Грани лучшего мира. Дилогия (СИ) - Ханыгин Антон - Страница 179

   - По столице Евы никогда не будут свободно разгуливать бандиты и убийцы! - взвизгнул Ером.

   - Они уже это делают, - раздраженно поморщился комит колоний. - Только сейчас они мародерствуют, но если поймут, что у них есть шанс начать новую жизнь или хотя бы избавиться от обвинений на какое-то время, то встанут на нашу сторону.

   Наместник благоразумно замолк. Что бы он ни говорил, его слова оборачивались против него самого. Когда-нибудь Ером будет диктовать свою волю, обязательно будет. Но пока следует помолчать.

   - И кто же тогда останется в составе отряда, идущего к куполу? - спросил Ачек.

   - Я приказал снарядить боевой корпус Тайной канцелярии. Пусть моих агентов не так много, но они настоящие профессионалы, - ответил Шеклоз. - Еще с нами отправится примерно сотня людей из городской стражи и ополчения, отобранных лично Миреем Силом...

   - Командовать ими буду я сам, - перебил шпиона комит колоний. - Надеюсь, ты понимаешь почему.

   - Так будет даже лучше, - улыбнулся Шеклоз. - И, наконец, уважаемый наместник великодушно предложил нам свою помощь, выделив три десятка лучших солдат Евы из числа личных телохранителей и дворцовой стражи.

   - А ими буду я командовать, - заявил Ером, следуя примеру Мирея.

   Глава Тайной канцелярии окинул наместника уничижающим взглядом. Страна низвергнута в пучину хаоса, ирреальные ветры грозятся перетереть весь мир в песок, оставив после себя лишь пустыню невозможной природы, а презренный мариец вздумал гнаться за личными интересами. По-Геори что-то задумал, и это явно никак не касалось купола и спасения Алокрии.

   - Будь по-вашему, - согласился Шеклоз, хотя в его голосе отчетливо была слышна угроза. - Я полагаю, вы прекрасно помните, что именно мы делаем и зачем.

   - Б-безусловно, - судорожно кивнул Ером.

   - Тогда я могу не беспокоиться, что кто-нибудь решит ударить мне в спину, пожертвовав интересами всей Алокрии ради некой собственной цели, - белые зубы в хищном оскале шпиона заблестели, покрывшись слюной. - Я, знаете ли, болезненно пережил предательство Маноя Сара и его фармагиков. Даже представить боюсь, что я могу сделать от расстройства с тем человеком, который вдруг осмелится пойти по стопам нашего уважаемого главы Академии и предаст Комитет...

   Вполне прозрачный намек. Напустив на себя предельно невинный вид, Ером как бы невзначай посмотрел на Мирея и наткнулся на его раздраженный взгляд. Комит колоний тоже недолюбливал наместника, хотя еще не решил из-за чего - трусости и малодушия или марийского происхождения. В любом случае союзников у По-Геори в Комитете не было. Впрочем, это даже хорошо - связи с изменниками Алокрии ему совсем ни к чему. Виновники гражданской войны обязательно будут казнены, это лишь вопрос времени.

   - Со всеми присутствующими в этом зале выходит около ста пятидесяти человек, - подвел итог Ачек. - И примерно три четверти из них ни на что не годны. У нашего предприятия весьма сомнительные перспективы, мастер Шеклоз.

   "Со всеми присутствующими в этом зале... - вздохнул Демид Павий. - Значит, мне придется идти с ними. Хотя чего я жалуюсь? Планировал самоубийство - получил самоубийство. Не так весело, как хотелось бы, но в кои-то веки все идет по моему плану..."

   - Я рассчитываю встретить Бахирона Мура и его отряд. Думаю, они согласятся составить нам компанию, - глава Тайной канцелярии выразительно посмотрел на лидера смертепоклонников. - Надеюсь, у вас с королем не возникнет никаких разногласий. Он уничтожил полюбившуюся тебе секту, но не следует...

   - Владыка Нгахнаре призвал их к себе. Такова его воля и спорить с ней бессмысленно, - Ачек улыбнулся уголком рта. - Можете не беспокоиться, мастер Шеклоз, у меня нет претензий к королю Бахирону.

   - А он вообще жив? - недоверчиво спросил Мирей. - С момента разгрома секты от него не было никаких вестей. Да и много ли у него осталось людей, после столь долгой борьбы с чудовищами?

   - В лучшем случае выжила половина из них, - прикинул Шеклоз. - Если сам король мертв, то это избавляет нас от массы неудобств и траты времени на доклады, разъяснения и оправдания. Комитет примет командование остатками его отряда на правах последнего действующего в Алокрии органа власти...

   Мирея насторожил тон, с которым шпион высказывал свои расчеты. Смерть Бахирона Мура действительно будет ему только на руку. Неужели Мим собирается избавиться от него? Этот человек без малейших колебаний столкнул Илию и Марию в кровопролитной войне, руководствуясь собственными интересами и вбитыми себе в голову идеями о великом будущем для всей страны, а уж перед убийством короля он не остановится и подавно. Особенно сейчас, когда народ Алокрии считает Бахирона погибшим и надеется только на Комитет, если у кого-то вообще еще остались силы на надежду.

   - У меня есть вопрос, - произнес Мирей, встав со своего места и опершись обеими руками на стол, как он обычно делал, когда речь заходила о чем-то действительно важном. - Если мы встретим живого Бахирона Мура, то Комитет будет подчиняться королю?

   Присутствующие с интересом посмотрели на Шеклоза, за исключением безразличных к политике сектантов и дикарки. Действительно, ранее о подобном речь никогда не заходила, ведь все с самого начала считали, что Комитет был и остается органом, который создан королем и подчинен только ему, обладая при этом нейтралитетом в вопросе урегулирования кризиса гражданской войны. И только теперь все заметили в речах главы Тайной канцелярии один неброский, но весьма существенный момент - он считает Комитет не "одним из" и не "временным", а единственным оплотом власти в Алокрии. Казалось бы, такая мелочь, но говорила она о многом.

   Так кто же кому подчиняется сейчас? Для Шеклоза этот вопрос оказался неожиданным. Откровенно говоря, он давно перестал считать Бахирона Мура королем, но у него это вышло как-то незаметно для самого себя. И шпион не знал, что ему следует сказать, ведь любой ответ окажется неверным, а его положение станет еще более шатким. Он отчасти смирился с ролью злодея, но не собирался омрачать свой образ все новыми и новыми грехами, иначе все благие побуждения и решения, приведшие Алокрию в счастливое будущее, будут восприняты как чистое зло. Люди сами отрекутся от лучшего мира только потому, что он сотворен руками кровожадного предателя.

   И что Мим должен ответить в окружении стольких свидетелей? Если сказать, что Комитет подчинялся и подчиняется алокрийскому монарху - никто ведь не поверит. Заявить, что в настоящих условиях Комитет обрел власть, которая превосходит королевскую - тогда после избавления от купола, если, конечно, получится его уничтожить, Шеклоза ожидает скорая расправа, и тогда достижения шпиона будут признаны злодеяниями, а жизнь в Алокрии станет только хуже...

   Молчание затягивалось, оно скапливалось на потолке и срывалось вниз крупными каплями, задевающими натянутую паутину нервов. Стоило ли беспокоиться Шеклозу, который мог жить вечно и бесконечно повторять свои попытки, пока наконец не преуспеет? Скорее всего, да. Долгой жизнью он, безусловно, похвастать мог. Вот только долголетие не спасет от удара кинжала в спину, яда в вине или секиры палача. А от насущных проблем и подавно - ирреальные ветры влекут за собой нечто похуже смерти, заговоры бывших подельников не сулят ничего хорошего в ближайшем будущем, а восстановление разрушенной страны может так и не начаться, если народ почует разлад в верхушке власти и решит все взять в свои руки, затопив руины Алокрии кровавым приливом анархии. И что самое неприятное - в любой момент глава Тайной канцелярии мог потерять память и очнуться совершенно другим человеком, чего нынешний Шеклоз хотел бы избежать, хотя бы пока страна не ступит на указанный им верный путь.

   "Что-то я ищу поводы для беспокойства на пустом месте...", - подумал Мим и со спокойной улыбкой произнес:

   - Никто никому не будет подчиняться. Комитет и Бахирон Мур сейчас находятся в одинаковом положении. Мы и он - практически никто. Король уничтоженной страны и правительство еще несуществующей страны. Как-нибудь договоримся.