Тёмная радуга (СИ) - Орлова Ирина Олеговна - Страница 153

— А что с волшебником? — вспомнила я.

— Он между жизнью и смертью. Мы сделали все возможное. Все вместе, сколько нас здесь есть, но, кажется, все бесполезно, — печально вздохнул Гури.

Несколько в стороне от нас на земле, оба без сознания, лежали рядом Рой и гном. Волшебник дернулся, и его рука коснулась предплечья подгорного мастера. И в этот момент только Генри не смог увидеть, как из пальцев Роя заструились тонкие светлые ниточки, которые, коснувшись кожи Крома, быстро впитывались в нее. Тело Роя свела предсмертная судорога, и он умер. Спустя несколько мгновений гном открыл глаза. Мила, рыдая, упала на тело мужа. Остальные засуетились над Кромом, вливая в него жизненные силы. Оглядевшись, подгорный мастер понял все без слов.

— Тролль меня задери, — прошептал он непослушными губами, — как же так?! Я же венчал их. Как же девочка теперь без него будет?

— Она будет не одна, почтенный Кром, — тихо ответил Элбин. — У нее родится сын. Мой отец станет дедушкой, а я дядей. Ведь Мила его дочь и моя сестра. Мы заберем ее к себе. И все ее друзья будут желанными гостями в эльфийском лесу.

— А как же наш дом? — спросил Генри сквозь слезы. Рыбак плакал и даже не задумывался о том, прилично ли это мужчине.

— Ваш дом мы перенесем в Белый город. Места там много. Правда, мы раньше этого никогда не делали, но я принял решение, и вряд ли мои сородичи будут его оспаривать, — твердо ответил Дилэйн, нежно гладя Милу по волосам. — В конце концов, я пока еще король.

— Рой умер, — Кеша подошел и забрался ко мне на руки. Дракон снова стал маленьким.

— Он расплатился, — сказал Бес. — Он, будучи без сознания, сумел отдать гному свою последнюю жизненную силу. Ровно столько, чтобы подгорный мастер сумел выжить, и ровно столько, сколько у волшебника оставалось. Роя бы это не спасло, а вот гному помогло. Крома все-таки крепко побило, не скоро еще на ноги встанет. Уж как я его отговаривал, но упрямее гнома может быть только безмозглый тролль.

И Слая жаль. Он-то знал, что делает, когда падал на радугу. Никто, кроме него не справился бы. Без следопыта, тогда, в Долине Неудач, даже заклинание моего кольца было бы бессильно против радуги. Не смотри на меня, Алиса, круглыми глазами. Слай не уроженец Церры, но и двойников у него нет. Великий Парсек, как я скажу об этом его приемной матери, ведь она любила Слая, как родного?

— Я пойду к ней с тобой.

— Ты не сможешь. Она живет в другой звездной системе. Легенду о его церрянском происхождении мы когда-то вместе с ним придумывали. Десять лет назад по времени этого мира.

— Он маг?

— Нет. Но у него под ребрами, в области солнечного сплетения, был амулет на самый непредвиденный фатальный случай. Такие обереги даются только… Впрочем, теперь это уже не имеет значения.

— Тем, кто выполняет особое задание? — я пристально смотрела на этого великого конспиратора.

— Откуда ты знаешь? — Бес оказался настолько ошарашен, что, ответив вопросом на вопрос, не стал изворачиваться, чем и подтвердил имеющуюся у меня информацию.

— В Долине Неудач, когда он лежал без сознания, он говорил вслух.

— Да. Он был наблюдателем за этой планетой и прошел соответствующее обучение. И не обвиняй Бора. Твой друг не имел права рассказывать об этом. Но Слай действительно сирота с самого раннего детства. Мы жили в одном доме. Помнишь, я ведь говорил тебе, что попасть в другой мир далеко не всегда легко и просто. Его родители погибли при перемещении на негуманоидную планету, а Мастер Ключник приходился Слаю родным дядей. В их семье почти все являются наблюдателями. Это тоже особый дар. А у Мастера Ключника существует несколько двойников. Один из них живет в Соле.

А вот этого я не знала.

— А ты?

— Я маг, Алиса. И антрополог-этнограф гуманоидных систем. Теперь ты довольна? Кстати, прости за болевой экспромт, но по-другому ничего бы не получилось. Знаю, что жестоко, но ведь и награда велика. Кольцо оставалось единственной нашей надеждой. После боя в Долине Неудач и во взаимодействии с талисманом Слая, кольцо сроднилось с тобой и первым делом считало, что должно защищать только тебя одну в первую очередь, ну а потом уже и всех остальных, и не покинуло бы твоей руки добровольно, даже если бы ты попробовала бы его снять. Оно бы просто вросло в кость пальца. Но без него и нашей объединенной магии мы были бы обречены. Потому что еще немного и нас бы одолели. Их было около сотни, там, внизу. Причем, самые отборные войска. До последней минуты я берег наше колечко, надеясь сохранить. Но не вышло, уж слишком неравными оказались силы. А сняв с тебя кольцо, я одновременно вытянул из тебя и всю магическую силу, чтобы влить ее в общий удар. Не волнуйся, она скоро восстановится, я это знаю, потому что однажды сам прошел через подобную процедуру, и обстоятельства были не менее драматичные. А в остальном… Это вообще чудо, что мы не только справились, но и почти все выжили. Я ответил на твои вопросы?

— Конечно нет, но у нас еще будет время, я полагаю. Впрочем, на посошок. Кто вызвал меня на Церру?

— Я. Когда узнал, что натворил мой ученик. Но я не предполагал, что это будешь конкретно ты. Так совпало, хотя случайностей, как ты знаешь, не бывает. И все равно, когда я увидел именно тебя недалеко от домика леших, я и сам обалдел. И в московском кафе тоже был не я, клянусь в этом. А кто именно… Чем-то тот дядя был похож на моего учителя… только даже, если там был именно он, и что-то мне подсказывает, что это святая истина, то он ни за что не признается, хоть пытай самыми страшными магическими и физическими пытками. А прибытие Сашки — это твои личные художества, правда, с помощью моего кольца. И давай пока на этом остановимся.

— Алиса, я видел подземную кошку с кисточками. Она выпила то, что оставалось от Слая, — вспомнил Дик. — И пропала. Она была прозрачная.

— Интересно. Зверь Силы пришел за следопытом и забрал его астральное тело. Что бы это значило? — поделилась я информацией.

— Не знаю. Я с таким никогда не сталкивался. — Сашка развел руками. — Но в любом случае это лучше, чем могло бы быть. Значит, черные не забрали его душу. Может быть, потом мы сможем как-то пообщаться с рыськой. Чудны шаманьи пути в разных мирах.

— А в подземелье был кто-нибудь из людей?

— Нет. Видимо джинны действительно их уничтожили. Мы облазили все закоулки и никого не нашли, — ответил Кеша. — Между прочим, кольцо могло перенести тебя домой в любое время, но твой ненаглядный Гури его заблокировал. Когда ты появилась на Церре, он это почувствовал, и перекрыл любую возможность твоего исчезновения. И твой первый опыт самостоятельной телепортации от леших спровоцировал он. Ему надоело ждать. Так что знай, что весь твой путь в Сол и продвижение по городу не что иное, как нетерпение влюбленного и сгорающего от страсти мужчины. Он очень способный мальчик, этот твой воздыхатель. Кстати, крыс на дороге в Сол уничтожил именно Гури, ведь ты тогда была беспомощней котенка. А кольцо Беса не дало им к тебе подойти.

— Но я же исчезла вместе с Милой на Землю. Правда, мы до сих пор не знаем, куда попали после этого на Церре, но у меня получилось это достаточно легко. И совсем уж непонятно откуда взялись все наши пропавшие в Красном замке вещи. Похоже, на этой земле еще хватает темных пятен, о которых никто не знает, даже драконы.

— Это для меня тоже загадка, — кивнул дракон. — Сама ты вырваться не могла — первое, что сделал Верховный Колдун, это блокировал способности к телепортации, значит, тебе кто-то помог. Но не Бес и не я, и никто из церрян, каким бы крутым магом он ни был. Это правда, Алиса. Я не вру, потому что сам бы хотел получить ответ на этот вопрос. Для такого перемещения, учитывая блокировку, человек должен обладать очень большой личной силой, чужие вливания бесполезны. А ты умудрилась не только сама прогуляться туда и обратно, но и Милу с собой прихватить.

— Да уж, пути господни неисповедимы. — Я задумалась. Кто же это меня отсюда вышвырнул? Если не было посторонней помощи, и кольцо Беса Великий Инквизитор если не заблокировал, то значительно ослабил, то получается, что я сама. Вернее, моя замечательная злость. Других участников мероприятия не присутствовало. А раз мозг самообучающаяся машина, соответственно этим навыком я овладела. Только вот обнародовать свою гениальность я пока воздержусь. Мало ли что? Эх, жалко колечко!