Тревоги пути (СИ) - Кир Юлия - Страница 74

После заговора у меня оставалось несколько друзей. Гномы помогли мне с пещерой, а Энвалиэн помог обустроить тут все. Те, кто захотел со мной остаться — остались. Мы живем тут уже довольно продолжительное время, вот уже две сотни круголет.

Мы – это полсотни человек, в основном семьи, которые пострадали от гнева моих гонителей и некоторые эльфы.

— И что, за двести круголет никто из людей не умер?

Вопрос был резонный.

— Конечно умер. Но я, как могла, увеличила продолжительность и качество их жизни. Последний из тех, кто пошел за мной, умер пятьдесят круголет назад. Все оставшиеся, это их дети и внуки. Некоторые пожелали уйти в долину за горами, но их были единицы.

— Вы знаете, что сейчас твориться в мире? — Продолжал допрос Мэйтон.

— Я не влияю на текущие события, но я в курсе их. В академии у меня есть осведомитель, очень надежный человек, — Эитна хитро прищурилась, — Вы, скорее всего, тоже его знаете.

Мэйтон удивленно изогнул бровь.

— Это он сообщил вам о нашем прибытии?

— Ты абсолютно прав. Надеюсь, я удовлетворила твое любопытство?

— Вполне, — кивнул Мэйтон. Перебирая в памяти всех учителей академии, кто предположительно мог бы с ней общаться. Выбор был не велик. Альберус, Лукасик, да еще пару почти выживших из ума волшебников. Но может он кого-то упустил из виду? Об этом надо подумать. Альберус ведь не зал о том, что они идут сюда. Тогда кто знал?

Эитна кивнула, тут же посерьезнев.

— Как ты думаешь, Мэйтори, все, что произошло с вами, лишь случайность?

Мэйтон вздрогнул, как от звука своего имени, так и от неожиданно смененной темы, вырвавшей его из размышлений.

Он ответил не сразу. Припоминая события прошедшего месяца. Неудачный эксперимент, бегство, встречу с Линой, Ниневиль, Хаска, Лестницу….

— Были такие подозрения.

— Так вот, это не твои подозрения, — тепло улыбнулась провидица, — Это предопределение.

Хорошо, что Мэйтон сидел, иначе упал бы.

— Я не буду тебе сейчас объяснять, что все это значит. Скажу лишь одно: то, о чем ты пока только догадываешься, все — правда.

— Но почему? – не найдя ничего лучшего, спросил он, пропустив мимо, так много возникших вопросов.

Эитна пожала плечиком.

— Это твоя судьба Мэйтори. Так распорядились Боги еще до твоего рождения, и пока, все идет так, как должно.

Она протянула ему свою узкую белую ладонь, он коснулся ее, поражаясь, как она холодна. Взгляды их встретились.

Мэйтону почему-то вспомнилась Лотиэль, или Эитна заставила его это сделать?

— Она тоже часть плана? – спросил он у провидицы, отчетливо зная, она догадывается, о ком он сейчас подумал.

Эитна грустно кивнула.

— Мертвые не возвращаются Мэйтори, но небо всегда посылает нам тех, кто может нас утешить.

— Это жестоко, — шепнул он.

— Это необходимо, — эхом ответила она, смотря ему в глаза, но заглядывая в самую душу.

Руки ее потеплели и взгляд незрячих глаз, казалось, тоже.

— Я знаю, что ты чувствуешь, всю твою боль и сомнения, но могу сказать тебе больше – она бы все равно умерла.

Мэйтон хотел что-то ответить, спросить, но не смог.

Он всегда представлял их несостоявшуюся жизнь. Выдумывая себе тихое семейное счастье, о котором он так мечтал, пока она жила. Никогда и не предполагая, что их встреча может быть всего лишь ошибкой с самого начала.

— Это не ошибка Мэйтори, — одернула его мысли Эитна, — Это опыт. Он должен был у тебя быть. Иначе, ты не смог бы понять того, что происходит с тобой сейчас.

Мэйтон высвободил свою руку из ее ладоней, нервно встал и заходил по комнате. Верить в то, что Лотиэль пришла в этот мир, только для того, чтобы умереть в столь раннем возрасте, не укладывалась у него в голове.

— Ты не веришь мне? — запрокинув голову вверх и наблюдая за тем, как он ходит из угла в угол, спросила Эитна.

Мэйтон остановился рядом с ней, вновь погружаясь в колодец ее бездонных невидящих глаз.

Он и не заметил когда сел, а провидица, взяв его за руку, показывала несуществующую вероятность их будущего.

Мэйтори увидел лес; весенний, перекликающийся щебетом птиц, возней тальп в ветвях деревьев, полный свежего запаха еще клейких листочков, озаренного яркими косыми лучами солнца, пробивающегося сквозь прозрачную листву.

Недалеко от круглого лесного озерца он увидел Лотиэль шедшую вдоль кромки воды. Яркие солнечные блики плясали по ее маленькой изящной фигурке, и у Мэйтона вновь тоскливо защемило сердце при виде нее. В руке, наперевес, она несла небольшое копьецо, было ясно, что она охотилась. Он видел ее словно издалека, с другого конца озера. Так же отчетливо, он видел и того, кого не замечала она. Это был Сиглаэн. Он наблюдал за ней из пещеры…

Дальше он смотреть не стал, уже предполагая, чем это может кончиться. Он выдернул руку из пальцев Эитны и уронив голову на руки, спрятал лицо в ладонях.

— Что это? – хрипло выдохнул он, и так догадываясь. Все-таки услышать ответ от неё было легче, словно весь груз ответственности за увиденное, он перекладывал на плечи Эитны.

— То, что произошло бы, если бы ты пришел к Древу первым.

Эитна вновь настойчиво взяла его руку в ладони.

Мэйтон увидел жестокую схватку.

Они забрались высоко в горы, слишком далеко от дома и набрели на дупло самки гадфена

Она оказалась просто огромной, намного больше той, что они встретили недавно в этой реальности. Дракониха откинула его мощным взмахом оперенного хвоста, нож отлетел в сторону, а сам он, ударившись головой о камень, на время потерял сознание. Гадина резко извернулась и сомкнула ядовитый клюв на боку Лотиэль….

— Все! Хватит! – выдергивая руку у волшебницы, взмолился Мэйтон. Сердце бешено колотилось птицей, словно хотело вырваться из грудной клетки на волю. Он не мог пережить все это во второй раз!

— Она бы все равно погибла, и не в твоих силах это изменить. Ничего. Пойми ты это, наконец, и прекрати себя мучить, — серьезно сказала Эитна.

Её голос стальным звоном колокольчика отдавался в его сознании, словно вколачивая туда навсегда это знание.

Эитна подсела к нему на кровать и ласково, по-матерински, приобняла за плечи. От нее пахло свежо и пряно — мокрым лугом после теплого летнего дождя.

— Она была, Мэйтори. И это должно наполнять твое сердце любовью и благодарностью. Ты не должен забывать, но и страдать тоже не должен. Вспомни, что говорила тебе Кейт совсем недавно, вспомни, что говорила тебе сама Лотиэль. Девочки полностью правы, подумай над этим.

Эитна встала, собираясь уходить.

И тут Мэйтон вспомнил, о том, что уже давно хотел ее спросить.

— Лина! Она тоже попала сюда не просто так.

Взгляд Эитны потеплел.

— Ты до сих пор сомневаешься? – улыбнулась она, — Скоро все разрешиться.

Последняя фраза звучала интригующе.

Но Эитна не преставая улыбаться, уже направилась к выходу, так ничего и не добавив.

Двери распахнулись снаружи предупредительным эльфом, выпуская ее в коридор.

— Благодарю тебя Энвалиэн, ты можешь быть свободен, — мягко сказала она, направляясь в комнату Лины.

Мэйтон напрягся, имя белокурого эльфа показалось ему смутно знакомым, но задумался он об этом только сейчас.

Его подозрения окрепли, после того, как проводив взглядом Эитну, Энвалиэн без разрешения закрыл двери, оставшись наедине с Мэйтоном.

— Ты из долины Нэрт-а-Нелл? – без лишних хождений вокруг да около, спросил он. Взгляд серых глаз был строгим и немного напряженным.

Мэйтон утвердительно кивнул.

— Присядем. Мне нужно попросить тебя об одном одолжении, — он жестом пригласил сесть его на кровать, сам, уселся в кресло, в котором только что сидела Эитна.

Мэйтон безропотно подчинился. Все-таки он тут в гостях, а значит, хозяева имеют право изъявлять свою волю. Тем более, он был намного старше и имел право приказывать.

— Ты давно был в долине? – спросил Энвалиэн, внимательно вглядываясь в лицо Мэйтона.