Чужой аромат (СИ) - "Mary Lekonz" - Страница 16

Лунный свет озарял сплетенные на широком ложе тела. Лишь безмолвное светило было свидетелем их волшебной ночи, первой в бесконечной веренице дней и ночей, наполненных любовью, обожанием, страстью. Ночи нерушимой клятвы быть друг для друга единственным.

========== Эпилог ==========

«Лунный свет озарял сплетенные на широком ложе тела. Лишь безмолвное светило было свидетелем их первой ночи. Первой в бесконечной веренице дней и ночей, наполненных любовью, обожанием, страстью. Ночи нерушимой клятвы быть друг для друга единственным…»

Принц Оливер захлопнул книгу. Смолк последний аккорд дивной мелодии, сопровождающей все повествование. Принц стыдливо смахнул краем широкого шелкового рукава случайную слезинку и осторожно огляделся. Он находился в любимой беседке совсем один.

Тринадцатилетний старший принц-омега из дома Грюйеров был не по годам рассудительным юношей. Уже сейчас он делал заметные успехи в изучении иностранных языков и законов. И еще он обожал любовные романы, такие, как этот. «Осенний сад». Какая чудесная история. Неужели так бывает в жизни?! Оливер, как все чувствительные юные омеги, мечтал о вечной любви и преданности.

Красивый юноша сощурил серьезные серые глаза. Тонкие пальчики переплетали сложную прическу из волнистых темно-пепельных волос. Смуглую, словно бархатную, кожу ласкали прокравшиеся в беседку лучи заходящего солнца. Едва ощутимый девственный аромат цветущих персиков вплетался душистым шлейфом в общий благоуханный букет королевского цветника.

Вдруг чуткое ухо уловило шум веселой возни. Оливер быстро спрятал книгу за спину. Еще не хватало, чтобы любовный роман увидели эти… альфята.

К беседке выскочили два подростка двенадцати лет. Уже не дети, еще не юноши. Длинноногие, гибкие, породистые, обещающие в недалеком будущем вырасти в ослепительных мужчин. Похожие, словно близнецы. Впрочем, двоюродные братья, наследный принц Нидервизе Томас и наследный принц Монтанверта Виллем, были рождены в один день, с интервалом в два часа. Смешение кровей выдало удивительный результат. Даже их отцы-альфы лишь недавно перестали путать своих детей - когда Томи год назад отпустил длинные светло-каштановые косы, а Вилли, для контраста, подстригся под странный ежик и выкрасил прекрасные русые волосы в цвет горького шоколада. Король Анри пообещал подвергнуть фризюрера изощренным пыткам за новый имидж любимого сына-наследника.

- Оли! – у братьев были подозрительно одинаковые хитрые ухмылки на симпатичных мордашках с миндалевидными янтарными глазами, ровными носиками и фамильными грюйеровскими пухлыми губами. – А что это ты тут совсем один? Неужели книжку читал?

Оливер поднял глаза к небу, прося о проливном дожде. Но на голубом небе не было ни тучки.

- Наверное, ту, поющую, - догадался Томи. – Про то, как пройдя через все препятствия…

- Через гнев родителей и презрение соседей… - подхватил Вилли, вставая в изящную позу и хватая с дорожки прутик, словно монтанвертовский узкий клинок.

- Сквозь густые леса и глубокие реки… - продолжил Томи, отражая удары воображаемого меча удачно оказавшимся в беседке белым зонтиком Оливера.

- Справившись с плохим настроением и глупыми шутками окружающих… - Вилли выхватил зонтик, крутанулся на месте и протянул руки братцу.

Томи тут же упал на одно колено и, преувеличенно закатывая глаза, начал громко чмокать тонкие запястья.

- Они достигли счастья и жили вечно, засыпанные по уши лепестками роз!!! - торжественно закончил Вилли, жеманно уворачиваясь от поцелуев брата.

- Вот противные альфята! – с покрасневшими щечками вскочил с места принц Оливер, намереваясь гордо удалиться из театра комедии.

Томи триумфально показал на скамейку, где осталась тяжелая книга.

- Роман свой не забудь, неженка!

Принц Оливер возмущенно шагал прочь из беседки, прижимая к себе любимую книгу, слыша за спиной нарочно фальшивое исполнение прекрасной баллады. Слух у братьев был идеальным.

- Опять издевались над Оливером? – пытаясь придать голосу строгости, спросил вернувшихся из сада двоюродных братьев Его Величество супруг короля, отец-альфа наследного принца Монтанверта Виллема.

Принцы молчали, синхронно моргая глазами и поджимая губы. Мальчишки желали играть, драться из-за всякой ерунды, придумывать массу шалостей, стучать и бренчать на новомодных музыкальных инструментах и использовать каждый час своего счастливого детства.

- Завтра прибывают твои родители, Томи, правители Нидервизе. Нас ждет торжественная церемония создания альянса между нашими королевствами. Потом ты отправишься обратно домой. Кажется, король Вальтер планировал поездку к морю.

Людвиг заметил огорчение на лице своего сына и, потрепав его по темноволосой встрепанной макушке, закончил.

- Вилли поедет с вами. И постарайтесь до завтра не подраться, чтобы никаких синяков и царапин!

Принцы просветлели, кивнули и выбежали из зала, топоча ногами и смеясь.

- Провел строгую беседу?

Людвиг медленно повернулся, вдыхая знакомый пряный аромат сандала и бергамота, с волшебным шлейфом душистого яблочного сада. Улыбнулся, ощущая на своих плечах теплые ладони.

Король Анри уселся на широкие перила балкона. Людвиг тут же прижался к стройным бедрам в обтягивающих темно-синих брюках.

- Разве с ними возможно нормально разговаривать? Кивают, жмурятся, перемигиваются. Кстати, ты уверен, что Виль альфа?

- Нет, - покачал головой Анри. - Мы узнаем это только через год, когда лекари проведут первое серьезное обследование…

- Можно договориться с Вальтером, - рассуждал Людвиг, наблюдая сверху, как сын и племянник наперегонки помчались по садовым дорожкам. – Технологии Нидервизе в диагностике лучше наших. Они уже идентифицировали Томи как альфу.

- Вигги… это так важно для тебя?

Людвиг почувствовал на своем лице взгляд зеленых глаз и улыбнулся.

- Нет. Виль все равно будет королем, альфой или омегой, - он ласково погладил супруга по бедрам. – Для меня важнее, что твой запах изменился.

- Почуял… Всего три недели, – ласково отозвался король Анри и провел ладонью по каштановым волосам Людвига.

- Я твой истинный альфа, - проговорил Людвиг, перемещая руки на талию, осторожно стягивая короля с перил. - Я почувствовал сразу. Мой меч и мое сердце принадлежат тебе. Навсегда.