Мальтийское эхо (СИ) - Саврасов Игорь Фёдорович - Страница 48

— Хорошо. Давай на пару минут задержимся здесь, — попросил мужчина.

Они подошли к красивому водоему с папирусами, утками и рыбами.

— Это и есть источник? — спросила женщина.

— Видимо, да.

— А кто такой этот Алфей?

— Сын Зевса.

— И вот здесь они слились?

— Вероятно, здесь.

Верочка достала монетку, поцеловала ее и бросила в воду. Стала какой-то отрешенной, милой. Прикрыла лицо ладошками и что-то прошептала.

Андрея Петровича тронула эта нехарактерная для Снежной Королевы девичья открытость. Это свидетельствовало, что душа молодой женщины еще доверчива и к людям, и к Случаю, и к Судьбе!

Они ехали по красивой Via Savoia.

— Какая «ухоженная» улица, и название мне напоминает что-то романтичное и респектабельное, — сказала женщина.

— Это название территории, принадлежавшей и Франции, и Италии, но ты-то вспоминаешь названия гостиниц, ресторанов, кораблей из Бунина, Набокова, Ремарка и Хемингуэя.

— Точно! Ты опять все почувствовал верно! — воскликнула Верочка.

Машина проезжала по мосту Умбертино.

— Притормози! Смотри, какие яхты. Особенно вот тот огромный парусник, черной отделки, — женщина почти стонала от удовольствия, — и название прелестное: «Luna», — пауза. — Хочу шикарную яхту! — капризно закончила она.

Они проехали еще немного. Вера Яновна попросила Андрея Петровича повести машину, а сама затихла на заднем сидении, высунув мордочку в окно с мечтательным видом.

Улица Триполи перешла в улицу Мальта. Спутники понимающе переглянулись.

К назначенному времени они были в местечке Палацоло Акрейде. Это чудесное селение с впечатляющим набором достопримечательностей: есть и древнегреческие развалины, и катакомбы, и живописные церкви в стиле барокко 14–17 веков. Селение внесено в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО.

Группа собиралась на Plazza San Paolo, рядом с церковью Св. Павла. Андрей насчитал 18 человек. Немного. В центре группы стоял импозантного вида мужчина, седовласый, не переваливший годами за 60. Он деловито говорил о чем-то с двумя элегантными дамами в возрасте. Как выяснилось позже, эта троица были члены Ассоциации из Палермо, причем мужчина оказался главой Ассоциации, да еще и главой Департамента Культуры Сицилии. Дамы взяли на себя роль экскурсоводов, остальные — туристы, все итальянцы.

Когда Вера Яновна представила себя и Андрея Петровича, импозантный мужчина удивленно вскинул брови:

— Русские?

Объявили, что главной темой экскурсии будет посещение мест, связанных с пребыванием здесь апостола Павла. Вера заявила, что Андрей Петрович написал книгу о Св. Павле и просит особого внимания от кого-то из экскурсоводов.

— Прекрасно! У нас свободная прогулка друзей. А лучше всех с темой знаком наш шеф. Он магистр богословия и доктор искусствоведения, — заявила одна из экскурсоводов.

Магистр и доктор уже стоял напротив Андрея и в полном изумлении тряс его руку.

— Я — Адриано Соккорсо.

И он уже на протяжении всей экскурсии не отходил от загадочной русской парочки. Вера Яновна невольно оказалась в роли переводчицы у этих тезок по имени и коллег по интересам. А те как будто соревновались в своей образованности! Взахлеб они обсуждали и оттенки ракушечника, который добывали в местных каменоломнях, и как предположительно мог Св. Павел прятаться в этих каменоломнях, и что пилястры, колонны и капители здесь преимущественно дорические и коринфские, а ионических почему-то мало. Как только на фасаде одного из храмов они увидели витые колонны, оба одновременно воскликнули: «Бернини!». Невозможно было вставить и словечка. Но Верочка изловчилась и спросила:

— Скажите, господин Соккорсо, а есть ли в этих каменоломнях какие-либо захоронения и фрески?

— Нет, Павел был здесь всего два дня, а вот то, что вас интересует, есть в катакомбах Св. Иоанна.

Адриано снова взял под руку Андрея Петровича и они продолжили:

— Да, да, мрамор… Дуома… Кастело Маньячи…

Вера Яновна уже не выдержала и сказала по-русски, мило улыбаясь Андрею:

— Дай мне задать несколько вопросов, отойди от Адриано на 10 шагов!

Она ловко взяла под руку господина Соккорсо и спросила:

— В храмах Сицилии, в частности, в Сиракузах, много знаменитых мумий.

— Однако, как вы осведомлены! Какие необычные русские! — Адриано поцеловал Верочке руку и продолжил, — да, искусство мумификации на Сицилии очень древнее…

Адриано принялся подробно рассказывать о тонкостях в процедуре старинной сицилийской мумификации.

Все это любознательные русские туристы внимательно выслушали.

— Дорогой господин Соккорсо, — Верочка очаровательно улыбнулась итальянцу. — Ваша фамилия в переводе «помощник», — последовала следующая очаровательнейшая улыбка, — не могли бы вы поспособствовать русским ученым провести некоторые работы в захоронениях древних христиан в Сиракузах. Ну вот хотя бы в катакомбах Св. Джованни.

— Милая синьора, — галантно начал магистр из Палермо, — для того, чтобы работать в храмах, нужно испросить разрешения церковных властей. Они этого не любят и… это непросто. А вот с катакомбами, поскольку это по сути музей, я смогу помочь. Вот моя визитка. Но кто же вы по профессии?

Вера Яновна протянула ему свою визитку.

— Ого! — отреагировал удивленно итальянец, прочтя текст.

— А мой коллега — историк. Я из Петербурга, а он работает в университете на Урале.

— Чудесно! То-то я смотрю, что у нас близкие интересы. Удивлен! И выражаю свое почтение русской науке! Я не предполагал даже, что на Урале есть такие научные направления. Так вот. Позвоните мне через 3 дня. Я все согласую, и из Палермо будет организована группа специалистов по захоронениям в катакомбах, и вы сможете поработать с этой группой в Сиракузах.

— Огромное спасибо, господин Адриано, но послезавтра мы покидаем Сицилию. К сожалению, — довольно искренне, приложив руку к сердцу, произнесла Вера Яновна.

— О! И мне… — он посмотрел имя в визитке, — Ве-ра, очень жаль. Но, надеюсь, отказать нашей группе в совместном традиционном обеде после экскурсии вы с коллегой не вправе. Через час нас ждут в ресторане гостиницы здесь неподалеку. А еще хозяин гостиницы обещал показать свой винный заводик в подвале этой гостиницы. Все будет на достойном уровне!

— Я знаю гостеприимство итальянцев! Но мы снова вынуждены отказаться. Нас ждут неотложные дела.

— Почему? — неожиданно вмешался Андрей Петрович, поняв, что Вера отказывается от чего-то приятного. И ему не хотелось расставаться с «приятелем» Адриано.

— Да потому, — строго по-русски объяснила ему женщина, — что обед у итальянцев длится не менее двух часов! У итальянцев это — священнодействие из десяти блюд! Ты что: забыл? У нас много дел!

Вера Яновна ушла «в себя» и, отдав в «лапы» Адриано своего Андрея, шла сзади. Но вдруг она вскинула голову наверх — в углу под крышей соседнего здания располагалась гипсовая голова Фемиды, с завязанными глазами над «весами справедливости». Знак!

Женщина встала как вкопанная. Адриано заметил этот интерес во взгляде Веры и сказал:

— В этом здании раньше был суд.

Андрей тихонечко по-русски сказал Вере:

— А она ведь через повязку смотрит на нас! И весы покачиваются! Вон: в одной чаше сова, в другой — птичка-невеличка…

— Мы сегодня ночью потуже завяжем ей глаза! — шепнула по-русски женщина на ухо Андрею.

Тот понял по решительному взгляду Веры Яновны, что у ней в голове зреет план.

Экскурсия заканчивалась в церкви Св. Павла. Андрей и Адриано сели в дальнем углу от алтаря и живо обсуждали житие апостола. Они обходились уже без Верочкиной помощи, понимая язык жестов и смысл отдельных слов на английском и итальянском.

Вера Яновна, наблюдая за ними, подумала: «Какое стечение удивительных обстоятельств. Русский доцент истории с далекого Урала, православный, так дружелюбно беседует с итальянским богословом-католиком в католическом храме! Значит возможно взаимопонимание!»