Скил (СИ) - Сиянов Дмитрий - Страница 61

Возможность появилась только на базе муров. Как только мы доехали, ноги мне освободили, но на шею предварительно надели петлю на длинной палке, не знаю, как она правильно называется, - такие штуки используют для отлова бродячих собак, хорошо хоть затягивать сильно не стали. Бакс, Кавказ и ещё два амбала провели меня в комнату, напоминающую операционную, вот только слишком уж грязную - ну да, этим уродам сильно заботится о здоровье пациентов без надобности. Похоже, сейчас меня будут резать.

Я продолжал изображать из себя жалкое чмо - потухший взгляд в пол, выражение лица пожалостливее, спину ссутулить, плечи опустить. Но муры бдительности не растеряли - перед тем как перекусить бокорезами пластиковые хомуты, стягивающие мне руки, амбалы справа и слева от меня крепко ухватили меня за руки - особо не дёрнешься, но я всё же попробовал.

Что было силы врезал каблуком в сгиб стопы бугаю слева, тот взвыл от боли - а вот нехрен по Улью в кроссовках разгуливать! Толкнул плечом правого, рванул руку из лап матерящегося и завывающего белугой урода, от боли в ноге тот ослабил хватку и мне удалось вырвать руку, но на этом мой успех и закончился - я собирался воспользоваться даром и ударить по Баксу, Кавказу и стоящему рядом с ними всклокоченному мужику в замызганном врачебном костюме - убить, конечно, не получилось бы, по площади моя способность бьёт слабее, но ошеломить - наверняка. Кавказ успел применить свой дар Улья быстрее, и я, вместе с удерживающим мою правую руку муром, мешком осели на пол.

- У, падла, мля - урод с оттоптанной ногой пнул меня здоровой под рёбра.

Я даже боли не почувствовал - тело после удара Кавказа как не моё. Меня освободили от недавно купленного Маньяком костюма и прикрепили к операционному столу - хана, похоже, отбегался рейдер Скил. Одежду, правда, снимать не стали, но это не сильно обнадёживает - её и срезать не долго, и возни меньше, чем с раздеванием. Интересно, успеют меня разрезать раньше, чем пройдёт эффект от дара Кавказа, или нет? Может, хоть издохну без мучений, на наркоз рассчитывать не приходится - пациент, хорошо зафиксированный, в анестезии не нуждается!

- Чудила, с этого только кровянку слей, - сказал Бакс ровным голосом. Моя попытка освободится его нисколько, похоже, не обеспокоила. - Но по максималочке, так, чтобы только не откинулся. С партией отправим на продажу, и анализ сделать, а там и посмотрим, насколько ценный кадр к нам попал. - Похоже, моё расчленение откладывается, и то хорошо.

Муры ушли, а хозяин операционной сочувственно посмотрел на меня, вздохнул и вогнал мне в вену толстенную иглу, от которой к какому-то аппарату протягивалась прозрачная пластиковая трубка. Затем надел мне на палец прищепку с проводом, уходящим к другому аппарату, пощёлкал какими-то кнопками, что-то загудело, и по прозрачной трубке побежала моя кровь.

- Мужик, - позвал я «доктора», когда чувствительность вернулась ко мне настолько, что я смог говорить. - Ты же нормальный, вроде? Чего ты на этих уродов работаешь?

- А куда мне деваться? - снова тяжело вздохнул всклокоченный. - Я до того, как в Улей попасть, хирургом был, а не спецназовцем, а здесь сразу угодил к так называемым мурам.

- Так развяжи меня! Ты мне поможешь, а я тебе!

- И что мы сделаем? - невесело усмехнулся мужик. - Вдвоём, без оружия, а их тут сейчас человек пятьдесят.

- А что, бывает меньше?

- Бывает меньше, бывает больше. Завтра часть бойцов уйдёт с партией груза, останется человек тридцать, но это не сильно меняет положение - я не «Рембо», я обычный врач. Хотя какой из меня теперь врач, - горько усмехнулся мужик.

Что ж, я и не надеялся, что он сейчас меня развяжет и отпустит, я, конечно, верю в Деда Мороза, домовых и бабайку под кроватью, но не настолько я наивен. Но почему бы и не поговорить? Раз смерть моя откладывается, информация мне не помешает.

- А что за анализ и как это должно определить мою ценность? - сменил я тему.

- В центре, куда они отправляют товар, по анализу крови могут определить, насколько сильно зашли изменения иммунного, - чем сильнее изменения, тем ценнее его органы.

- Мдя, неплохо, наверно. Они на мне поднимутся, - задумчиво проговорил я. - Я в Улье хоть и недолго, но дар у меня хорошо развит.

Сказано это было не из хвастовства, и, конечно, меня не заботили заработки этих уродов, а чтоб набить себе цену в глазах бывшего хирурга - а вдруг и правда развяжет? Не знаю, что помогло - это или что другое, но мужик, чуть подумав, поджав губы, сказал:

- Я помогу тебе, как смогу! Развязывать я тебя, конечно, не стану, я не могу так рисковать, но кое-что я для тебя сделаю. Меня здесь никто сильно не контролирует, так что я после того, как солью с тебя крови сколько положено, поставлю тебе кровезаменителя - у меня есть, я тут лечу иногда раненых... ну и солью поменьше, а, чтобы ты отключился, поставлю тебе спека для достоверности. Ну а ты... если у тебя получится выбраться - не забывай про меня.

- Не забуду.

В себя я пришёл, лёжа на куче сена в небольшой клетке - метра два на три не больше. Клетка, скорее всего, располагалась в подвале - окон нет, и запахи, и атмосфера... ну, в общем, подвал, лазарет и бойня вместе, как-то так. Помещение с бетонными неоштукатуренными стенами, освещённое одинокой тусклой лампочкой, заставлено такими же клетками, как моя, некоторые пустуют, в некоторых лежат люди. Набор обстановки в каждой клетке одинаковый: кучка сена - это у нас, похоже, матрас, одеяло и подушка вместе, хорошо хоть куча довольно большая, в ней при желании можно зарыться, ну, не очень глубоко; ведро, прикрытое куском фанеры - с этим понятно, отхожее место; пластиковая бутылка с какой-то жидкостью - это, скорее всего, живчик. У муров тут «ферма», не иначе, а иммунным для восстановления нужен живчик, вряд ли муры станут на нём экономить - в их же интересах, чтоб у иммунных, содержащихся здесь, быстрее отрастали изъятые органы и их снова можно было резать. Вот ведь твари!

Прутья решётки толстые, надёжные, дверь, само собой, заперта, да ещё на два замка - один, похоже, электронный, другой навесной, пол клетки бетонный - подкоп не сделаешь. Тфу! Да какой, нахрен, подкоп?! Руки-то у меня свободны - выбить дверь моего дара вполне хватит. Мысли путаются, вот и пытаюсь рассуждать последовательно и обстоятельно. И калбасит меня не по-детски - холодно, замёрз весь и голова раскалывается.

Надо было ещё потрясти доктора на счёт информации, но с потерей крови мне стало как-то не до того. Сейчас получше себя чувствую, но на подвиги меня пока не тянет. Может, местные обитатели чего расскажут.

- Эй, есть кто живой? - на мой окрик послышался только слабый стон.

Похоже, облом! Взгляд упал на руку, которой я обнимал колени, пытаясь хоть немного согреться - часы муры с меня снимать не стали, как и штаны и ботинки, только на костюм позарились, и сейчас часы показывали первый час ночи. Надо что-то решать.

Попил любезно предоставленного мурами живчика, выставил на часах будильник на пять утра, и постарался зарыться в сено - надо поспать и хоть немного восстановиться. До пяти утра вряд ли кто-то за мной придёт, если бы не помощь доктора, я бы ещё долго был «в ауте», а в пять - самый сон, проснусь, вышибу двери клетки, а там посмотрим, как оно пойдёт - Стикс даст, может и вырвусь, но живым я больше точно не дамся.

***

Выбивать дверь было ошибкой, из-за дери в каземат тут же донесся истеричный визг сирены - видимо, электронный замок был под сигнализацией, надо было прутья решётки повыбивать, хотя шуму бы и так наверняка наделал изрядно. Дар неплохо усилился, а я как-то не оценил этот момент, в результате удара решетчатую дверь моей клетки не просто выбило - все место, где были замки, разорвало в куски, и те шрапнелью разлетелись в стороны. Надеюсь, никого из здешних узников ими не убило.

Послышались встревоженные голоса, и ладно бы мои коллеги по несчастью всполошились, всполошилась, похоже, наша охрана. Я коротко выругался и бросился к выходу, не забыв подхватить бутылку с живчиком - если мне удастся отсюда очень быстро смыться, без этого зелья начнутся дополнительные проблемы.