Как мы управляли Германией - Семиряга Михаил Иванович - Страница 77

В связи с этим остро встал вопрос о необходимости более постоянного и тщательного контроля за деятельностью городских и районных органов местного самоуправления. В ноябре 1947 года для контроля за работой органов самоуправления и для помощи СЕПГ в их парламентской деятельности было создано в составе Отдела информации отделение по работе в органах местных самоуправлений. Летом 1948 года в обстановке открытого саботажа мероприятий советских оккупационных властей… был создан самостоятельный Отдел гражданской администрации»[306].

Советские власти в свое время ввели цензуру основной политической печатной продукции. Более жесткой цензуре подвергались издания буржуазных партий, но контролировались и некоторые печатные издания СЕПГ. Как осуществлялся этот контроль и что запрещалось печатать, видно на примерах, приводимых в одном из отчетов Отдела информации комендатуры Берлина.

Нелицензированные издания городского правления СЕПГ контролировались на общих основаниях. Журнал городского правления СЕПГ «Вилле унд Вег» («Намерения и путь») официально не был органом, подлежащим предварительной цензуре. Однако в конце 1946 и на протяжении почти всего 1947 года было необходимо контролировать журнал до напечатания, так как он довольно часто допускал политические ошибки. Например, в номере два за 1947 год цензурой была исправлена статья о Фихте, которому автор приписывал «сознание необходимости не только объяснить мир, но и практически изменять его» и оценивал идеалиста Фихте, как революционера и чуть ли не главного философского предтечу Маркса и Энгельса. Данные ошибки были и в статье К. Мевиса о Ленине. Не совсем по-марксистски оценивалось соотношение интересов отдельной личности и класса в капиталистическом обществе в одной из статей К. Литке. В номере шесть (1947 г.) одна из заметок отстаивала право членов партии критиковать решения, принятые партией[307]. На этих примерах нетрудно себе представить политический и научный уровень советских цензоров и их замечаний.

Вскоре однако отделение цензуры было расформировано, так как предварительная цензура неполитических печатных изданий была отменена еще 14 апреля 1947 года (приказ СВАГ № 90), а цензура деятельности зрелищных предприятий еще раньше была передана отделению культуры[308].

Отделу информации приходилось выполнять иногда весьма деликатные задачи, чтобы создать немецкие органы власти, которые лояльно относились бы к советской военной комендатуре и поддерживали просоветски настроенные политические партии и общественные организации.

Вот как Отделом была осуществлена акция по созданию нового магистрата в ходе сепаратных выборов 30 ноября 1948 года. С этой целью руководство ЦВК совместно с Отделом информации разработало детальный план, охвативший все более или менее значительные детали предусмотренных мероприятий. Главноначальствующий СВАГ маршал Соколовский план утвердил. В отчетном документе о деятельности советской военной комендатуры в Берлине с 1945 по конец 194 8 года этот план изложен следующим образом: «Так как план был секретным и доводился лишь до узкого круга лиц, выполнение его мероприятий требовало от демократического лагеря состояния мобилизационной готовности. План поэтому давал на каждый день (или 2–3 дня) лозунг действия и предусматривал эти действия в строгой последовательности как по содержанию, так и по времени. Устанавливались дни и даже часы мероприятий».

Далее приводятся эти «мероприятия». «Отдел информации разработал подробный план проведения народной демонстрации и митинга трудящихся 30 ноября 1948 года. Предусматривался контроль не только за содержанием митинга и демонстрации, но также и за практической организацией этих мероприятий» [309].

Имеющиеся архивные документы свидетельствуют о том, что советская военная комендатура Берлина не просто осуществляла контрольные функции применительно к тем или иным происходившим в городе политическим процессам, но и активно вмешивались в них на стороне сил, которые она считала демократическими. Вот какую роль комендатура и, в частности, ее Отдел информации играли в кампании по сбору подписей за проведение народного референдума о единстве Германии в мае-июне 1948 года.

Прежде всего Отдел информации комендатуры взял под свой контроль всю работу по подготовке берлинских партийных и общественных организаций к всенародному опросу и Немецкому народному конгрессу. Под контролем и при помощи районных отделений информации проходили собрания рабочих и служащих, выборы делегатов на Конгресс, распространение листовок. Отдел информации помог городскому правлению СЕПГ в разработке текстов листовок и тезисов доклада, в проведении дня агитации и пропаганды за Народный конгресс (30 ноября). Сотрудниками Отдела было обращено внимание горкома СЕПГ на недостаточную подготовку Конгресса со стороны общественных организаций. Отдел систематически изучал настроения различных слоев населения в связи с Конгрессом. По рекомендации Отдела горком СЕПГ и постоянный комитет Народного конгресса разработали конкретные политические и организационные меры в связи с народным опросом. Для оказания помощи на местах работники Отдела были раскреплены по районам, особенно в западных секторах. Напомню, что тогда еще не существовало никаких запретов на передвижение населения, ни «берлинской стены».

В связи с помехами, которые чинили сбору подписей коменданты западных секторов, 25 мая 1948 года советский комендант генерал Котиков выступил в Союзной комендатуре с официальным протестом.

Вот каковы были итоги народного опроса в Берлине.

Что касается взаимоотношений между Отделом информации комендатуры и горкомом СЕПГ, то между ними произошло, по существу, сращивание функций. Так, в ходе подготовки 1-й партконференции СЕПГ и районных партконференций Отдел информации совместно с городским правлением СЕПГ разрабатывал конкретный и детальный план проведения этих мероприятий.

Вот что говорится по этому поводу в одном из отчетных документов Отдела информации. «Командование УВК, политотдел и Отдел информации создали 25 групп (по 2–3 чел.) партийных работников в помощь организациям СЕПГ крупнейших предприятий г. Берлина. С партийными работниками ЦВК, направленными на помощь организациям СЕПГ, был проведен инструктаж и для них была выработана специальная памятка.

Через эти группы Отдел информации оказывал практическую помощь партийным производственным группам, с одной стороны, и подробнее изучал положение в производственных группах СЕПГ. Помощь эта выражалась в следующем: а) Советские представители контролировали изучение членами СЕПГ на предприятиях материалов XI и XII пленумов партии. I

б) Оказывалась помощь представителям производственный групп в подготовке докладов.

в) Оказывалась помощь активу СЕПГ в обсуждении соответствующих резолюций.

г) Устранялись недостатки, мешавшие СЕПГ занять руководящее положение на предприятии.

д) Оказывалась помощь в выборе лучших членов СЕПГ на конференцию.

Процесс работы показал, насколько нужной и действенной была помощь наших товарищей»[310].

Отдел информации проводил работу по изучению настроения населения и соответствующего влияния на него. С этой целью он постоянно информировал военного коменданта и центральные органы СВАГ о переменах этих настроений и их причинах. Большую помощь Отделу в этом отношении оказывала широкая сеть немецких информаторов, которые использовались в практической работе не только комендатурой, но и городской организацией СЕПГ. Вот что по этому поводу говорится в упомянутом выше отчетном документе: «Получаемая Отделом информация о намечаемой тактике поведения по тому или иному вопросу со стороны СДПГ и буржуазных партий позволила правильно определить в этих случаях тактику поведения СЕПГ и демократических организаций, например, на заседаниях городского собрания депутатов и магистрата».