Тёмная радуга (СИ) - Орлова Ирина Олеговна - Страница 147

Указаний с Ипри не последовало, и экран погас. Капитан с облегчением вздохнул, отпуская конечность. Можно было продолжать наблюдение за союзниками, но там ничего интересного не происходило. Странный процесс в нижних частях торса монахов активно продолжался. Они поглощали какую-то жидкость, видимо, лекарство. Капитан видел, как внутри них постепенно замедляется так заинтересовавшее его поначалу действие. Через некоторое время все они отправились спать. Капитан выключил экран. До утра можно спокойно заниматься пленниками. В храме никаких изменений не произойдет.

Он потер руки и отправился в подземелье. Надо сегодня попробовать заставить проклятых магов попросить помощи у своих сородичей и проследить местонахождение самых лакомых островков магической энергии. Жаль, что нельзя их развоплотить. Строжайший приказ начальства запрещал уничтожать потенциальный источник информации. А то бы он, конечно, славно попировал. Да и его ребята заслужили порцию сладенького.

Тут капитану пришла в голову мысль, что Верховный Главнокомандующий прибывает специально за этими пленниками. Уж у него-то они заговорят как миленькие. Но и мне все-таки стоит попробовать, решил бравый вояка. Благодарность командования — это повышение в чине.

Дверь подземелья бесшумно отворилась, и мрачные коридоры приняли в себя капитана, идущего на охоту за чинами и благосклонностью начальства. Но там его ждал «сюрприз», помешавший ему услышать тревожную пульсацию обсидианового шара и обратить внимание на то, как разворачиваются события в храме временных союзников. Потому что пленники, на которых возлагались такие большие надежды, как сквозь землю провалились.

Утро в Главном храме Великой Левой Ноги прошло, как обычно. Сюрпризы начались к обеду. Отец настоятель сотоварищи почувствовали себя неуютно и все чаще скрывались в отхожих местах, при этом время между посещениями сих пристанищ резко сокращалось. В конце концов, не на шутку встревожившись, они, как и ожидал Рой, обратились к нему с деликатной просьбой помочь в странной беде, которая с ними приключилась.

— Не стоило так много есть сразу. Ну, оставили бы что-нибудь на сегодня и даже на завтра, — покачал головой молодой человек, прилагая титанические усилия, чтобы дышать хотя бы через раз. Святые отцы благоухали почище портовых сортиров. — Неужели я бы не привез вам еще? Прямо, как дети малые. Ладно, заварю травки, но имейте в виду, что после этого вам очень захочется спать.

Монахи в ужасе уставились на волшебника. Если бы не аромат святых братьев, Рой наслаждался бы от души на полную катушку. Впрочем, ему и так было весело.

— И чего вы так испугались? Как только заснете, лекарство начнет действовать. Через пару часов все как рукой снимет. Я же вижу насколько вам худо, а другого быстрого и надежного способа просто не существует. Соул, уж ты-то должен знать. Или тебе в этом состоянии все знания про травы отшибло?

Жертвы неумеренной дегустации с лицами, похожими цветовой гаммой на недозревший баклажан, в конце концов, согласились. С условием, что готовить лекарство Рой будет в их присутствии. Надо же знать на будущее, как избавиться от такой неприятной болезни, если она вдруг снова с ними приключится. Волшебник согласился. Все равно все они не будут рядом с ним постоянно. Взбесившиеся кишечники просто не позволят им этого сделать.

На кухне он попросил у Ясы кастрюлю, разложил на столе все травы из дорожного саквояжа, включая и те, что совершенно не были нужны. А потом, как фокусник на ярмарке, начал перебирать их и, говоря название и дозировку, кидать в кипящую воду. Когда Соул, единственный разбиравшийся в травах, в очередной раз отлучился, Рой добавил специальную траву, обладающую колоссальным снотворным действием, надежно спрятанную внутри пучка мяты. Об этом он позаботился еще дома.

Лекарство варилось около часа и еще столько же настаивалось. За это время монахи стали похожи на спортсменов, пытающихся во что бы то ни стало выиграть приз в эстафете на Межпланетных спортивных состязаниях. Вместо эстафетной палочки, которую в таких случаях передают друг другу, они были способны только выдавливать себя единственную фразу: «Еще не готово?». Наконец Рой торжественно разлил по стаканам горячую пахучую жидкость. Святые отцы залпом их осушили, с тревогой и в то же время с надеждой прислушиваясь к себе. Варево Рой сделал таким образом, что первые полчаса симптомы расстройства кишечника временно исчезали, а потом возвращались, как ни в чем не бывало. Но за это время пациенты успевали заснуть минимум на трое суток. Учитывая комплекцию страждущих телесного покоя и комфорта и дозировку лекарства, проснуться они должны не раньше, чем через два дня.

Чувствуя быстрое облегчение и одновременно усиливающуюся сонливость, святые отцы, шатаясь от слабости, разбрелись по своим комнатам. Вскоре их дружный богатырский храп возвестил о том, что на некоторое время проблем с ними не будет. Остальные монахи, наслаждавшиеся несколько часов мучениями своих начальников и усердно перемывавших им косточки, тоже начали потихоньку клевать носом. Ко времени вечерней молитвы храм Великой Левой ноги дружно спал беспробудным сном. Яса, как и Рой, не поскупилась на снотворную траву. Правда, в компоте действие ее немного замедлилось, но результат все равно обнадеживал.

Дракон, более других восприимчивый к запахам, попросил Мойсу привязать к его носу пучок мяты, взял зеркальный магических куб, уменьшил его и спрятал в кулаке. Рой посадил Кешу на плечо, и заговорщики серыми тенями заскользили по коридорам храма, сопровождаемые храпом монахов, несущимся изо всех жилых комнат.

Двери покоев отца Онуфрия были приоткрыты. Сам настоятель с закрытыми глазами, постоянно натыкаясь на свою роскошную мебель, безуспешно искал вход в личный сортир. Аромат отходов жизнедеятельности святого отца клубился по комнате, не останавливаясь ни на минуту. Концентрация его оказадась так сильна, что у вошедших заслезились глаза. Они остановились на пороге не в силах сдвинуться с места.

— Газовая атака, усиленная бактериологическим оружием, — детский лепет по сравнению с убойной силой этого фимиама, — закрывая лицо шарфом, прохрипел Гури.

Дракон сделал над собой титаническое усилие, махнул лапкой и одуряющий запах начал исчезать. У всех, за исключением отца Онуфрия, на лицах оказались большие прозрачные пузыри, наполненные чистым воздухом.

— Не хотелось себя обнаруживать раньше времени, но… этого благоухания вполне достаточно, чтобы моя прекрасная жизнь покинула мое не менее прекрасное тело, — вздохнул Кеша. — Пошли, Рой. Вон он обсидиановый монстр.

По мере приближения заговорщиков к зловещему «глазу» джиннов, шар начал наливаться энергией. От его матовой поверхности расплывался во все стороны черный ореол, внутри которого зашевелились щупальца. Неизвестным образом ожившее переговорное устройство сообщило настоятелю, что в его покоях враги, и отец Онуфрий неожиданно открыл глаза. Правда, сказать ничего не успел, так как Мойса и Гури резко активизировали процесс в многострадальном кишечнике монаха, и тот, подхватив свое необъятное брюхо короткими пухлыми ручками, стремглав ринулся к вожделенной двери в отхожее место, ставшей, наконец, видимой. Яса пошевелила пальчиками, и задвижка звонко щелкнула, замуровывая жертву диареи там, куда он так стремился.

Обсидиановый шар тем временем начал пульсировать. В Роя и дракона полетели черные сгустки, требуя, чтобы назвали пароль. Радужная защита рвалась на куски, но Рой молчал, чувствуя, что даже если он и назовет условленную абракадабру, «глаз» джиннов все равно поднимет тревогу — ведь разбудил же шар настоятеля. А что ему стоит вызвать сюда и самих черных агрессоров? Нет, нельзя было выходить на контакт и раньше времени ворошить осиное гнездо. Когда до шара оставалось не больше двух шагов, радужная защита Роя исчезла, и волшебник получил сильный магический удар. Ноги молодого человека подкосились, и он медленно осел на пол.