На сладенькое (СИ) - Гера Наташа - Страница 66

- Это какой-то рай для тюленя, - жалуюсь я Захару. - Есть и спать, спать и есть. И лежать то на пляже, то у бассейна, то на террасе.

Еще заниматься сексом, но это только когда Алиса спит уже. У меня своя отдельная комната, Захар приходит ко мне в гости по ночам. Самая главная задача - проснуться раньше девочки и радостно встретить ее на нейтральной территории, на кухне или у бассейна.

Я обожаю наш маленький уединенный пляж. Была б моя воля, купалась бы и загорала голячком с утра и до ночи.

Еще я обожаю Захара. Мне очень трудно сдерживаться, чтобы не прикасаться к нему, не обнимать, не целовать постоянно. Еле дожидаюсь ночи и пока Алиса уснет. Хорошо, что у нее здоровый детский беспробудный сон. Ночь вся наша. Однажды ночью мы даже спустились к морю, и я исполнила свою мечту - купание голышом, чем сначала удивила, а потом и порадовала Захара. А вот секс в море, в прибое и даже на песке у нас вызвал только взрывы хохота. То я соскальзывала, то неожиданно ушла под воду, то у Захара судорога ногу схватила, то песок прилип к нежным местам. Я думаю, что романтическая фигня о сексе в море - просто романтическая фигня. Для этого у нас есть много других безопасных и удобных мест.

Секса сейчас у меня столько, что я опять начинаю светиться.  Иногда с пальцев срываются искры. Боюсь, что скоро это станет заметно и окружающим людям. Попробовала переместить эту силу в Книгу, пока я не заискрилась и никого не шандарахнуло. Кто знает, на что способна невостребованная аккумулированная сила?

Теперь Книга тоже светится.

Книгу, конечно же, взяла с собой в отпуск. Не в надежде тайно от Захара поколдовать, а просто я не привыкла без нее. Без Книги я чувствую себя уязвимой, беззащитной. Поэтому я сейчас ношу только такие сумочки, в которые помещается Книга.

Через два дня после того, как я перелила силу в Книгу, я опять свечусь. Мало того, в нашем доме стала коротить проводка, и я спалила свой фен. Он просто загорелся у меня в руке. А потом я испортила кофеварку. И зарядку для своего телефона, она просто расплавилась у меня в руке. Захар только волновался, чтобы я не пострадала. Потом посмеялся и попросил не волноваться об этом. К вечеру у нас была и новая кофеварка, и фен, и зарядка.

Надо что-то с этим делать. А то Захар стал странно на меня посматривать и еще дольше разглядывать искорки-звездочки-сердечки в глазах. Или что там у меня сейчас? Высоковольтные лампочки? Молнии?

Книга у меня тоже уже заряжена по самое не могу. Что делать? Что делать? А! Вспомнила! Люба говорила же, что силу можно пустить в проточную воду, желательно живую – речку или ручеек. А море достаточно живое или лучше не рисковать и поискать ручеек? А вдруг медузы все повсплывают.

Ручеек нашла недалеко, в конце сада. Маленький, с неожиданно холодной водой. Опустила руки в воду и расслабилась, отпустила силу. Почувствовала, как она медленно вытекает из меня. По течению вверх поплыли искорки. Руки стали холодными, а вода в ручейке – теплой.

- Мая! Мая! Где ты? – Меня позвала Алиса.

А вот еще один предмет моего обожания. Не понимаю, как мама могла ее бросить и не понимаю тех женщин, что не могли найти с ней общий язык. Это всего-навсего маленькая девочка. Она смешливая, добрая, наивная, фантазерка и сказочница. Не смотря на все мое обожание, я не сюсюкаю с ней, не прыгаю перед ней на задних лапках, не заигрываю. Я веду себя с ней как со взрослым человеком, просто маленького роста. Я уважаю ее чувства и отчетливо понимаю, что сначала в жизни Захара появилась она. И она его дочь. И всегда будет его дочерью и находится на первом месте. День принадлежит Алисе.

Я вполне довольна своим местом в жизни Захара, - и ночью, которая принадлежит мне, - поэтому я не конкурирую с Алисой за его внимание. Захара хватит на нас обеих.

Иногда я представляю себя мамой Алисы. Я была бы счастлива, если бы у меня была такая дочь. Я бы научилась заплетать самые сложные косички, пересмотрела все девчачьи мультики, разбиралась в куклах и играх, детской моде и, может, научилась готовить сладкое.

Со стороны мы кажемся людям счастливой семейной парой, папа, мама и дочка. Алиса поддерживает эту иллюзию, когда идет между нами и держит обоих за руки. Захар одинаково трепетно относится к нам обоим. Мы часто обнимаем и целуем его с двух сторон одновременно. Идиллия, да и только.

- Если в мире есть рай, - говорит как-то за ужином Захара, - то он должен выглядеть именно так. Мой личный рай – так точно.

Я тоже чувствую это. Счастье.

Однажды ночью происходит то, чего я давно ждала с двоякими ощущениями - и радости, и страха. Захар сказал:

- Я люблю тебя.

Так легко и просто. Вдох - выдох, я люблю тебя.

Мы сидим на шезлонге возле бассейна. Заласканная, зацелованная, залюбленная, затр...я растворилась в нем и кажусь себе легким облаком.

Захар взял мое лицо руками, повернул к себе, заставил смотреть себе в глаза, долго, нежно. И сказал, что любит.

А я обрадовалась. Он меня любит! Любит!

 И испугалась. Он же меня любит, а что я могу предложить ему взамен? Те чувства, что живут во мне - любовь? Или симпатия, привязанность, нежность, обожание, сексуальное влечение, интерес?

Люблю?

- Люблю тебя, - говорит Захар еще раз.                                                          А я сильно затянула с ответом. Вот сейчас в самый раз тоже сказать "люблю".

Говори! Скажи ему! Лю-б-лю те-бя. Очень просто, видишь.

Очень сложно. Встречаться, общаться, заниматься сексом - да, конечно. А любить - это отдать всю себя. А потом, если не сложится, собирать по кусочкам. Не могу.

- Не могу...- пытаюсь объяснить ему, что со мной происходит.

- Ничего не говори, - Захар закрывает мне рот поцелуями. - Ничего мне не отвечай сейчас. Только когда полюбишь. Слышишь? Не обманывай ни меня, ни себя. Только тогда, когда действительно полюбишь. А я сделаю все, чтобы ты меня полюбила.

Теперь в самые жаркие, сладкие, интимные моменты он говорит: любимая, люблю тебя. Я тогда замираю и прислушиваюсь к себе - люблю?

Очень хочу любить. Даже пончику желание такое заказала. Вот на тебе - такой достойный мужчина, любит тебя! А я ломаюсь, как дурочка.            Наш рай был омрачен однажды поздним утром. Эту ночь мы с Захаром провели снова вместе и опять долго не спали. Разговаривали, гуляли по ночному саду, посидели у бассейна. Потом надолго закрылись в моей комнате.  Все проспали. Алиса уже проснулась и готовила сама себе на кухне хлопья с молоком. На столе, в ожидании завтрака, сидел единорожка.

В целях конспирации мы с Захаром выходили на кухню по одному, с разных концов дома. Типа, просто проспали.

- Доброе утро, моя принцесса! – Захар поцеловал дочку, - что готовишь?

- Завтрак. Научи меня варить кофе!

Пытаясь выглядеть проснувшейся, я устроилась за барной стойкой. После всего, что мы вытворяли ночью, я буду вынуждена на Захаре жениться. Именно так, я на нем, и именно жениться. И никаких подробностей, я стесняюсь. Оказывается, я могу такое!

Захар стал рассказывать Алисе, как готовить кофе, я хотела накрыть на стол для завтрака, но он меня попросил сесть на место и украшать мир своим присутствием. А то опять технику начну портить!

Сидеть мне немного... некомфортно. Некоторые нежные места сильно натерты.

- Слушай, вот ты меня так разбалуешь, а что я буду делать дома, если привыкну так жить?

- Буду баловать тебя и дальше.

Мы завтракали, смеялись и тут на кухню прошмыгнула Вазилики - девушка, которая взяла на себя обязанность держать наш дом в чистоте.

Я не привыкла к барской жизни, а тем более, чтобы кто-то за мной убирался, поэтому стараюсь, чтобы у Вазилики было мало работы. Обычно мы ее почти не видели. В то время, когда она работает, мы уже на море. Сегодня просто все проспали.

Вазилики виновато извиняется на английском. Я замечаю, что она заплакана.

Минут через десять мы собираемся к морю, я иду надеть купальник в свою комнату и слышу, как кто-то горько плачет в моей ванной. Вазилики сидит на краю ванной и рыдает себе в рукав.