигающейся гибели. Впрочем, жили в подобном состоянии они очень недолго.

   - Этикоэл пришел в Силоф, чтобы всех убить? - опешил Миро.

   - Нет, он здесь не за этим, - покачал головой Бахирон. - Он избавлялся преимущественно от солдат и тех, кто мог оказать ему сопротивление. Остальным он дал сбежать - палатки и хижины для беженцев во внутреннем дворе рассчитаны на гораздо большее количество людей, чем число жертв.

   Аменир остановился возле одного из трупов, вся кожа которого была покрыта волдырями, в глазницах затвердели остатки студенистого вещества глаз, а у рта, носа и ушей остались следы от алой пены. Видимо, эффект от смещения костей становился все слабее с каждым новым человеком, подвергшимся искажению. Саморегуляция ткани мироздания заставляла Этикоэла прибегнуть к иному способу убийства, но очевидно, что тратить свое время на фасилийских солдат он не собирался, поэтому просто вскипятил их кровь, заставив свариться изнутри.