Грани лучшего мира. Дилогия (СИ) - Ханыгин Антон - Страница 190

   - Они безоружны, - пробормотал Аменир, рассматривая людей у купола. - Вчерашние крестьяне, мелкие торговцы и ремесленники. Они просто отчаялись и поверили словам лжепророка Судьбы, потому что перестали доверять Комитету. Зачем их убивать, мастер Шеклоз?

   - Вы сами ответили на свой вопрос, - улыбка шпиона заблестела немного ярче. - Они отчаялись и перестали доверять Комитету.

   - Но они же люди! - возразил реамант. - Я не могу поверить, что вы сейчас думаете о политике и сохранении власти Комитета. Это на вас не похоже.

   Мирей изумленно вылупил глаза и едва не задавился смехом, рискуя лишить готовящуюся атаку эффекта неожиданности. Его мнение о Шеклозе существенно отличалось от представлений Аменира.

   - Сперва скажите мне, уважаемый реамант, слышали ли вы проповеди культа Судьбы? - поинтересовался глава Тайной канцелярии, проигнорировав комита колоний, который истерично трясся от сдерживаемого хохота.

   - Один раз. На улице в Новом Крустоке. Там был человек, назвавший себя Глашатаем, он говорил что-то бессвязное, я не вникал. Но за ним пошло много людей...

   - И люди эти не вернулись, - закончил за него Шеклоз. - Признаюсь, я обо всем этом знал, но не стал мешать им. Хотите спросить почему? Потому что отчаяние распространялось среди горожан и беженцев как чума. Если бы адепты культа Судьбы не увели за собой готовых сорваться людей, то вскоре нам было бы некого спасать. Поддавшись отчаянию, человек становится опаснее и ветров, и купола, и вообще всего ирреального. От внешней угрозы можно убежать, спрятаться, от нее можно избавиться, чем бы она ни была. Но от внутренней - никогда.

   Как всегда, Мим был очень жесток в своей правоте. Но почему же Амениру так сложно принять ее? Он ведь прекрасно понимал ход мыслей главы Тайной канцелярии, но никак не мог согласиться с ним. Опять эта проклятая разница между "правильно" и "по-человечески"...

   - Они же люди... - растерянно повторил реамант.

   Ему на миг показалось, что в глазах шпиона промелькнуло одобрение.

   - Вы видите мир совсем не так, как я, - с какой-то грустью в голосе произнес Шеклоз. - И я очень надеюсь, что вы никогда не примите мою точку зрения. Но, увы, сейчас я должен указать вам на одну неточность в вашем отчасти справедливом замечании.

   - То есть?

   - Вы сказали, что они люди, - улыбнулся глава Тайной канцелярии. - Но на самом деле они пока еще люди. Именно "пока еще". Смотрите сами...

   "Пока еще?", - Аменир не совсем понял, что имел в виду Шеклоз, но все же последовал его совету. А ведь если присмотреться, то культисты вовсе не выглядели напуганными и держали их тут явно не насильно. Зачем они так рискуют своими жизнями? Причем купол способен сотворить с человеком вещи, которые в разы ужаснее любой смерти. Неужели они действительно так сильно прониклись идеями фанатиков, вещавших якобы от имени Судьбы?

   Аменир увидел, как человек в багровых одеяниях поманил кого-то рукой. Из толпы вышла женщина в платье, которое некогда было отличительным признаком жены достаточно зажиточного ремесленника. Теперь оно все было изорвано и покрыто пятнами грязи. Судьбе ведь абсолютно не важно, в каких сшитых кусочках разноцветной ткани перед ней предстают люди, так зачем же забивать себе голову такими пустяками, как одежда?

   Глава этих культистов отошел в сторону, пропуская женщину к куполу. Она уверенно подошла к кромке беснующегося грязно-золотистого света, и в следующий миг ее наполненный болью и экстазом крик расползся по внешней оболочке купола, которая жадно впитывала в себя чувства, эмоции и мысли очередной добровольной жертвы. Сияние подхватило иссушенное тело в изорванном платье и, растерев в мелкую пыль, развеяло женщину по ветру, вьющемуся вокруг жидкого золота небольшого лучика ирреальной энергии. Так она приняла свою судьбу.

   - Пустая смерть, - прошипел Ачек, стиснув зубы от ярости и негодования. - Их остатки жизни уходят в никуда, владыка не в силах подарить им единственно истинное! Я должен освободить их ото лжи...

   Он выхватил кинжал и был готов броситься к куполу, но Шеклоз остановил его.

   - Успокойся, - голос шпиона как будто парализовал сектанта. - Через минуту мы положим конец их заблуждению. Почитаемый тобой Нгахнаре останется доволен.

   - Это неправильно, - севшим голосом произнес Аменир, отказываясь верить своим глазам. - Они действительно убивают себя. Но... это ведь еще не повод нападать на них.

   - Проблема не только в том, что они убивают себя, - вздохнул Шеклоз, явно разочаровавшись наблюдательностью юноши. - Взгляните вот туда.

   Реамант проследил за его взглядом и тут же пожалел об этом. Его глазам предстала гротескная картина, написанная рукой безумного художника, замысел которого не имел ничего общего ни с искусством, ни с человечностью, ни с настоящей реальностью...

   Трупы, гора трупов. Их изувеченные тела давали понять случайному свидетелю, что убиты они не человеком, преследующим личную выгоду в чужой смерти, и не животным, страдающим от ужасного голода, который вынудил его напасть на людей. Нет, их убило нечто, чему не место в нормальном и упорядоченном мире. Оно разрывало культистов на куски, выворачивало их наизнанку, жестоко и неумолимо расправлялось со всеми, кому не посчастливилось оказаться рядом с кошмарным порождением ирреального. Сложно даже представить анатомию существа, которое в силах разорвать человека изнутри - многие люди лежали ни земле, раскинув переломанные и частично отсутствующие конечности, а их нутро было аккуратно выворочено наружу, из-за чего они становились похожими на кровавые звездочки, которые сияли яркими лучиками размотанных внутренностей, лопнувших мышц, порванной кожи и брызг крови. А на застывших лицах трупов, если, конечно, от головы вообще что-то осталось, сияли счастливые улыбки людей, наконец-то избавившихся от своего жалкого существования в этом мире. Они были уверены, что смерть настигнет их в любом случае, так почему бы не попытать счастья в попытке умилостивить Судьбу через добровольное и скорое принятие предначертанного?.. И вот теперь их изуродованные тела слегка колыхались на потоках песка, перемешанного с фиолетовой тьмой, которая удивительным образом отслаивалась от грязно-золотого свечения купола.

   Аменир никогда прежде не видел столько мертвецов. В горле юноши встал ком, не позволяющий свободно дышать, кровь отлила от головы и во всем теле чувствовалась неестественная легкость, как при падении. Еще немного - и он потеряет сознание. "Кажется, я понял, что имел в виду мой учитель, - мелькнула одинокая мысль во внезапно опустевшей голове реаманта. - Все это время я хотел сделать наш мир лучше. А мастер Этикоэл стремился изменить его, чтобы он не был столь ужасным. И его видение лучшего мира намного ближе к реальности..."

   - Приведи его в чувство, Шеклоз, пока наш неженка совсем не откинулся, - с нескрываемым презрением проворчал Мирей. - На всякую невозможную чепуху он, значит, никак не реагирует, а при виде пары десятков трупов глазки закатил и побледнел так, словно собрался составить им компанию...

   - Я в порядке, - пробормотал Аменир. - Но что же это такое?

   - А вы еще не поняли? - Шеклоз спрятал так и не пригодившийся бинт с пахучим антисептиком. - Энергия купола ведь не только убивает, но и превращает людей в ужасных созданий. Судя по всему, здесь мы можем наблюдать последствия подобного явления.

   Нет, реамант вполне отчетливо представлял, что именно произошло у купола. Но в его голове никак не укладывалось - зачем они убивают себя, чему они радуются, какое может быть облегчение от смерти и как вообще можно позволить себе стать чудовищем, которое начнет жестоко истреблять все живое на своем пути?

   - Их надо остановить! - Аменир был готов броситься в кратер, но Шеклоз остановил его, поймав за руку.

   - Что же вы такие нетерпеливые, что вы, что ваш друг Ачек, - вздохнул шпион. - Я знаю, что их надо остановить. Именно этим мы сейчас и займемся.